Иван Катиш – Брутфорс 4 (страница 44)

Гоку потратил половину первой ночи на обшаривание тренингового центра и нашел там незапертую комнату с упрощенной учебной сферой. Структура у нее была попримитивней, чем у той, что активировалась в зале с башнями, зато ее можно было растянуть на весь зал. Чем мы с Гоку и воспользовались вечером следующего дня, чтобы потренироваться в импульсно-мысленной связи.

На хвост нам сели Ворон с Питоном и примкнувший к ним Килик. Гоку попенял мне, что я не умею сбегать от своих, что было абсолютной правдой. От студентов своего университета Гоку уходил мастерски, как и они от него.

Но впятером было и вправду повеселее, плюс наши лучше и четче держали контакт, чем, например, Аркадий с Лилией. Потом нас нашла Хмарь, но быстро соскучилась: у нее с перегонкой информационных импульсов по направляющим не возникло никаких проблем. Она быстрее всех перестала фонить лишними эмоциями и стала выдавать четкие описания структур, на которых мы тренировались. Мы попытались ее выгнать, чтобы она нас не злила своим совершенством, но она не выгналась, а вместо этого накрутила на направляющих линиях усилителей, похожих на уши.

Эти ушные устройства решили все проблемы для нас, но Гоку предположил, что они нарушат базовую конструкцию.

— Ну нарушат, снимем, — пожал плечами я. — Слушай, Гоку, но это пустой разговор. Мы имеем дело с учебной инсталляцией, которая делает неизвестно что. Давай посмотрим, насколько быстро их можно удалить, если что-то пойдет не так.

Удалить получилось не сразу и пришлось внести кое-какие изменения в конструкцию. Но в конце получилось нарядно: и полезно, и удалялось в считанные секунды.

Мы уже собрались растянуть учебную сферу на весь зал и увешать ее Хмарьскими ушами, но тут явился ДПО и разогнал нас по комнатам. При этом он, кажется, совсем не удивился, когда нас там обнаружил. Специально что ли ждал, пока мы наиграемся? Не верю, что весь этот центр не под камерами.

И на последнем забеге на башнях у нас все получилось! Наша команда заработала как единый организм. Гоку определил, что башня рушится в постоянном режиме, но при этом двигается вперед, когда восстановлено семьдесят процентов структуры по всему контуру.

Значит, нам не нужно добиваться идеального состояния, хотя, с моей точки зрения, это был какой-то бред, а надо было только поддерживать вот этот минимум.

Как только мы это выяснили, дело пошло. Я взял на себя реанимацию крупных узлов, которые, если по-честному не были такими уж крупными, а ребята поддерживали эту самую семидесятипроцентную квоту. И вау, диджей, мы добрались до финишной черты первыми!

Эгегей! Победа! Я ожидал, что сейчас включат свет, мы слезем с этих башен и пойдем получать какие-нибудь призы. Свет действительно зажегся, мы предсказуемо обнаружили, что само перемещение башен было полностью воображаемым, и все башни стоят на местах. Но только всем было совершенно не до нас.

На двух других башнях творилось что-то несусветное. Башни истерически мигали, двое инструкторов пытались вытащить студентов с нижних этажей, а лидеры обеих групп были вовлечены в какую-то нездоровую активность.

Вокруг нашей башни металась Ангелина и требовала немедленно спуститься вниз.

Мы попрыгали на пол, я не стал даже дожидаться, пока освободится спуск и слетел с середины, и подскочили к ней.

— Что происходит?

— Авария! Не трогайте ничего, умоляю!

— А нас почему не затронуло?

— Потому что вы удержали большую часть контура, а на финише я отключила от общей сети всю вашу группу!

— А здесь что? Мы можем помочь? Их надо снимать оттуда?

— Да! Нет! Не знаю! Такого никогда не было… Отключение заблокировано, но нам надо как можно быстрее всех оттуда снять, а верхние этажи залипли в своих операциях, мы не можем до них докричаться.

И правда. Игроки на обеих башнях самозабвенно что-то плели руками, что не имело уже никакого отношения ни к соревнованиям, ни к чему. Похоже, их затянуло в какую-то внеплановую иллюзорную нишу, и теперь оттуда их можно было снять силой. А инструкторов не хватало.

Я примерно прикинул и понял, что снять их руками у нас не получится. Они сидят высоко и крепко увлечены процессом. Меня бы тоже фиг оттуда стащили. Осталось сломать то, в чем они залипли.

— Гоку, может, мы глянем, что их накрыло?

— Ага, та же мысль.

— Не смейте! — закричала Ангелина. — Еще вас там не хватало!

— Да ладно, — отмахнулся я. — С нами-то в чем проблема? Я гляну, а если меня так же туда втащит, просто стукнете меня по голове. Делов-то!

Ангелина сердито посмотрела на нас, взяла с нас обещание, что мы ничего такого делать не будем, и побежала помогать инструкторам вытаскивать народ с третьей башни.

— Ты же несерьезно это пообещал? — спросил меня Гоку.

— Конечно, нет. Я пальцы скрестил как в детстве. Так что мое обещание не считается. Ты разве так никогда не делаешь?

— Не скрещивал ты никакие пальцы, — вывела меня Хмарь на чистую воду. — Ты просто наврал. Но я с тобой, если что.

— Тогда поехали, — объявил Гоку. — Давайте так. Мы с Рицем вламываемся во вторую башню. Рамен и Хмарь стоят вторым эшелоном и контролируют нас. Все остальные следят за нами четырьмя. Если вы обращаетесь к Рамену и Хмари, а они на вас не реагируют, то нам всем по башке и вытаскиваете из комнаты совсем. Ясно?

— Ясноооо! — протянули остальные.

— Повторить! — скомандовал Гоку.

С первой попытки не получилось. Наши соратники, оказывается, собирались нас бить и тащить наружу ровно через пять минут. Откуда взялись пять минут? Но со второй попытки Гоку добился понимания, и мы с ним ломанулись внутрь второй башни.

О, даааа! Разумеется, у наших конкурентов не было никаких моральных сил это бросить. Конструкция, которая открылась перед нашими глазами, была гораздо красивее, чем исходное упражнение. Все сияло, сверкало и блестело. Все поломки были совершенно очевидными и простыми. По приколу я починил парочку, они тут же приветственно засияли, выбросив в пространство небольшой салют.

Я почувствовал прилив радости от решенной задачи. И руки буквально сами потянулись к следующей мелкой глупости. И тут же остановился. Чинить эту ерунду и правда было огромным удовольствием, накрывало ощущение всемогущества.

Но для меня было очевидно, что это особо подлая иллюзия, потому что я вошел в нее сразу, а не был втянут постепенно, как наши конкуренты.

Я снял рабочие очки, осмотрелся вокруг. и понял, что у меня будет обзор получше, если я снова залезу на нашу башню, как на горку, и посмотрю оттуда. Я толкнул в бок Гоку, сказал ему, что собираюсь сделать, и полез обратно. Никто не обратил на меня внимания, инструктора все еще возились с эвакуацией тех, кто сидел внизу башен, только Хмарь сместилась ближе к нашей башне, чтобы удерживать в поле зрения и меня, и Гоку.

Забравшись на верхнюю позицию, я снова надел очки и погрузился в новую реальность башен. За это время иллюзия обросла новыми деталями и объемом. Меня аж затошнило от яркости и интенсивности всего, что происходило внутри. Я увидел, что все три верхних игрока на соседней башне обмотаны линиями воображаемых конструкций: вокруг каждой головы нарисовался плотный обруч. Очаровательно, кто-то решил немного покачать информацию? Зачем так сложно?

Гоку между тем времени не терял и сдернул эти обмотки с одного из студентов. Тот обмяк, перестал упираться, и инструктора смогли его снять с башни. Но с верхними уровнями так не получится, придется покопаться. Я крикнул Хмари, чтобы она попросила Гоку переключиться на третью башню. Мне до нее было не добраться, зато разобраться со второй с верхней позиции у меня было больше шансов. Гоку передал, что понял и сместился ниже.

Я для себя наметил план, что если я быстро размонтирую верхушку соседней башни, то потом сам туда перелезу и доберусь до третьей.

Но быстро не получилось. Проклятые обмотки держали игроков крепко. Я подозревал, что те красоты, которые вижу я, ни в какое сравнение не идут с тем, что видят они. Ну что же, копать, так копать.

Неприятно было, что мы потеряли нашу «молчаливую» связь из-за отключения нашей башни. А использовать чужую конструкцию мне не хотелось. Ха! А что если? И я бросил ладонью банальную органическую линию Хмари.

— Подвесь свое ухо, — крикнул ей я.

Она кивнула, и нацепила на линию три усилителя.

— Прием, прием! — проверил я.

— Работает! — откликнулась она, не открывая рта.

Отлично, так оно лучше, чем орать. Потом мы кинули такую же ветку к Рамену и Гоку, и стало совсем шоколадно. Гоку поделился, что паразитные обмотки вокруг рук разрушаются легче, я принял к сведению и начал с них.

С двумя студентами, которые сидели под лидером группы, получилось легко. Я расщипал обмотки по логике обратной починки, паразитная обмотка вокруг головы распалась сама, и инструкторам удалось их стащить вниз. А вот с лидером так не вышло.

Похоже, что именно на нем держалась и иллюзия, где основным креплением была как раз головная деталь. Уж не знаю, что он там видел, потому что на лице его застыло выражение крайней концентрации, которое раз в пять минут сменялось вспышкой глубокого удовлетворения. Кажется, кто-то застрял в дофаминовой петле.

Но ничего, чувак, мы тебе веселье-то отравим. Ты чего-то злоупотребляешь. Я понял, что у меня будет шанс вломиться в этот прекрасный цикл, если я выбью его из цикла бесконечных достижений. Итак, временной отрезок у нас пять минут, одна, две, три, четыре с половиной, и я бросил ему на руки липучую сетку, которой мы ловили разбежавшиеся элементы. Что бы он там ни собирался сделать, ему это не удалось. И на лице у него отразились недоумение и обида.