Иван Кабанов – Сант (страница 5)

– Ну вот. А то говорил, не голоден, – мягче произнёс Пётр.

Иван почувствовал резкую слабость во всём теле. Пётр заметив это, заволновался и встал. Он ходил по комнате и что-то высматривал. Кузьма подошёл к Третьякову и спросил:

– В чём дело? Тебе плохо?

Иван уронил чашку и недоеденный бутерброд на пол. Он стал тереть глаза руками. В глазах всё плыло. Перед ним появился странный силуэт, похожий на тот, что он видел в своём сне. Только этот был выше ростом и рога длиннее. Иван стал махать руками перед собой. Справа он слышал крики Петра. Отец выкрикивал что-то невнятное:

– Это не он. Я же сказал, что ещё рано. Тот, кто тебе нужен, ещё не приехал.

Появившееся существо поцарапало своим когтем руку Ивана и исчезло. Кузьма тут встал перед ним с разбитой чашкой в руке. Он громко произносил:

– Вань, ты как? Ты уронил чашку и порезался об осколки. Сили спокойно и не вставай. Я сейчас бинт принесу.

Кузьма ушёл. Силы словно по щелчку вернулись к Ивану и расплывчатость пропала. Он посмотрел на руку и увидел сильный порез чуть выше кисти до самого локтя. В комнате появилась взволнованная Жанна. Она кричала на мужа:

– Ты чего стоял? Не видел что-ли ничего?

Пётр подошёл к Ивану и посмотрел на его рану.

– Ничего страшного. Заживёт. Могло быть и хуже.

На этих словах Пётр отправился наверх и больше не спускался. Кузьма вернулся с бинтом и перекисью. Жанна обработала руку Ивана и перебинтовала её. Третьяков осмотрел место, где лежали осколки и спросил у Кузьмы:

– Как я поранился, что на полу даже крови нет? Что здесь происходит?

Жанна и Кузьма переглянулись.

– Кровь на осколке была. Я уже выкинул его. Сейчас оставшиеся соберу, – ответил Кузьма.

Его голос уже не звучал так грубо, как обычно.

– С самого приезда мне чудится всякое. Что это такое? – Продолжал спрашивать Иван.

– Может тебе отдых нужен. Видимо переезд дался тебе сложнее, чем ты сам ожидал. Волнение за новую работу, новое жилье, забота о детях, – пыталась успокоить его Жанна.

Кузьма протянул стакан воды Ивану и какую-то таблетку.

– Выпей и я отвезу тебя домой. Это успокоительное. Придёшь домой и сразу ложись спать. Если хочешь, я дам тебе выходной? Может и правда тебе отдых нужен после длительной дороги?

Иван молча следовал тому, что говорил Кузьма. Он выпил таблетку и направился на выход. Возле входной двери, он повернулся к Кузьме и сказал в пол голоса:

– Я сам дойду. Всё в порядке. Хочу подышать немного. Завтра на работу выйду.

– Смотри сам. Если почувствуешь, что плохо, позвони, я всё решу.

Кузьма закрыл за Иваном дверь. Охранник стоял снаружи и проводил гостя до ворот. Было уже совсем темно. Третьяков вышел за ворота и пошёл по дороге домой. Он чувствовал, что произошло что-то непонятное с его организмом либо же это действие таблетки. Дойдя до дома так быстро, как он мог, Третьяков открыл дверь и тихо прошёл в свою комнату. Он, не раздеваясь, лёг на кровать и уснул.

Алина шла из туалета в свою комнату и увидела отца в обуви на кровати. Она сняла её и отнесла в прихожую. Алина посмотрела на время на телефоне и немного удивилась тому, как поздно вернулся их отец. Девочка увидела, что свет на кухне включился. Алина подошла к выключателю, на кухне никого не было. Она выключила свет и пошла в свою комнату. Подойдя к двери, она увидела, что свет на кухне опять кто-то включил. Алина включила фонарик на своём телефоне и подошла к комнате брата. Тот спокойно спал на кровати. Затем Алина проведала отца. Как лежал в одной позе, так Иван и не двигался. Девочка ещё раз подошла к выключателю и погасила свет. Алину охватил страх. Она быстро пробежала к комнате. Свет на кухне снова включился. Девочка прибежала к отцу и попыталась его разбудить. Третьяков никак не реагировал на крики дочки и её удары по нему.

В коридоре послышались шаги. Алину всю трясло от страха. Она светила фонариком в дверной проем. Шаги стали громче. Свет на кухне всё ещё горел.

В один момент шаги затихли. Алина всё ещё трепала отца то за руку, то била его по плечу. Иван крепко спал. Свет на кухне выключился. И в дверном проёме появился Дима. Он тихо произнёс:

– Алин, ты чего свет включила и сидишь тут с фонариком?

Сестра быстро подбежала к брату и обняла его. Взяв Диму за руку, Алина почти бегом дошла до его комнаты и закрыла за ним дверь.

– Дим, я посплю сегодня с тобой? А то мне холодной одной, – шепнула Алина брату.

Дима лёг в кровать и постучал по подушке.

– Конечно ложись. Я почувствовал, что твои руки ледяные. Я и сам немного замёрз, – шепнул Дима.

Алина быстро залезла под одеяло и обняла брата. Девочка пыталась понять, что произошло. Шаги, которые она слышала, были тяжёлыми и точно не её брата. И почему отец не реагировал на её толчки и крики. Неужели он снова стал пить? Хотя запаха перегара Алина не чувствовала, но из-за страха девочка могла и не понять. С этими мыслями Алина и уснула.

Утром Иван проснулся с сильной головной болью. Его разбудил будильник. Он пытался вспомнить, что вчера произошло, но боли в голове мешали рационально думать. Иван встал с кровати и полез в одну из своих не разобранных сумок за таблеткой от головной боли. Достав нужную, Третьяков пошёл на кухню запить таблетку водой. Увиденное ошеломило отца. На полу были разбросаны ножи, вилки и ложки. Иван запил таблетку и начал поднимать столовые приборы и складывать их по местам. Головная боль потихоньку начинала угасать. Сложив последнюю вилку, Иван направился в комнату дочки. Дверь была открыта, Алины не было в кровати. Тогда быстрым шагом отец подошёл к двери сына. Его комната так же была открыта. На кровати лежали оба его ребёнка.

– Алина, – шептал Иван.

Девочка стала шевелиться и увидела в дверном проёме своего отца.

– Папа. Ты чего тут стоишь? – Сонным голосом спросила Алина.

– Выйди сюда, – шепотом попросил Иван.

Девочка аккуратно встала и вышла из комнаты. Иван поцеловал дочку и шёпотом сказал:

– Вы что на кухне устроили? Все приборы валялись на полу.

– Это не мы, пап.

Иван задумался. Неужели это он? Он пытался вспомнить, но не мог. Помнит, как вышел за территорию особняка Поповых, а дальше провал. И как дошёл до дома тоже не помнил.

– Это я что ли сделал? – Громко спросил отец.

– Нет. Ну точнее, я не знаю. Пап, скажи честно. Ты снова выпивал?

К такому вопросу Иван не был готов и он поставил его в тупик. Посмотрев на свою перебинтованную руку, он поднял её и ответил:

– Дочь, нет конечно. Я же обещал вам. Руку поранил. Вчера в гостях мне плохо стало и я упал. Таблетку дали какую-то. Даже не помню, как домой дошёл. Вы как с Димой? Чувствуете себя хорошо? Никаких изменений не заметили в себе после переезда?

– Плохо стало? Что случилось, пап?

– Давление скорее всего упало. Так как вы с Димой? – Взволнованно спросил Иван.

– Хорошо всё. Только вот ночью…

Девочка задумалась, как правильнее донести до отца, что случилось. Её размышления прервал Иван:

– Что ночью, дочь?

– Свет на кухне постоянно включался. Я испугалась и уснула вместе с Димой, – в голосе дочки Иван слышал испуг.

– Свет на кухне включался? – Иван повернул голову в сторону кухни, – дом старый. Может проводке уже хана. Сегодня вернусь с работы и посмотрю.

Иван поцеловал дочь и отправил её назад спать. Сам он вернулся на кухню и включил и выключил свет несколько раз.

– Вроде нормально всё, – сам себе сказал Иван.

Он посмотрел на время на телефоне и стал торопиться, чтобы успеть на работу вовремя.

Сев в машину, Иван выехал в сторону фермы. – Третий день в этом доме живём, а кроме странной соседки и Поповых никого не видел, – пробурчал себе под нос Иван, выезжая с улицы Страхов.

До фермы Третьяков доехал быстро. Работники не спеша заходили на территорию хозяйства. Иван решил сразу пройти в свой цех, где уже ждали его подчинённые. Третьяков собрал всех на входе и рассказал о себе и своих достижениях. Затем Иван рассказал специфику производства сыра и о конкурсе, который он обсудил вчера с Кузьмой. Народу понравился их новый руководитель. Все двадцать человек нового цеха ответили, что будут участвовать в конкурсе за целый каток сыра.

Прошло больше половины рабочего дня. Иван активно принимал участие в работе своих подчинённых и часто подсказывал, как сделать правильно. Дети не тревожили отца и сегодня.

Алина больше не смогла уснуть и просто лежала, обнимая младшего брата. Когда Дима проснулся, они умылись и решили выйти прогуляться. Дождь сегодня не обещали и даже выглянуло солнце сквозь облака. Алина покормила брата и поела сама. Одеваясь на улицу, девочка спросила у брата:

– Дим, а ты слышал ночью громкие шаги?

Брат взглянул на сестру и непонимающе ответил:

– Алин, я шёл прямо за тобой. Это же твои шаги были.

– Дима, я была у отца в комнате. Я не шла в этот момент, – взволновано говорила девочка.

– А за кем я тогда шёл?