Иван Катиш – Брутфорс 1 (страница 2)

С водой на побережье плохо, поэтому это я уж так спросил, у нас не бывает скидок ни на что, связанное с чистой водой. Манговый сок дешевле. А вот с футболкой — хорошая новость, я обрадовался. Отец терпеть не может всякие дурацкие надписи на одежде, везде ему реклама мерещится. Так что, считай, повезло, меньше поводов для комментариев.

Я принял душ, отряхнул шорты и надел новую футболку. Стянул влажные волосы в хвост. Посмотрел на себя в зеркало. По-моему, я превзошёл себя в чистоте и красоте.

Девчонка, помощница приемщика, помогавшая туристу подключить к зарядке его арендный скутер, подмигнула мне. Тут меня торкнуло, что она возилась с этим скутером ещё тогда, когда я только приехал. А, значит, что-то с ним было не так. Я прислушался к себе — помочь/не помочь? Вообще меня никто не просил. Нет, хочу знать, что случилось, и не потому, что я добрый, а просто интересно. Вдруг это редкий случай мне в копилку?

Я подошёл, достал очки, надел их. Потом вынул планшет, двинул настройки, чтобы подцепиться к зарядному устройству. Ну, конечно, дешёвый скутер, хуже моего гораздо. Дохлый кристалл и при этом неплохая программа, которую заблокировало в момент подключения к зарядному устройству. А почему? Ах, ну да, неудачная попытка установки обновления. От обновления прошёл только кусочек, вот они сцепились с предыдущей версией. Обычно новые версии программ несут на себе заряд приоритетности, но поскольку эта пролезла не полностью, старая версия плевать на нее хотела. Я вывел обе версии над планшетом и прокрутил вокруг своей оси. Оба контура постепенно теряли яркость, убивая друг друга. Исчезнут, и хана скутеру. Девчонку стало жалко, сейчас этот индюк начнет на неё орать почем зря.

Я отделил новый кусок и бросил в корзину, тот исчез с возмущенным писком. Старая программа засветилась ярче, с ней всё было нормально. И я вернул её в управляющий кристалл. Скутер мигнул, восстановил управление и начал заряжаться. Надеюсь, он не будет снова пытаться втянуть в себя улучшения. Девчонка благодарно улыбнулась мне, а турист нахмурился:

— Могли бы и побыстрей подойти, молодой человек. Всё копаетесь!

Я отключил планшет, сунул в рюкзак очки, весело махнул девчонке рукой и двинулся к остановке мобилей. Не буду я ни с кем отношения выяснять. Я это просто так сделал.

Мобиль я выбрал побольше и подешевле, который идёт со всеми остановками. Ну а что, торопиться мне некуда, заодно вздремну. Отец в офисе как минимум до обеда просидит, если уж он туда вообще пришел. И я занял место в заднем ряду у окна.

Ехали, кланяясь каждому столбу. Люди входили, выходили, на следующей остановке после моей занесли орущего ребенка, который так изумился холоду в салоне, что немедленно заснул. Мы все с облегчением выдохнули. На последней остановке перед городом зашла семья со здоровенным гусем. Я аж поперхнулся. Давненько я не видел такого способа перемещать животных. А это разрешено вообще? Впрочем, подозрения закрались, когда гусь даже не попытался никого ущипнуть. Я присмотрелся и понял даже без очков: гусь игрушечный. Должно быть, везут в подарок, непонятно только, зачем такого большого. В городах квартирки маленькие, там такая тварь только под ногами будет путаться. А в сельской местности настоящие есть, зачем им конкурент? Местные птицы с ума сойдут: одни от невозможности спариться, а другие от желания подраться. Мне немедленно захотелось выяснить, насколько хорошо дерется этот гусь, но додумать мысль я не успел, на ближайшей остановке хозяева вышли из мобиля.

Вдоволь постояв в пробках, мобиль наконец-то въехал в деловой квартал и высадил меня напротив нового офиса отца. Нехило я ошибся в расчетах, на часах уже был полдень. Впрочем я не говорил, когда я приеду, а, значит, не опоздал.

Я остановился, чтобы рассмотреть новое здание. Не, на фотографиях я его уже видел, но вблизи оно воспринималось куда лучше. Конечно, высокое, в городе без высоты никуда, но в остальном отец остался верен себе: тюльпанное дерево и стекло. Рядом с блестящими кристаллическими соседями как глоток свежего воздуха. Умеет отец устроиться.

Ладно, посмотрим, как там внутри.

Минут десять я потратил на то, чтобы пройти контроль — просветка рюкзака, проверка документов, сверка биометрии, разве что анализ крови не взяли. Я еле сдержался, чтобы не пошутить, не хотят ли мне тут провести диспансеризацию, но вспомнил, что лет пять назад такая же шутка мне вышла боком, и не стал. Из лап мэрской СБ отец меня тогда вытащил, но взамен заставил отработать две недели в городской лаборатории на анализе следов беглых программ на посадочной площадке. Полностью бессмысленное занятие, на мой взгляд. Максимум, что мы могли установить нашими силами, — это факт побега, но ни что, ни откуда выпало, определить было нельзя. Впрочем, что я понимаю в государственном управлении.

Лифта я ждать не стал и поднялся по лестнице на четвертый этаж. Два одинаковых чернокожих секретаря в папиной приемной приветливо осклабились. Один из них точно андроид, но какой именно, я определить не смог. У отца пункт на безопасности, он считает, что людей надо дублировать роботами, а роботов людьми, потому что они лажают в разных местах. Нуу-у, с этим я, пожалуй, согласен. Но вот делать их неотличимо похожими — это какой-то изврат. Ладно, не моё дело.

Один из секретарей двинулся ко мне.

— Александрррриц Александрович, вас ожидают!

Ах ты, мама дорогая, какое обращение! Сами, небось, придумали.

— Спасибо, — улыбнулся я секретарю. Тот блеснул улыбкой в ответ.

Андроид, ха! Этот! Без очков определил, ну не молодец ли я? На стандартные ситуации андроиды реагируют быстрее обычных людей, даже я бы сказал, с опережением.

Я вошел в приятно затененный кабинет. Отец поднялся и вышел из-за стола.

Глава 2

— Привет, — сказал отец, протягивая руку и с одобрением разглядывая белую футболку.

Хоть тут я угадал.

— Привет, — ответил я, протягивая руку в ответ.

— Я ждал тебя раньше, — заявил он.

— Я и сам себя ждал раньше, — хмыкнул я. Вот. И минуты не прошло, как уже оправдываюсь. — Но пробки. Странно, что в субботу.

— Есть такое, — кивнул отец. — Второй год ремонт на соседней улице. Первого подрядчика выбрали демократически, второго — коррупционно, а третьего назначил губернатор. Воз и ныне там.

Я вежливо кивнул.

— Ну ладно, — отвлекся от дорожных проблем отец. — Пойдем обедать. Поговорим потом.

Потом так потом. Поесть и правда было бы неплохо, я и забыл, когда ел в последний раз.

Мы поднялись на лифте на верхний этаж и вошли в кафе. Здесь было чуть темнее, чем в кабинете: половина окон с солнечной стороны была закрыта жалюзями. Мы взяли по салату, я — с курицей, отец — с тунцом, и по стакану с водой. Отец попросил со льдом, я без, парень за стойкой даже глазом не моргнул. Обычно они начинают нудеть, а почему безо льда, да как можно, будем мы его для вас вытаскивать, но тут ничего такого. Воду выдали сразу, а салаты обещали принести через минуту.

Мы отошли к столику.

— Твое что ли кафе? — заподозрил я, ощупывая деревянный стул в форме листа.

— Ну! — обрадовался отец. — Нравится?

— Да, — одобрил я стул, проводя по боковой грани пальцем. — Очень.

— Еда тоже не подведёт, — пообещал отец. — Тут изначально было всё модное искусственное, но я слишком часто ем такое в дороге, чтобы ещё и здесь терпеть. Так что я захватил власть и заменил агрегат в сборе.

Принесли салаты. Действительно вкусно. Некоторое время мы ели молча, а я мучительно подбирал что-нибудь нейтральное для разговора. Ничего не придумал и решил спросить про секретарей.

— Почему одинаковые? — переспросил отец. — Ты прав, я бы никогда так не сделал. Они сразу такие пришли.

— Вдвоем? — удивился я.

— Да. Шикарная, кстати, у них история, хочешь расскажу?

Отказаться было, естественно, нельзя.

Но история и впрямь оказалась шикарной.

Фоларин был младшим в семье, да ещё и уродился самым доверчивым, и две старшие сестры не уставали скармливать ему небылицы. В большинстве случаев всё протекало безобидно и само рассасывалось, пока однажды Фоларин не принес из школы очередную отличную оценку. А сестры в тот день принесли оценки похуже, за что им влетело от родителей. Когда дети остались одни, старшая сестра заявила Фоларину, что он такой умный потому, что его умерший брат-близнец отдал ему все мозги. Так что он ещё недостаточно умный, учитывая, что у него ум в двойном объеме.

Фоларин поверил, страшно затосковал и принялся искать следы брата. Прочесал кладбище, перетряс всех родственников, перерыл семейные бумаги и даже влез в архив роддома, где родились они с сестрами. Естественно, никаких следов брата он не нашёл, потому что никакого брата не было. Но Фоларин зациклился на поисках. Версия, которую он выбрал в качестве опорной, гласила, что брата изъяли сразу после зачатия и физически он появился на свет на другом континенте. Семья пришла в ужас от таких видений, но отсутствие чего-либо труднее доказать, чем наличие, и они потратили несколько лет, чтобы поколебать уверенность Фоларина.

Ближе к окончанию школы Фоларин сделал вид, что его убедили, и брата искать перестал.

— Как он сказал мне, — объяснил отец, — я понял, что брата не найду. И неважно, был он или нет. Но мысль, что ему придется жить без брата, была невыносимой. Поэтому он себе брата сделал сам на последних курсах университета. Полную копию себя, потому что каким еще может быть близнец?