Иван Катиш – Брутфорс (страница 13)
– Потому что Александр «Риц» Иванов сбил спасательный дрон и присвоил его с целью дальнейшей перепродажи.
От этого заявления я озверел и вскочил.
– Егор! С чего это вы взяли?! Я не сбивал никаких дронов. Более того, он был всего один и в принципе не настроен ни на что. И я тут хочу поставить вопрос как пассажир – как это вышло? Что самолёт был оборудован нефункциональным спасательным оборудованием?
– А я бы ещё напомнил, что согласно уложению об управлении местными территориями вся техника, оставленная на территории фестиваля, принадлежит тому, кто её первично обнаружил. То есть в данном случае – ему. Вы пытаетесь отнять законный трофей, – внезапно поддержал меня распорядитель.
Спасатель забулькал от бешенства. Пока он не нашёл новых аргументов, распорядитель цапнул его за локоть и вытащил из юрты со словами:
– А пока вы размышляете об этом, я проведу вас к капитану. У него к вам тоже есть вопросы.
Они удалились, а я выскочил из юрты, чтобы отдышаться. Меня трясло. Спасатель нашелся! Сообразил, что предпринять! Вырвать из лап «врагов» неработающий дрон! Через некоторое время я успокоился и вернулся к устройству. Оно действительно почти не пострадало, за исключением вмятины от стрелы в нижней части. Но только я надел очки, как вернулся распорядитель и уселся передо мной на ковёр.
– Риц, да?
– Ага, – подтвердил я.
– Слушай, ты это… Мы тебя полностью отспорили и твоё имущество тоже. Капитан сейчас письменно подтверждает, что он сам разрешил тебе влезть внутрь, – он кивнул на дрон.
– А правда насчёт местных территорий? – поднял голову я.
– Абсолютно, – улыбнулся распорядитель. – Но я бы очень тебя просил его здесь оставить. Потому что правило распространяется только на нашу область. И в столице – а ты ведь туда летишь? – тебя с этой штукой повяжут. Или даже прямо в Улан-Баторе.
– Ну и ладно, – буркнул я. – Вам оставлю.
– А они, – распорядитель явно имел в виду спасателей, – дрон заберут. И мы отдадим, потому что нам этот хлам совершенно не нужен.
– Да пожалуйста, – пожал плечами я. – Просто обидно было.
– Я понимаю, – вздохнул распорядитель. – И ещё одно. Там с тобой, возможно, захотят поговорить. Ничего такого, капитан в рапорте всё чётко объяснил. Обвинять тебя не в чем. Ты их тогда… Не посылай сразу, а?
– Хорошо, – пообещал я. – Сразу не буду.
Распорядитель расхохотался и хлопнул меня по плечу.
– Вот и договорились!
С «таблеткой» я провозился ещё час, пытаясь снова научить её летать. Предыдущая программа почему-то не работала. Пришлось ещё раз перебрать запасы и выбрать совсем простенькую, после чего мне удалось поднять дрон в воздух, но лететь он никуда не захотел. Ну и ладно, подумал я, всё равно не смогу его забрать. Так что я почистил управляющий кристалл от своего участия и отложил «таблетку». Могу и вернуть теперь – хотя нет, пусть сами забирают.
Вечером нас позвали есть мясо и слушать рассказ о кочевом феодализме. К ночи прилично похолодало, и я не пожалел, что у меня есть тёплая вещь с капюшоном, в ней можно было долго сидеть и смотреть на огонь.
Утро начальника службы безопасности аэропорта Улан-Батора началось с эпической битвы с молодым дарованием. Молодое дарование уже успело поучаствовать в героической акции по ловле чумных сусликов, уцелеть и на этом основании считать, что никакую безопасность без него обеспечить нельзя. Сейчас дарование надеялось перейти в СБ аэропорта за проявленную бдительность. Дарование звали Егор Песочкин, и был он изрядной занозой в коллективной заднице региона.
– Имел место сговор между распорядителем фестиваля и одним из пассажиров! Мы не можем оставить такой демарш без последствий! – кипятился Егор.
Его собеседник, подперев круглое лицо ладонью, скучающе смотрел на него. Совершенно случайно начальник СБ аэропорта был двоюродным братом распорядителя фестиваля и всю историю выслушал в красках ещё вчера, и рапорт капитана тоже прочитал. Было ему откровенно тоскливо, он бы сегодняшний день с удовольствием провёл на свежем воздухе и лихом коне, сбивая на скаку дроны, но обещанное прибытие делегации из Южной столицы никому доверить было нельзя. Ему ещё предстояло объяснять им, что придётся задержаться, пока не восстановят повреждённую вышку и самолёты снова не полетят. Думать о том, что было бы, если бы на резервную полосу сел не обычный самолёт, а правительственный рейс, ему не хотелось. А если б они промахнулись, эх. И тут ещё этот… энтузиаст. В штат ведь хочет, вот кошмар-то. Будет бабушек ловить, которые вечно хотят провезти внукам что-нибудь не то, и ладно бы ловить, отобрать запрещёнку им самим нетрудно, а ещё и отправлять в тюрьму. Откуда их, естественно, будут тут же выгонять. Начальник вздохнул и переложил подбородок на другую ладонь.
Егор всё не унимался.
– Мы должны принять меры, чтобы спасательная система впредь была в безопасности от пассажиров!
– Так-так, – оживился начальник. – Я согласен насчёт принять меры к системе. Вы разобрались, что произошло?
Спасатель набрал воздуха в лёгкие, чтобы ещё раз повторить свою версию произошедшего. Начальник заметил и оборвал этот порыв:
– Только не надо мне рассказывать про супермонстра, который сбил, проник и внедрился. Пассажир взял неработающий прибор и попробовал его по-быстрому починить. Я читал рапорт. Хотя можете предложить вашу версию, – начальник махнул рукой.
– Я всё выясню, – пообещал Егор. – Наши люди уже изъяли устройство. В ближайшее время будет готов анализ.
– Вот когда будет, тогда и приходите! – заявил утомлённый начальник. Ему очень хотелось зелёного чаю, раз нельзя стрелять из лука. А ещё делегация приедет, надо готовиться.
– Это саботаж! – завопил Егор. – Я пожалуюсь в столицу!
– Хоть во все четыре, – лениво предложил начальник.
Егор хлопнул дверью.
Утром я распрощался с новыми друзьями, пообещал Лисе, что непременно найду её брата, пожал руку Питеру, пожелал успехов пацанам и залез в последний мобиль из тех, что прислали за нами.
Хотя наши мобили шли с приличным интервалом, прибыть мы умудрились одновременно. И я с сожалением отметил, что наша толпа заполонила и души, и кафе, и вообще все места, куда только мог приткнуться человек. Впрочем, после регистрации должно было стать полегче.
– Так это вас все ждали! – заметила стройная девушка с короткими розовыми волосами.
– Кто нас ждал? – удивился я.
– Ну, сначала должен был лететь маленький самолёт, и я надеялась улететь на нём. А потом сказали – концепция изменилась. Будет большой, но через шесть часов.
– Обидно, – посочувствовал я. – Но мы не просили, честно!
– Это ведь ваш самолёт сел в степи?
– Да, на резервную, – к этому моменту я уже знал, что это никакая не дорога, а резервная полоса, которых тут несколько штук.
– Круто! – позавидовала девушка. – Ещё, наверное, на фестиваль попали?
– Ага, – кивнул я. – Внезапно.
– Везёт! – отреагировала она. – Кстати, меня зовут Кира.
Я тоже представился, мы немного поболтали, а там подошла наша очередь на регистрацию.
В зале заседаний компании «Нигам» неторопливо вращались допотопные вентиляторы и лениво жужжала муха. Было жарко. Старый инженер только что закончил объяснять свалившейся на его голову комиссии, почему предложенный ими дрон сначала не летел, а когда попал в чужие руки, внезапно полетел.
Комиссия из трёх человек, присланная объединённой лётной службой, страдала. Мало того, что их бросили сюда, толком ничего не объяснив, так ещё теперь они сидят в этом ужасном помещении и мучаются.
– А кондиционера у вас принципиально нет? – сердито спросила участница комиссии.
– Почему? Есть, – удивился инженер. – Просто наш босс его не любит, мы и не включаем. Если вам жарко, давайте включим. Всё равно он уехал.
Некоторое оживление от предстоящего изменения температуры разрядило атмосферу.
– Увлажнитель ещё можно включить, – предложил инженер.
– Не надо, – помотали головами члены комиссии.
Секретарь прикрыл окна, выгнал муху и принёс всем ещё воды. Жизнь стала немножечко лучше.
– Ченсо, – обратился к инженеру глава комиссии. – Всё-таки, пожалуйста, ещё раз по пунктам объясните, как это вышло. Согласитесь, невозможно поверить.
– Хорошо, давайте пройдём по пунктам. И вы увидите, что ничего удивительного тут нет. Самия, – обратился инженер к своему менеджеру, – выведи, пожалуйста, на экран ТЗ.
Пальцы Самии взлетели над стационарным презентационным устройством, и на экране появилась таблица.
– Вот, смотрите, пройдём сначала, – предложил инженер. – Нам была поставлена задача в рамках соглашения отгрузить сорок два сигнальных юнита. Юнит должен был уметь подавать сигналы бедствия, передавать координаты точки и быть простым в управлении. Самия, верно я говорю?
– Верно, – кивнула красавица-менеджер. – Стоить они могли не больше двадцати талеров за штуку и должны были быть поставлены в Восточную столицу в течение недели. Как нам объяснили, это срочно, потому что ожидаются катаклизмы, которые могут вызвать сход самолётов с маршрута. Насколько мы поняли, так и произошло.
Члены комиссии кивнули и что-то пометили себе в планшетах. А инженер продолжил:
– Создать что-то с нуля в такие сроки нереально. Поэтому мы взяли имеющиеся устройства, которые мы отгружаем фермерам, и лишь немного их подправили. Оригинал наблюдает за полями и передаёт изображение на камеру. Поскольку они дешёвые, у них заблокирована возможность перемещения на большие расстояния, чтобы они не улетали по собственной инициативе и чтобы их не угоняли. Но конфигурация оставлена открытой, чтобы, если у хозяина возникнут другие потребности, он мог бы в местном сервисе дозаказать нужное. Например, можно отдельно залить туда учёт погодных условий, чтобы дрон прятался от дождя, либо контроль за перемещением диких животных. Мы и сами можем установить такой функционал, но за дополнительные деньги. Обычно заказчики предпочитают разбираться сами.