Иван Катиш – Домино 4 (страница 13)

— Ну да, — подтвердил Харах.

— И что пошло не так?

— Во-первых, создатели промахнулись с нашим температурным режимом. Мы отключаемся после минус тридцати, а в шахтах бывает и холоднее.

— Есть ведь еще и во-вторых?

— Есть, — ухмыльнулся Харах. — Та контора, по заказу которой нас делала, разорилась, и были куплена другой. А у той, другой, были свои добытчики, которые к тому же не мерзли. Ну нам выдали документы — и на мороз. В прямом и переносном смысле.

— Делааа, — протянул я. — А ловко у вас устроено. Сначала тебя создают, а потом можешь идти на все четыре стороны.

— Есть такое дело, — признал конструкт. — Но пойти на запчасти было бы гораздо грустнее.

— Соглашусь, — кивнул я. Мне и самому бы не хотелось на запчасти.

— Так что теперь мы здесь, — прокомментировал очевидное Харах.

Остаток пути Харах баловал меня байками из компании, где их с братом и сделали.

Особенно шикарной оказалась причина, по которой Харахов было только два. И это были не деньги.

Компания была маленькая, в сущности стартап, называлась «Ландшафт, снег и роботы», которой руководили муж и жена, владея бизнесом в равных долях. Однако никакой семейной идиллии в конторе не наблюдалось. Короткие перемирия ради выполнения контрактов сменялись периодами битья посуды, причем под это битье привлекались и тестируемые модели. Действительно, не своими же руками начальству тарелки о стену кидать. Харах Правый со своей любовью к армрестлингу и щупальцеразмахиванию был особенно ценим супружеской парой, потому что разбивал любую тарелку с первого удара о стену, и зачастую конфликт достигал точки кипения в момент, когда хозяева решали, на чьей стороне он будет в этот раз.

— Высокие отношения! — прокомментировал я.

— А то! — согласился Харах. — Я, правда, тогда воспринимал это как норму, я ж другого не видел. Думал, все так делают. Уже когда приехал на шахту, узнал, что это не так.

— И как ты узнал?

— Там всех новеньких приводят, представляют и спрашивают, что они еще умеют за пределами инструкции. Ну мы с братом и сказали, что бьем посуду для мужей и жен. Так сказать, скандал на аутсорсе.

— Ахахах, — развеселился я. — А они что?

— А они вот как ты сейчас, ржали ужасно. Сказали, что это тянет на отдельный бизнес. Но потом оказалось, что это никому не надо, народ не часто так делает, а если и бьет посуду, то самостоятельно.

— Круто вообще! А ты тоже что ли посуду бил?

— Ну да. Я всегда выступал против него для баланса. И, кстати, не всегда проигрывал! Потому что я попадаю точнее, но зато его тарелки действительно лучше бьются.

— Так почему вас всего двое тогда? Логично было бы построить по армии каждому.

— Ха! В этом и дело, — оживился Харах. — Ну, во-первых, заказ был только на двух, поэтому предварительные модели просто быстренько разобрали. А, во-вторых, самое ценное — это наша начинка. Примерно такая же, кстати, как из твоих крокодилов навыпадала. Ее долго и дорого делать, еще дороже отлаживать. Наш босс, который муж, заказал и успел выкупить совершенно шикарную вещь, которая позволяла всю эту начинку дублировать и переносить на следующий носитель. Чистая печать, если по-простому. И можно было бы создать небольшую стаю. Или большую. Но жена встала стеной. И заявила, что это противоречит самой концепции их конструкторского бутика, и они не должны давать заказчиком ни малейшей надежды, что их изделия можно вот просто так выгнать в серию.

— Да она с ума сошла… это же мечта…

— Ну вот босс тоже так сказал. Но тут надо сказать, что копирование и впрямь небезупречное, сохраняется максимум девяносто процентов исходника, и надо каждый раз проверять, не отвалилось ли что важное. Но она его дожала тем, что у них не было ресурсов проверять каждый получившийся экземпляр. Так что они ни разу не воспользовались этой машинкой, по крайней мере, при мне.

— Так-так, значит, они ей не пользуются?

— Нет. Я думаю, она продается. Когда мы уезжали к вам, народ рассказал нам, что ребята оформляют то ли банкротство, то ли продаются кому-то с потрохами. То ли продают потроха отдельно, я не понял.

— Очень интересно, — в голове у меня уже крутились самые разные варианты. — А нельзя эту машинку купить?

— Думаю, можно, ты лучше у вашего Балакирева спроси, уверен, он уже и цену знает.

— Хех, спасибо. Интересная вещь.

Остаток дороги мы болтали о Домино, но фоном у меня крутилась мысль, как было бы шикарно сделать дубли вот той крокодильей начинки, которая сейчас болталась у меня в артехране в ожидании восстановления до крокодилов. Это же какое подспорье в хозяйстве!

Я высадил Хараха у Управления и зашел попить кофе к Кракко. Эх, как жалко, что нет Кьяры. Придется одному. Пока сидел и ждал своего рафа, хотел написать ей письмо про то, как пригодилось ее кольцо. Но потом подумал и не стал, потому что как-то сомнительно это выглядит: вот классно, что твое кольцо у меня, а не у тебя, звучит обидно. В конце концов отправил ей фотку двух Харахов, которые снялись напротив Управления, уперевшись щупальцами друг в друга. Просто жизнь без подтекста.

Допил кофе и зашел наудачу к Балакиреву. Поговорить насчет его контактов на Бодайбо. Балакирев, как ни смешно, был уже в курсе.

— Знаю, знаю, зачем ты пришел, — ухмыльнулся конструкт. — Уже зарядил своих узнать про машинку. Уверен, что окупится?

Я плюхнулся на стул.

— Нет, конечно. Я же цену не знаю. Вдруг задаром отдают.

— Это вряд ли, — покачал головой Балакирев. — Но, думаю, цену нормальную дадут. Они не могут ее продать на Меркатор, это их местная разработка, а Меркатор к себе такое не пускает. У них свое есть.

— На это вся надежда, — улыбнулся я. — Приятно было бы купить с молотка такое. Столы, стулья и магический копир.

— Будешь смеяться, но это практикуется. Тебе могут предложить что-то в нагрузку.

— Так это смотря чтоооо, — протянул я. — А то я возьму.

— Ладно, посмотрим, к завтрашнему дню должны ответить.

— Ну я пошел тогда.

Я встал, поскольку тема была исчерпана.

Балакирев кивнул мне и полез в свой компьютер.

В коридоре я встретил Хараха Правого, который сдал смену и, счастливый, мчался к Октору. Мы остановились, чтобы обменяться рукопожатиями, и он проскочил дальше. Харахи удивительно быстро передвигались, если внутри помещений они использовали свои щупальца как ноги, то снаружи они зачастую скручивали их в колесо и на дороге развивали сопоставимую с машиной скорость. Так что, если вдуматься, мой совет Хараху Левому завести свой транспорт был дурацким. Хотя вот Драк вообще мог бы везде летать, а ездить любит все равно.

Домой я приехал последним, Котий уже изобразил запеканку с мясом и местными корнеплодами, и Драк недовольно бухтел, что из-за некоторых остальным есть не дают. Некоторые — это, надо понимать, я, а остальные — это очевидно он.

— Я тебя понял, — кивнул я. — Сожалею. Заметь, хорошо, что Котий терпит наши выкрутасы и что-то создал опять такое, что может немного и в духовке постоять.

— Вот! — обрадовался Котий. — Хоть кто-то оценил. Что я не готовлю вам эту кошмарную карбонару, где промедление смерти подобно.

— Чьей смерти? — Драк от любопытства даже кусок до рта не донес.

— Блюда, конечно, — фыркнул Котий. — Не твоей же.

— Да уж, — усмехнулся Драк. — Нас, драконов, так просто не убьешь. Хотя некоторые пытаются.

И сунул кусок запеканки в рот.

— Очень вкусно! — заявил он, еле успев прожевать.

Но Котия он этим не обманул. Котище нахмурился, ничего не сказал, но мысленную пометку сделал.

— Действительно очень вкусно! — присоединился я. — А с чем это?

— А это тестовый набор корнеплодов. Он еще не с поля, а из опытной теплицы, я у Ирины взял попробовать.

— Когда ты успел? — прищурился Драк.

— Позавчера. Когда был в городе. Она привезла немного Роману Николаевичу, и он мне шесть штук отсыпал от щедрот. Хорошо, да?

— Абсолютно, — подтвердили мы с Драком.

— А когда можно ожидать полноценную партию? — поинтересовался я.

— В следующем году, наверное. Этим летом в том секторе построятся фермеры. Они сейчас, Марк, в твоем отеле живут. Ты, кстати, не собираешься освобождать ваш с Кьярой номер? Он там один пустой стоит.

Я вздохнул.

— Я думал, она, может, на выходные приедет. Мы бы тогда сразу туда…

— Маловероятно, — предположил Котий. — А если приедет, у тебя тут дом собственный. С видом на лес.

— Да я обещал придержать номер, — задумчиво вспомнил я.

— Ну смотри, — пожал плечами Котий.