Иван Катиш – Фантастика 2025-150 (страница 273)

— Вы дали обратную связь, что вам не нравится. Он пересмотрел свои алгоритмы и понял, что ему нечего вам предложить. Поэтому аккуратничает.

— Да я и почувствовать ничего не успел! — возмутился я.

— Тем не менее. Такого рода связь происходит очень быстро. Особенно если вы изначально были не настроены на контакт. У вас есть еще двадцать минут сеанса, попробуйте сесть и расслабиться, он через десять минут попробует возобновить знакомство.

И модератор вынул для меня раскладной стул откуда-то из стены.

Я послушал его и сел, потому что просто уйти безо всякого результата было бы обидно. Нет, конечно, у меня есть друзья, которых я непременно опрошу, но тем не менее. Хотелось бы лично, знаете ли.

Пока дракон меня не трогал, я смотрел, как друзья взаимодействуют с этой фигней и умирал от зависти. Вот хорошо, что я не один пошел — сидеть на стуле, пока вокруг резвятся незнакомцы было бы странно. Что поразительно, друзья не обращали на меня никакого внимания, разве что Хмарь бросила обеспокоенный взгляд, но я только головой качнул, показывая, что все в порядке.

Зато у меня было время осмотреть дракона. Почти никакой материализованной органики там не осталось, разве что чуточку. Видимость достигалась проекцией, которую раздавали прямо с потолка. Звук шуршащих крыльев, на который я в самом начале внимания не обратил, реально добавлял объема происходящему. Так что это было шоу, по крайней мере, для меня. Но я был настроен оценить полный функционал, закрыл глаза и затаился, пытаясь приманить чудовище.

Через десять минут, как и обещал модератор, я почувствовал легкое касание. И тут же вспомнил, что именно оно мне так не понравилось в самом начале. Тут-то, видимо, дракон и отскочил. Но теперь я был уверен, что смогу это пережить и подавил агрессию. Дракон почувствовал, что я вроде не против с ним пообщаться и продолжил шариться лапой по голове. Ощущения были крайне смешными, как будто кто-то взялся тебя причесывать полуматериальной расческой, у которой исчезали зубья при минимальных трудностях, и тут же процесс начинался с начала: от макушки.

Было, скорее, приятно, если не подозревать эту конструкцию в попытке проникнуть в мозг. Но вроде она не пыталась. Все воздействия были сугубо внешними.

Я приоткрыл глаза, опасаясь снова спугнуть дракона. Но он уже поверил, что я ничего против не имею, и его прозрачные когти продолжали танцевать у меня на макушке. Я попытался рассмотреть лапу получше и запрокинул голову, но лапа уползла вместе с макушкой и там осталась. Весь дракон теперь больше походил на облако с лапами, растянувшись по коридору, изначальную форму он потерял. Я даже языком щелкнул — могли бы доработать. Но и так неплохо.

Модераторы выдали стулья всем нашим и теперь каждый сидел, откинувшись на спинку. Баклан каким-то образом сумел переключить дракона с головы на руки и теперь они со светящейся лапой играли во что-то вроде детской считалки с загибанием пальцев. Баклан то подставлял, то убирал свои ладони, и самым наглым образом вытягивал в свою сторону светящуюся лапу. Я с интересом наблюдал за ними. Мне казалось, что мой друг пытается заставить дракона вырастить себе пятую лапу для контакта, но чего бы он ни хотел, пятая лапа так и не отросла.

Незаметно сеанс подошел к концу. Дракон всосался в потолок, подсветка стала в два раза активней, и модераторы попросили уступить место следующим гостям.

Мы выкатились из пространства экспериментов, Баклан предложил обменяться впечатлениями и все весело согласились. После технологичной рептилии хочется чего-то традиционного. Чаю, например, или пива. Короче, решили совместить.

По дороге Баклан рассказал, что раньше воздействие было сильнее — предыдущая версия дракона прямо топталась по тебе, но зато визуальное воплощение стало гораздо круче. Он так и не смог определиться с тем, какая версия ему нравится больше, и в конце концов заявил, что хотел бы иметь под рукой обе.

На настроение эта штука точно влияла, все прыгали на месте как мячики, даже я. Я чуть меньше, потому что мне меньше досталось, но все равно. Но я, пожалуй, выше всего оценил, как ребята настроили чувствительность: ведь действительно устройство чувствует малейшие колебания настроения.

Я спросил у Баклана, как было раньше, и он меня заверил, что ничего такого не было. Ралин как выпускал дракона, так он так и шарился по тебе до окончания цикла и, если обратная связь и была, то в минимальном объеме.

— А ты его когда за лапу тянул, ты чего хотел? Чтобы он еще одну вырастил? — решил спросить я.

— Ха! — засмеялся Баклан. — Это мне в голову не пришло! А было бы неплохо, мы бы с ним в ладушки сыграли. Не, я надеялся ему пальцы с когтями подлиннее вырастить. Просто по приколу. У него же сама лапа растет на всю длину коридора, я думал, может, и пальцы так же смогут, но нет. Не предусмотрено.

— Это зачем? — удивилась Олич.

— Ну не знаю, а почему нет? Не зря же мы пришли, — пожал плечами Баклан.

Действительно, почему нет? С такой чувствительностью к эмоциям эта штука могла бы, мне кажется, принимать какие угодно формы. Хотя мы сюда пришли не за ними.

Теперь я точно знал, что биокристалл наши конкуренты поставили не зря. И определился, на ком я хочу опробовать его в первую очередь. Если повезет, от эксперимента будет польза. А если не будет, то все равно не жалко.

Глава 23

Мысль у меня была самая благая: я держал в голове, что Хмарь таскают в больницу к Маршу, на которого напрыгнуло ее поделие. После того, как Марша выписали, стало немного полегче, но навещать его она не перестала. Ходила она туда под конвоем Минсвязности (эти чудики были в каждой бочке затычкой), но мне это все равно не нравилось. Я бы лучше какую-нибудь панду спас. Мне тоже предлагали как-нибудь навестить Марша, но я отбивался, а вот сейчас не буду. Это лучший подопытный кролик из возможных.

Я собирался собрать конструкцию на базе косметологического аппарата, которого в народе именовали «Полярный демон». На самом деле он назывался по-другому, но народное название прижилось лучше. Никто из подростков не прошел мимо, потому что он представлял собой маску, прикрученную к управляющей структуре, которая суперэффективно вытягивала и прыщи, и пигментные пятна, и всё, что только наросло у человека на лице. Главное, чтоб с момента нарастания прошло меньше полугода.

Еще месяц назад я попросил Хмарь вытрясти из больницы историю лечения несчастного придурка, чтобы мы хоть примерно знали, что с ним делали. Врачи отказали, но зато Вадим по дружбе сбросил ей напрямую все протоколы (чего не сделаешь, чтобы втащить людей в проект, да). Так вот, «Полярный демон» числился в числе того, что на нем уже пробовали. И с его помощью удалось вытянуть верхний слой повреждений, что внушало надежду. Я собирался заменить в этой конструкции обычный кристалл на био и за счет его чувствительности добиться результата получше.

Беда Марша заключалась в том, что проблема была и не особо медицинская, и не типовая. Других пострадавших не образовалось, а болезнь в единственном экземпляре болезнью не считается.

Как я понял, ткань, созданная Хмарью, слишком быстро реагировала на попытки ее удалить и уклонялась. Должно быть, ей нравилось ползать по голове Марша. С биокристаллом этот номер у нее не пройдет. Я посмотрел на его скорость реакции в драконе Ралина и решил, что у нас может получиться не хуже.

Но являться к Маршу с голой идеей было глупо. Надо было собрать рабочий вариант хотя бы на коленке.

«Полярный демон», он же Поляр-дмн (3 в 1), стоил недорого. Я выписал себе с ноябрьской выплаты самый компактный аппарат и притащил в инкубатор.

С наскоку, однако, у меня ничего не получилось. Ну почти ничего. Я натянул на биокристалл уже освоенную сетку, но запихнуть туда еще и необходимую для управления всем аппаратом начинку мне не удалось. Она просто не вставала туда. Надо было переделывать всю систему, но я чувствовал, что решение есть где-то ближе.

Я сидел в мини-лабе и пытался сообразить, что еще можно изобразить, когда ко мне заявился Оба.

— Че делаешь? — сунул он нос в дверь.

— Злодействую, — мрачно сообщил ему я.

— Интересно. Расскажешь? Опять с биокристаллами возишься? Когда мы-то начнем? — Оба просочился внутрь и уселся на стул рядом.

— С Нового года, когда деньги придут, — я отложил кристалл, снял очки и потер глаза.

— А это что у тебя? Полярный демон, что ли? Ты решил заняться косметологией?

— Типа да. Но на другом уровне. Это побочный проект.

Оба уперся локтем в стол и положил голову на ладонь.

— Дай угадаю. Ты пытаешься решить проблему Хмари, не ставя ее в известность. Почему?

Я вздохнул.

— Потому что конкретно она мне сейчас не нужна. Я уже получил от нее исходники, доработал их и бодаюсь с проблемой общей сборки. Мне бы по уму в инженерный корпус сходить, но они еще месяц назад сказали, что пока мы не научимся внедрять начинку в биокристаллы, чтоб и не думали их беспокоить. Им есть чем заняться.

— Это ведь не единственная причина?

— Не единственная. Я не особо компетентен и лезу на свой страх и риск. Может, в результате Маршу голову оторвет. Не хочу, чтобы в этот момент Хмарь стояла рядом. Вдруг забрызгает. Вон смотри, как греется.

Я впихнул биокристалл в гнездо обычного и толкнул маску к Обе. Оба потрогал край маски и одернул палец. Потом снова осторожно сунул его внутрь и потрогал внутреннюю часть.