Иван Катиш – Фантастика 2025-150 (страница 192)

Так что, может, это не мы такие таланты, а окно возможностей открылось, надо будет прикинуть, какого слона еще в него можно пропихнуть. Теперь вопрос, сколько оно простоит открытым. Если оно, как и разрушение элементов, связано с солнечной активностью, то пара лет у нас еще есть, хе-хе. Я мысленно потер руки. Сколько еще всего успеем попробовать!

— А почему ты спрашиваешь? Он вам-то чем не угодил? — спохватилась Хмарь.

— Не то чтоб не угодил. Он просто странный. То понтуется как не в себя, а то дуется как мышь на крупу. Отказался участвовать в новых тестах. Отказался от всех спецпредметов. Отказался от работы в нашем инкубаторе, хотя все туда рвутся.

— А у вас тоже инкубатор есть⁈

— Есть, маленький, экспериментальный, не такой как у вас. У нас же раньше не работали с базовыми элементами. Но теперь понятно, что произошло.

— Ему придется это как-то пережить, — хмыкнул я.

— Может, он нежный внутри! И страдает, — предположила Хмарь. На лице ее проступила смесь жалости и недоумения.

Всё бы женщинам всех жалеть. Меня бы кто пожалел? А надо ли меня жалеть? Вот уж нет, ненавижу, когда со мной так. Я запутался в своих пожеланиях, но тут рядом с нами материализовался ДПО и призвал к новому забегу.

На этот раз нам на головы вывалили единое пространство поломок. Всю нашу группу накрыла объемная зеленая дуга, где проблемы расползались по зонам ответственности. Сами поломки были не сложнее, чем в прошлый раз, но расположены были совсем не симметрично. Я подумал, что та техника общения, которую нам показали на днях, была бы здесь весьма кстати, и зря мне запретили ее практиковать.

Первые две поломки, которые я обнаружил над своей головой, были точно такими же, как в прошлый раз, я их поправил с двух рук и тут же обнаружил две новые, чуть выше. Они тоже были простенькие, но разные. Я решил легких путей не искать и снова использовал две руки в параллель. У меня чуть голова не развалилась, но я смог!

Больше на моей территории чинить было нечего, если говорить о крупных блоках, но были кое-какие мелочи на границе моей зоны ответственности ближе к Хмарь. Я немножко влез туда и соединил быстренько соединил все четыре разрыва, пока Хмарь не заметила. А, нет, заметила и метнула на меня гневный взгляд. Я улыбнулся, слегка дернув плечом, подразумевая, что больше не полезу на ее территорию, и она снова сосредоточилась на борьбе со второй парой поломок. Ей мешала невозможность разогнать действие по двум рукам, и она продолжала перебрасывать действие из одной руки в другую в скоростном режиме, как делала в прошлый раз. Я прикинул сложность — даже таким неоптимальным способом она должна была справиться.

Словно услышав мои сомнения, Хмарь еще ускорила переброску операций, от чего дело у нее пошло быстрее: поврежденные элементы принялись резво перестраивать форму. Вот и славно, какая разница, кто как работает.

Я покосился на Рамена. Он тоже упорствовал в своем методе, воздействуя на элементы каким-то странным способом. Но вот у него ничего не получалось, поэтому я спокойно восстановил повреждения на нашей с ним границе, и он меня даже не заметил.

После этого делать мне стало нечего, я соскучился и попробовал пробежаться вниманием по всей дуге, перескочив через Хмарь. Но реально получилось увидеть только Лилию и Гоку, которые стояли на другой стороне дуги, потому что все остальное тонуло в зеленой трясине.

Я перевел взгляд на ДПО, который уютно устроился в дальнем от нас углу и только что руки не потирал. Все идет по плану, да? Надеюсь, мы все это делаем не просто так.

И тут меня посетила мысль — а что, если попробовать выйти на контакт с дальними членами команды через линии поперечного натяжения? Ведь они же есть, я их вижу. Ну какая разница, через что общаться — через физический контакт или через линии, мы ведь их руками трогаем. Должно получиться.

Меня даже не остановил тот факт, что в прошлый раз, на мероприятии в универе, никакой внятной коммуникации у нас не получилось, я просто потянул за что-то интересное и так его и не получил.

Я сосредоточился на контакте с Гоку, он парень крепкий и должен выдержать такие эксперименты. На уровне метра над моей головой шла линия, которая вроде бы доходила прямо до него. Не исключено, что она цепляла кого-то посередине, но это я решил игнорировать, и тупо погнал по этой линии мысль — «Гоку? Ты там как?»

Гоку, который как раз закончил свой ремонт и тоже стоял в явных размышлениях, что бы еще учинить, аж подскочил на месте. Посылка дошла!

Он повернул голову и посмотрел на меня. А как он, интересно, понял, что это я? Или просто других дураков нет? Выражение лица было трудно разобрать за очками, которые закрывали ему пол-лица, Гоку носил какие-то особенно большие.

Через паузу в голове сама собой возникла мысль: «Скучаешь? Лучше к Лупусу сходи, он от тебя через два человека. У него вертикаль особо злобная». Но, кстати, было совершенно очевидно, что это говорит Гоку. Надо будет потом сообразить, как я это понял.

Теперь осталось разобраться, как добраться до Лупуса, которого я не видел. Он был перекрыт от меня Хмарью и Контрастом. Что если прогуляться по горизонтали, а потом спуститься вниз по вертикали.

Я закрыл глаза и попробовал нащупать линии натяжения. Вслепую получилось гораздо лучше. Каждый из наших ощущался плотным клубком потенциальных нитей, — еще бы, мы же органики, мы это добро сами и производим как шелкопряды, — вот сумбурный клубок Хмари, она ощущалась как ежик, потом шел упорядоченный и гладкий как шар Контраст, а вот Лупус.

Лупус был чем-то средним между Хмарью и Контрастом, не колкий, не острый, скорее пушистый, но какой-то запутавшийся. Интересно, это его обычное состояние? А сам-то я какой? Спрошу потом Гоку, наверняка, он таким же образом добрался до меня.

Я поднялся линией внимания над головой Лупуса чуть выше нитей, по которым я пришел… Ого, кому-то конкретно не повезло. Если мне выдали четыре точечные поломки и кое-что по мелочи на границах, то у Лупусу достались какие-то остатки прежней роскоши. Как будто кто-то разбил у него сервиз над головой: фрагменты неправильной формы заполняли все пространство.

Лупус героически сражался с осколками, пытаясь слепить из них хоть что-нибудь. Я чувствовал всплески его активности, но, что он пытается сделать, понять не смог. Поэтому я ощупал пространство вокруг него, обнаружил два разрыва на границах и залатал их, чтобы хотя бы они ему не мешали. Удаляясь к себе, я понял, что это ему каким-то образом помогло, и процесс пересборки «сервиза» пошел быстрее. Я бы на его месте, честно говоря, уничтожил бы все это до нуля и пересобрал заново. Все равно нам не были известны задачи этой конструкции, а, значит, нестрашно, если она какие-то функции потеряет. Наше дело квадратное тащить, круглое — катить.

Вернувшись в свой огород, я осмотрелся, с удовлетворением отметил, что ничего не сломалось, Хмарь и Рамен тоже бездельничают, выдохнул и опустил руки. И обнаружил, что ДПО стоит прямо напротив меня и с интересом меня разглядывает. Что такое?

Прозвучал сигнал. Зеленая дуга мигнула и убралась в потолок. Все, кто еще не сделал этого, опустили руки и сняли очки. Я глянул через плечо Хмари на Лупуса, тот был аж весь мокрый, и снова уставился на ДПО. Тот сделал шаг назад и вышел на самый центр перед нами. Ага, сейчас расскажет, что это было.

— Дорогие студенты, ваша группа превзошла все наши ожидания. Вы большие молодцы. Хотя мы не планировали на данном этапе тренировку коллективных действий, вы их все равно осуществили, и это потрясающе. Я даже не знаю, будет ли нам, чему вас учить на следующем этапе, поскольку спонтанно найденные вами методы сами по себе необычайно интересны. Мы их обязательно изучим и подумаем, как их можно развить.

Лупус вздохнул. Он себя молодцом не ощущал. ДПО перевел взгляд на него.

— Лупус, у вас всё почти получилось. Вам действительно досталось самое сложное задание, и вы справились с ним на 90%.

— Мне кто-то помог, — нехотя признал Лупус. — Без этого я бы не сделал и половины. Не вы случайно?

— Нет, не я, — улыбнулся ДПО. — Вы пока можете опросить коллег, может быть, кто-нибудь признается. Еще раз подчеркну, метод интуитивного перемещения по направляющим — очень и очень интересный. А теперь обедать!

Он взмахнул руками, пресек все вопросы и стремительным шагом направился к выходу. Нет, я так не играю! Ничего нам не объяснили, так принято что ли? С другой стороны, обед сам себя не съест. Может, мы опаздываем?

Мы с Раменом вышли из аудитории последними, если не считать Ангелины, которая остановилась проверить, закрылась ли дверь. К моменту, когда мы оказались в коридоре, наши растянулись в длинную цепочку, а ДПО виднелся где-то у самого поворота. Понятно теперь, как он утром так быстро оказался в этой аудитории. Казалось, этот человек перемещается по воздуху. Мы поспешили за ним.

В столовую мы вошли в самом хвосте голодных. За круглыми столами уже сидели остальные участники и работали ложками. Народу было как у нас в час пик, но зато на раздаче стояли только двое местных сотрудников. Две трети порций уже были разобраны. Мы взяли подносы и построились в очередь.

Набор еды немного отличался от нашего. Здешний повар явно отдавал предпочтение реконструкторской кухне. Я взял тыковник, тыщу лет его не видел, и компот.