Иван Катиш – Брутфорс 3 (страница 47)

— Может, это неважно.

— Кажется, я перелил холода.

Диагноз оказался верным, и еще через полчаса я получил шарик, по крайней мере, визуально похожий на то, что показывал Гелий. Шарик легко раскатался в круг.

— Килик, а есть у нас там что-нибудь кондовое в хранилище, чтобы попробовать?

— Есть и полно.

Килик извлек какую-то сцепку из вчерашних, замерил ее параметры и перекинул мне. Мой круг обмотался вокруг сцепки, и тут я понял, почему Гелий предпочитает прямоугольник. В него легче заматывать! А тут мне тупо не хватило.

— Надо было брать элемент поменьше.

Еще час ушел на то, чтобы совместить новоявленный элемент с ригидными сцепками, и обнаружить, что оно вроде действует, хотя и не так прекрасно, как вчерашний Гелиев вариант. Но в целом годно. Наши смотрели на меня со смесью зависти и восхищения. Вот так всегда. Не сделаешь чего-нибудь — дурак и неудачник, сделаешь — выпендрежник. И так плохо, и так нехорошо.

Я улыбнулся, спрятал полученное в хранилище до лучших времен и поднялся.

— Народ, вы как хотите, а я всё. Больше от меня никакого толку сегодня не будет.

— На вечеринку-то придешь? — осторожно спросила Хмарь.

— А как же! Зря я что ли свитер постирал?

Вечеринка проходила в баре в двух станциях от кампуса. Туда можно было бы и пешком дойти, если б я сразу сообразил, что он находится буквально в двух кварталах от «Гамлет и Ко». Но присланный нам маршрут строили так, чтобы было удобно добраться от общежития, наверное, чтобы накрашенным девчонкам под снегом не ходить. Хотя о чем я, вроде косметика давно не течет. Ну или на каблуках. Так-то получалось удобно, пять минут до станции у нас, и три минуты там. А не полчаса пешком через кампус и потом еще.

Было странно идти веселиться без Баклана и Димы, я уже привык, что пиво пить мы ходим все вместе, ну зато все органики будут. Наливали пиво и какие-то зеленые коктейли. Мы забились в угол вместе с Питоном и Вороном и стали ждать наших. По залу разгуливали старшекурсники, которых я не ожидал тут увидеть, думал, здесь только первый год, но было их немного. Наверное, им не очень интересно тусовать с нами.

Влетели Зима с Владой в сопровождении Антона. Влада хищно оглядела зал, кивнула нам и продолжила вертеть головой. Но не нашла кого хотела и потащила свою команду сидеть у окна. И чего там интересного? Уже темно, если только на фонари смотреть.

На краю зала была небольшая сцена, и там обустраивался диджей с наушниками, полностью накрывавшими только одно ухо, и посматривал на зал.

— О, танцы будут, — обрадовался Ворон.

— Любишь?

— Ага!

На барную стойку поставили бутерброды и горку профитролей. Мы захапали себе бутербродов про запас, оставив профитроли любителям сладкого.

Прибежали близняшки Фа и Соль в обнимку с Обой и заняли стол через один от нас. Появились Хмарь с Олич. Мы замахали им руками, уплотнились вокруг стола, и стол на троих моментально стал столом на пятерых.

— Че это она так смотрит? — Хмарь состроила рожу Владе, которая не отрывала глаз от нашего стола.

— Угадай с трех раз, — улыбнулся я. Даже я и то догадался, в чем дело.

— О! — Хмарь прижала ладонью к груди свой органический кулон.

— Да-да, вчера не было, а сегодня есть. Чудо, не иначе.

В дверях показался Красин с нашей старостой и ее подругой. Они теперь везде вместе ходят, интересно? Влада подскочила к Красину и стала что-то быстро-быстро ему втолковывать, кивая на наш стол.

— Неееет, я этого не вынесу! — застонала Хмарь. — Опять разборка. И они не заставят меня вынуть шнурок в этот раз.

Красин зашагал в нашу сторону, а Влада метнулась хорьком за свой стол.

— Здравствуйте, давно не виделись, — довольно доброжелательно произнес он.

Мы поздоровались в ответ.

— Хмарь, Риц, можно вас на секунду?

Мы поднялись и подошли вместе с ним к барной стойке.

— Удовлетворите мое любопытство, пожалуйста. Я только слышал, что вы смогли вывести элементы в видимый спектр. Это то, что я вижу у вас на груди? — он внимательно посмотрел на Хмарь.

— Да, — Хмарь с вызовом посмотрела ему в глаза. — Это оно.

— Очень интересно. Не возражаете, если я посмотрю в очках?

— Пожалуйста, — пожала плечами она.

Как это можно запретить, интересно, подумал я. Ношение очков в общественных местах не запрещено, просто выглядит странно.

Он надел очки и присмотрелся к украшению.

— Я спросил разрешения, — пояснил Красин, — потому что со стороны преподаватель, который приходит пялиться на студенткам на грудь выглядит подозрительно. Этот интерес довольно трудно объяснить.

Мы с Хмарью фыркнули.

— Великолепно! Очень хочу пообщаться на эту тему с вами после каникул. Развлекайтесь! — кивнул он нам, снял очки и ушел куда-то вглубь зала. Я кинул взгляд на Владу, та еле успела возмущенно отвернуться к окну. Не получился скандал, не получился!

— Это всё? — изумленно спросила меня Хмарь.

— Да, — улыбнулся я. — Не дурак же он в самом деле. Это Центурион у нас один дебил. Потом я думаю, что он уже в курсе всего, просто хотел своими глазами посмотреть. Всем любопытно.

И мы вернулись за стол. Потом на стойку выставили еще какой-то еды, а потом начались танцы. Ворон отжигал как не в себя и сорвал шквал аплодисментов, а ближе к десяти начались сплошные медляки. Олич строго заявила, что никто не должен все время танцевать с кем-то одним, например, с ней, иначе Баклан ее не поймет.

— Это какой-то девятнадцатый век, не? — прищурился Питон. — Ты еще бальную книжечку заведи. Я, между прочим, сегодня тоже один, и попробовал бы кто меня контролировать.

— Ты как хочешь, — махнула рукой Олич, ни с чем не согласившись.

В результате девчонки подвергли нас принудительной ротации, от которой отбился только Ворон, который все силы оставил на танцполе в первой части. И было это немного грустно… потому что только с Хмарь я чувствовал, что это как-то правильно. И очень легко. От нее снова пахло яблоками, а ее элементный кулон зажил своей отдельной жизнью и начал греться, в то время, как тот, что висел на груди у Олич, признаков жизни не подавал. Никакого объяснения этому у меня не нашлось.

Ближе к полуночи с нами распрощались и выгнали на мороз. Самые ленивые пошли к станции, а наша банда отправилась через кампус, соревнуясь, кто оставит лучшие следы на свежевыпавшем снеге.

С утра общежитие напоминало вокзал. Все носились взад-вперед, делили пылесосы и тряпки. Комнаты принимала Аглая, а Центуриона не было видно нигде. Баклан взял на себя почетную обязанность собрать слухи и прошелся по общежитию, начав, естественно с Обы.

Обу он перехватил уже на выходе с чемоданом, и тот сообщил ему, что Центуриона не было уже вечером. Куда-то делся и не ночевал. Зато Питон сумел выяснить, что случилось с дверью: там частично активировался скрипт блокировки, который запускался в случае агрессивной обработки помещения. Нам еще повезло, что не заблокировались окна. Впрочем этот скрипт вообще не должен был сработать при наличии белковых существ внутри. Как Центурион его запустил, осталось неясным — случайно ли, специально, и не помог ли ему кто. Но расстарался он на славу, и дверь все утро вырезали вместе с косяком, разблокировать не удалось. Вчера кухня так весь день и простояла закрытой.

Мы упаковали самое необходимое в рюкзаки, лишнее спрятали в шкаф. Больше всего барахла тащил с собой Дима, потому что он отказался оставить в общаге свой медицинский ящик. А то мало ли что. Оно и правда — мало ли что.

Ехать нам предстояло часов шесть по самым оптимистичным расчетам. И началось все хорошо. Дима ухватил вчера три билета на экспресс до Твери, и в два часа мы благополучно загрузились в поезд.

В поезде было весело: бродили дети с леденцами на палке, три деда мороза тихо пересчитывали маршрут доставки подарков на завтра, чтобы не тащить всё на себе, прошел билетный контроль, дистанционно сканируя билеты. Притормозили они только в самом конце, когда обнаружили безбилетника — кота, который ехал в закрытой переноске. Дискуссия о неоплаченном проезде плавно перешла в нарушение правил перевозки, как только оказалось, что в переноске ехал манул. И они все дружно сошли на ближайшей станции выяснять, как надо доставлять манулов. Мы себе чуть шеи не свернули, пытаясь разглядеть легендарного кота, но нам не удалось.

А вот потом начались приключения. Мы еще кое-как доехали на междугороднем мобиле до Калязина и там застряли. Обещанный маршрутный мобиль, на который мы рассчитывали, был отменен и ожидался только завтра. Надо было или искать жилье, или брать в аренду какой-то транспорт. Ночевать нам в Калязине не хотелось, и мы промерзли под дверью местного рентала битый час, прежде чем появился хозяин, который, почесав в репе, предложил нам на выбор грузовой мобиль с древним ручным управлением, моторизованную телегу на биотопливе, которую было непонятно, чем заправлять в конечной точке, и крытый аэроскутер. Самым перспективным нам показался аэроскутер, но ни у кого из нас прав на него, конечно, не было.

— Да ладно, — возмутился хозяин рентала. — А на обычный скутер права есть? Это то же самое. Наш аппарат ваши права примет, проверено. Он же не летает по сути, просто приподнимается. Вы еще скажите, что на скутере ни разу не ездили!

Тут уже оскорбился я.

— Конечно, ездили. И даже чинили!

— Ну, значит, и этот почините, если чо! Только есть нюанс. Он довольно хреново обогревается. Так что я бы предложил тому, кто будет сидеть последним, прикупить валенки.