Иван Катиш – Фантастика 2025-150 (страница 3)

— Логично, — согласился я. — Ну вообще он мощно выступил.

— Да, — кивнул отец. — Поэтому они и одинаковые. Но я уверен, что ты уже понял, кто из них кто.

Я улыбнулся.

— Фоларин даже выбил ему отдельное имя, — продолжил отец. — Хотя по новому закону это должен был быть Фоларин 1, но у него на родине подшаманили с датой создания, благо недалеко пришлось унести дату, и вписали отдельное имя — Йеми.

— Упорный, — заметил я.

— А я тебе о чём говорю! — неизвестно чему обрадовался отец.

Мы спустились обратно в кабинет отца, он подхватил пульт и уселся рядом со мной на кресло для посетителей. Кино что ли будем смотреть?

— Хочу показать тебе кое-что, — заявил отец.

Действительно отец затемнил окна и включил экран. На экране появилось транспортное средство: скутер с присоединенной к нему грузовой частью.

Ну-ка, ну-ка, это что за штука? Это же наша с Тилем идея!

Пару лет назад мы придумали превратить скутер в аналог лошади и пристегивать к нему закрытый кузов или открытый, по желанию заказчика. Сделать успели пять штук, три с закрытым и два с открытым кузовом-платформой. Но выходило дороговато. Наша идея по простой стыковке-расстыковке, когда прицеп сам подтягивается к скутеру, в нашей местности энтузиазма не вызвала, тут никогда не было проблемы с добровольными помощниками. Позови пацанов, и они помогут всё прицепить.

А этих ребят ничто не остановило, и они вышли в серию. У них по одному нажатию кнопки поднималась кабина, скутер отделялся от кузова и выезжал на волю. Никакие дополнительные усилия не нужны. Улыбчивая команда инженеров суетилась в кадре, демонстрируя возможности конструкции. Стоила эта красота ещё дороже, чем у нас, зато и выглядела на все сто. На таком не стыдно было бы и в город с грузом приехать. Титры сообщали, что изобретение сопровождают шестнадцать патентов. Что означало, что вернуться к своей версии мы уже не сможем — всё прикрыто со всех сторон.

Смотреть мне было отвратительно. Инженер, или нанятый актер, какая уж там разница, с пафосом рассказывал о новых возможностях, которые принесет это замечательное транспортное средство. В финальном кадре инженеры весело тянули в экран кулаки с поднятыми вверх большими пальцами.

— И кто их проспонсировал? Ты? — мрачно спросил я отца.

— Нет, — покачал головой отец. — Просто хотел тебе это показать.

— Ну я посмотрел, и что? У них, очевидно, были на это деньги. Нанять такую команду. И дизайнер у них был, — произнес я с завистью.

Отец кинул на меня острый взгляд.

— Дело не в том, что у них были деньги, а у тебя не было. А в том, что ты даже не думал о том, что они тебе нужны.

Настроение у меня окончательно испортилось. Да, всё так. Особенно теперь. Тут меня посетила внезапная мысль.

— Слушай, а не ты ли снес нашу мастерскую? — заподозрил я.

Отец скривился.

— Знаешь, если бы мне пришло это в голову, я бы снес твою халупу ещё два года назад. Но не поверишь, не пришло.

Я уставился на отца, а он на меня. Так мы сверлили друг друга взглядами, пока отец не вздохнул, не выключил экран и не открыл обратно окна. В комнате посветлело.

— Я вообще тебя не поэтому позвал. Ваши беды просто совпали.

Я поднял бровь, это ещё что такое?

— Так, перейдем к делу, — отец пересел на свое директорское место и сложил руки на столе. Руки у него были аккуратные и некрупные, да и сам он был на полголовы ниже меня, только этими пальцами он мог бы и монету пополам согнуть. Если бы ему было не жалко свой коллекционный фонд.

Солнце потихоньку уползало на другую сторону здания, и до вечера можно было бы обойтись без затемненных окон. Шума с улицы почти не было слышно.

— Месяц назад умерла моя бабушка, твоя прабабушка, — продолжил отец.

— Бабушка⁈ Как умерла? — вскинулся я. Бабушку я любил.

— Пра! Бабушка! — поморщился отец. — Чем ты слушаешь?

— А! Прабабушка! Та что живет в блуждающем тереме?

Отец усмехнулся.

— Не в блуждающем и не в тереме, но в целом ты прав. Та самая.

Легендарная прабабушка, создавшая основу для состояния отца, жила посреди тайги в окружении андроидов и волков. Или медведей. Какого-то опасного зверья. И ставила там эксперименты, от которых местность вокруг потряхивало. Но поскольку никого, кроме её собственной команды там не было, это никого и не беспокоило. Нас она в гости не звала, я видел её только один раз на каком-то празднике, который показался ей достаточно важным, чтобы его посетить. Мы тогда ещё жили на Севере и не собирались никуда ехать. Мне помнилось, что я ее тогда достаточно развлек своими заявлениями, что когда вырасту, непременно слетаю в космос, найду там инопланетян и никто не сможет жаловаться, что космос пуст и необитаем. Больше мы ни разу не виделись.

— Прабабушка оставила тебе трастовый фонд, — продолжил отец.

— Трастовый фонд? — навострил уши я.

Что такое трастовый фонд я в общих чертах представлял. Это деньги, которые старшее богатое поколение оставляло младшему, но не просто так, а с нагрузкой в виде каких-нибудь условий. Например, достигнуть двадцати одного года и жениться. Или достигнуть тридцати лет и вывести породу летающих страусов. А иначе деньги взад.

— Три миллиона талеров, — невозмутимо произнес отец.

— Так, — сумма мне нравилась. — А условия? Они есть?

И тут отец хищно заулыбался, как тигр перед свежим оленем.

— Совершенно верно, и тебе повезло, их всего два. Ты должен достигнуть двадцати пяти лет и окончить университет.

Я резко выдохнул. Университет! Опять проклятый университет!

Отец гнусно ухмылялся.

— А если нет?

— Что — нет? Двадцать пять тебе исполнится в следующем году. Это без вариантов, возраст людям начисляется автоматически, — фыркнул отец. — На получение образования у тебя время есть. Трастовый фонд превратится в тыкву только, когда ты не выполнишь это условие к тридцати годам.

— И что будет?

— Деньги вернутся в ее основной фонд, который продолжит изучать животных в том же месте, где и сейчас.

— Любой университет? — уточнил я.

— Любой, — подтвердил отец. — Я скину тебе условия прямо сейчас, ознакомься.

Он протянул руку к клавиатуре на своем столе, нажал пару кнопок, и планшет у меня в рюкзаке послушно пискнул: всё пришло. Я полез за планшетом, открыл письмо, но читать там было особо нечего. Ровно то, что сказал отец. Я поднял глаза, отец просто сиял. Вот хитрая сволочь, у него на лице написано — всё будет по-моему! К разговору о том, что мне надо учиться, мы возвращались тысячу раз с момента, как переехали сюда. Дома я успел закончить только школу. Но здесь мало кто заморачивается с обучением, да и университеты хорошие далеко, так что я сначала нашел работу в городском ремцентре, потом стал преподавать йогу, съехал от родителей, а потом мы с Тилем и Скифом открыли мастерскую, и я надеялся, что вопрос закрыт. Учиться — такая скукота. Сидеть в душном классе, чего-то зубрить непонятно зачем. Я всё уже умею!

Видимо, всё это было написано у меня на лице, потому что отец уже улыбался во весь рот.

— Заметь, это не я говорю тебе, что надо учиться. Это три миллиона талеров. Но, впрочем, ты можешь сказать им «нет».

Я надулся. А хорошо он меня подловил: сначала показал наше изобретение, которое кто-то без нас довел до ума, ткнул мордой в некомпетентность, а теперь подвесил морковку. Да ещё дождался, когда я останусь на полном нуле. Идеальный тайминг, мне бы так уметь.

— Ну и что ты решил? Или тебе надо перебрать варианты, как ты любишь? — хитро прищурился отец.

— Чего тут решать. Пойду закончу что-нибудь, — сообщил я, мысленно прикидывая, куда бы приткнуться по-быстрому, да еще проскочить экстерном.

— Денег не дам, — радостно сообщил отец.

— Да уж от тебя дождешься, — буркнул я.

— Хочу напомнить, что бесплатно ты можешь учиться только там, где закончил школу, — внезапно добавил он.

— Что⁈ — изумился я. — Это давно такое?

— С прошлого года. Кампания по борьбе с искажениями линии знания. И заодно с перемещениями. Очень дорого стало перевозить людей, рейсы сокращаются. Из хороших новостей: тебе, как уроженцу столицы, положен билет в один конец до места учебы.

Я задумчиво постучал пальцами по столу.

— Куча народу умерла бы от зависти, — коварно прокомментировал отец. — Учиться на Севере, в столице. Бесплатно. Что может быть лучше?

— Ну учиться ладно, — прикинул я. — А жить на что?

— Разберешься, — решительно заявил отец. — Я в тебя верю. А вот на что я тебе дам денег, так это на штаны. Ужинаешь ты сегодня у нас, а мать любит навести мороз. Я бы на твоем месте еще бы и кофту прикупил. С капюшоном. Если тебе нужна помощь, чтобы разобраться с билетом, обратись к Фоларину с Йеми.

— Дай угадаю, они уже в курсе.