Иван Катиш – Брутфорс 4 (страница 3)

Команда Вальтона еще пару дней назад прослышала, что к ним едет то ли инспектор, то ли молодое дарование, и разделилась на две части. Одна хотела немедленно попробовать новенького на зуб, а другая возмущалась, что ходят тут всякие, от работы отвлекают. Известие о том, что новенький, скорее всего, не будет у них работать, а только заедет в гости, уменьшило первую группу почти до нуля, вернее, до двух человек. Поэтому на кухню знакомиться явились только Серафим и Василий.

На кухне они обнаружили одинокого блондина, застывшего в задумчивости над банкой с зефирками.

— А мы знаем, что ты Риц. Первокурсник, — заявил Серафим.

Новенький первокурсником не выглядел. И вообще не особо смущался.

— И вам здравствуйте, — заявил он, наконец определившись, сколько зефирок он хочет в какао. Ни одной.

И банку отодвинул.

— Я Василий.

— Серафим.

— Классно, — улыбнулся новенький. — Ваше имя подошло бы одному человеку. Василий Серафим.

— Ты не поверишь, — поморщился Серафим. — Меня тоже зовут Василий. Мы два Василия, если личные имена брать.

— Тогда у вас синергия.

— Иногда бывает. А ты чего зефир не ешь? Давай его сюда.

Василий с Серафимом заварили себе какао и наметали туда по горсти микрозефирок.

— Чего приехал? — поинтересовался Василий.

— Пригласили. Вот сижу. Думал, поговорим, как у вас дела, я расскажу, как у нас, но пока какао пью, тоже неплохо.

— Из города ехал?

— Нет, я здесь на каникулах недалеко. Домчали в момент.

— Удачно. А ты как вообще с Вальтоном знаком?

— Да я толком и не знаком. Просто видел один раз. Я у Гелия работаю в инкубаторе и в группе «Трилобит рефакторинг».

— А, слышал про вас, — оживился Серафим. — Пластырь у вас зачетный получился.

— Неплохой, да, — признал блондин и кивнул.

— А еще чего делаете?

Ответить Риц не успел. На кухню вошел Вальтон со свитой из Майи и двух молодых людей. Записывающей эмоции жилетки на нем на этот раз не было.

— Познакомились? Замечательно! Подожду, пока допьете, и пойдем!

Экскурсия, устроенная мне Вальтоном охватывала только первый этаж. На второй, где жили сотрудники, меня не повели, просто обозначили, что весь народ живет здесь, чтоб, значит, не отвлекаться. Кухню я уже видел, а была еще и столовая, совмещенная по функции с гостиной для общения.

— И что? Это здесь у вас место встреч? — спросил я.

На стене висела мишень для дартса, совершенно новая, без единой дырочки. Все почему-то замялись, никто ничего не ответил.

— А мишень такая новая, потому что старую только что в лоскуты разнесли?

Я повернулся к Вальтону, но он только смотрел на меня своими маленькими глазками, совершенно не понимая, о чем я.

— Да никто не играет, — пояснил Серафим. — Некогда и неохота.

Я изумился.

— Почему? А как же спорт? Ну и… надо же иногда глупостями заниматься?

— А у нас есть зал для фитнеса! — сообщила мне Майя. — Очень хороший. Я туда каждый день хожу. И бассейн на заднем дворе. Открытый!

— Ты одна и ходишь, — пробурчал один из безымянных спутников Вальтона. — Для тебя все держат. Лучше б еще одну лабораторию завели, и площадка для шашлыков маловата.

Я с интересом посмотрел на них. Чего-то какие-то скучные ребята. Уловив мои сомнения, Вальтон радостно предложил перейти в основную лабораторию испытателей.

Основная лаба выглядела точно так же, как наша Трилобитская комната. Несколько столов, пушка в углу, активатор сетки на стене и на столе. За столами сидели два мужика средних лет в новогодних свитерах с оленями и что-то крутили в своих планшетах. Все работали без направляющих, ну да, логично, Вальтон отбирает лучших.

— Я предлагаю предметно пообщаться, — объявил Вальтон. — Хотя у нас до сих пор нет точного понимания, почему у нас возникли проблемы с элементной базой, проблему приходится решать прямо так. Простым укреплением базовых конструкций. Риц работает в группе «Трилобит рефакторинг», и его руководство любезно разрешило ему поделиться наработками.

Тут мужики оторвались от планшетов и в глазах у них мелькнула искра интереса.

Ах ты, мама дорогая, я еще и должен презентацию тут устроить? Ладно.

Я улыбнулся и присел на край стола.

— Рассказ мой будет недолгим, — пообещал я. — Основная гипотеза, которую мы отрабатываем, состоит в том, что если изменить материал основных элементов, то мы достигнем большей устойчивости. Прошли мы пока что только полпути, потому что исследуем промежуточную гипотезу о том, что этот самый улучшенный материал мы можем получить путем дробления элемента с последующей же сборкой. Мы назвали этот процесс кондиционированием.

— А что можно собрать после дробления? — нахмурился один из сопровождающих Вальтона.

— Ну пока что у нас собираются камни, — ухмыльнулся я. — Наши девчонки носят их на шнурках.

— Время собирать камни… — пробормотала Майя. — А какой смысл носить то, что видно только органикам? Или это прикол такой?

— Прикол задумывался именно так, но в результате оказалось, что камушки наши оказались в видимом спектре.

Теперь на меня смотрели все, не отрываясь.

— Выглядят они по-разному. Без очков вы увидите светящееся облачко, а в очках — вполне оформленный предмет. Мы делали овальные, но можно сделать любой.

— Ну а смысл в этом какой? — хмыкнул Серафим.

— Только промежуточный. Мы все еще работаем над материалом. Методом дробления с последующей склейкой мы получили улучшенную версию сцепки 4, которую отгрузили в библиотеки перед самым Новым годом. А, да, может, она еще не поступила. Мы-то отдали, а теперь она, наверное, на лицензировании.

Василий залез в планшет, валявшийся на столе, наверное, его собственный, и проверил.

— Как должна была называться?

— 4А.

— В центральном нет пока. Здесь только четвертая.

— Мы грузили ее для восточников. Она могла оказаться где угодно, — улыбнулся я.

— Так, — нахмурился Василий. — Но тут тонкие очень контакты. Они должны быть гибкие, как вы с этим камнем.

— А! Тут использовались совмещенные технологии. Сначала я произвел довольно-таки каменную хрень, а потом мы ее довели до ума Гелиевской технологией эластичности.

— А давайте попробуем повторить ваш путь, — коварно предложил Вальтон.

— Давайте, — пожал плечами я. — Только в прошлый раз мы потратили на это весь вечер.

— А мы никуда не торопимся. К тому же вы можете у нас и заночевать.

Вот уж нет. Оставаться с этими скучными людьми мне не хотелось. Но работать они умели и схватывали всё на лету. Набежала и остальная команда. Всего их было пятнадцать человек разного возраста, в основном, постарше нас. Половина была как Швед, а вторая половина — как Красин.

Я рассказал на пальцах про наш метод ручного и сеточного дробления, и если с ручным у них возникли нешуточные трудности, справились по сути только Майя, Серафим и Василий, то с прогоном через сетку проблем не возникло ни у кого. Те, кто постарше вообще не поняли, зачем заниматься каким-то ручным уничтожением и работать ладонью, если все можно поручить машине. Тут Вальтон сердито хмыкнул, но органики не обратили на него никакого внимания.

Мой путь уплотнения элемента они прошли часа за три, ясен перец, когда знаешь куда идешь, получается быстрее. А вот с добавкой эластичности возникли проблемы. Я и сам был не до конца уверен в технике, с момента выхода из инкубатора я ни разу не пробовал это повторить, и у народа с ходу тоже не получилось. Мы просидели с ними часов до четырех, потом я честно признался, что устал, и они потащили меня обедать. Ели мы вместе с Майей, Серафимом и Василием, а Вальтон пожелал нам приятного аппетита и куда-то исчез. И остальные тоже снова куда-то делись. Майя рассказала, что у них есть еще одна лаба в подвальном этаже, где собираются крупные системы по спецзаказам, но молодежь туда не зовут.

Потом я собрался домой и начал соображать, кто быстрее заберет меня отсюда — местный сервис или папин, но тут наш рептилоид снова материализовался в столовой. И на этот раз на нем была та самая жилетка.

— Риц, пойдемте, приглашаю вас обсудить еще пару вопросов. И потом закажу вам транспорт.

Закажет так закажет, можно и поговорить. Хотя уже пора бы и домой, не очень понятно, зачем я приехал.