Иван Иванков – Двойное стекло (страница 13)

«Мира, как ты могла меня разлюбить? Разве я мало давал тебе денег? Не помогал нашей дочери? Нет. Я был скверным мужем, изменял тебе. Но такова моя природа. Я не моногамен, но не достоин того, чтобы меня забыли так быстро», – в сердцах проговорил он, зная, что его не услышат.

Приближался вечер. Нужно было срочно спрятаться, пока не повылезали преты. Он медленно побрёл к воротам, в которые как раз въезжал роскошный немецкий седан.

Алексей смутно помнил машину, её хозяин владел местом на подземной парковке на другом её конце. Несколько раз они встречались там, молча кивали друг другу в знак приветствия. Будто им было какое-то дело до существования кого-то кроме себя и своей семьи. Ему вдруг показалось, что он ещё что-то должен был вспомнить, но, как назло, не мог.

Неожиданно за его спиной раздался голос.

– Привет, пап.

В песочнице играл мальчик. Лет пяти, не больше. Алексей решил, что он поздоровался с мужчиной, владельцем седана, но тот даже не повернулся, лишь молча зашёл в подъезд, оставив машину на улице перед домом.

А ведь что-то странное было в движениях ребёнка, и Алексей не мог понять, что именно. Но, присмотревшись, его разум вдруг обожгло от страшной догадки. Песок не изменял своей формы, мальчик просто не мог его зачерпнуть, а складываемые им фигуры были невидимы. Подняв взгляд на него и заметив его пристальный взгляд, мальчик вдруг вскрикнул и побежал в сторону подъезда.

– Стой! – крикнул ему вдогонку Алексей и побежал следом. – Я не причиню тебе зла.

Но мальчик не стал бежать медленнее. Как он и предполагал, тот не стал останавливаться перед дверью в подъезд, а прошёл сквозь неё.

«Значит, он такой же, как и я», – подумал Алексей, подобным же образом пройдя сквозь металл, утеплитель и прочие материалы, из чего была сделана дверь.

В подъезд он ворвался несколько секунд спустя, едва мальчик исчез. Но того нигде не было видно. Пробежав окошко с консьержкой, Алексей устремился к лестничному пролёту. Бросив быстрый взгляд вверх, между перил, мужчина никого не заметил и сделал быстрый вывод, что мальчик не успел подняться наверх. Значит, он может быть только в одном месте.

Вернувшись к комнатке охраны, Алексей заглянул в окно. На стуле, откинувшись на спинку, сопела женщина лет шестидесяти – шестидесяти пяти. Та самая, которой он кивал накануне. Правда, и это мужчина отметил сразу, она наконец-то сменила причёску на более приличную. Осветлённые вьющиеся волосы прикрывали часть лица, и одна прядка забавно колыхалась в такт дыханию пенсионерки. Немудрено, что она не проснулась. Их сознания прошли сквозь двери, не потревожив сон консьержки. Заглянув в комнату, Алексей не увидел мальчика, но он был уверен – он там.

Зайдя через дверь, вернее сквозь неё, Алексей очутился в комнате охраны. Монитор показывал вид с двенадцати камер, расставленных в подъезде и на улице. Взглянув туда, мужчина с грустью узнал пустующее место, куда любил ставить свою машину летом, не загоняя на подземную парковку. Интересно, а консьержка увидела бы их на мониторе или Завеса была непроницаема для взглядов людей?

Мальчик мог быть только в одном месте, так как кроме стола, стула, на котором спала консьержка и небольшого диванчика, в комнате ничего больше не было. Едва Алексей опустил голову, как ребёнок рванул из-под стола и побежал в сторону выхода.

– Постой, пожалуйста! Не убегай. Я Алексей. Я живу здесь, в квартире рядом, – вслед ему закричал мужчина.

Ребёнок остановился в паре метров от него, быстро развернулся и внимательно осмотрел. Было видно, что он борется с двумя чувствами – любопытством и недоверием. Любопытство в итоге победило.

– Да, – проговорил мальчик, будто вспомнив его. – Вы папа той девочки.

– Так и есть. Маришка её зовут. Расскажи мне, откуда ты? – Алексей растерялся, не зная, как сформулировать свой вопрос помягче. – Как оказался здесь?

– Я тут всегда жил. С папой и мамой. Но потом мама куда-то потерялась, и я живу с папой. Он со мной играет. Делает вид, будто не видит меня. – Мальчик вдруг выразительно посмотрел на него. – Но мне надоела эта игра! Я говорю ему, но он будто не слышит.

И тут Алексей вспомнил.

Примерно год назад у них в доме проходили похороны. Погибла мать с сыном, примерно возраста мальчика. Семья жила в соседнем подъезде. Алексей видел церемонию, прощальные автомобили и несколько десятков человек в тёмных одеждах. Несомненно, это был тот мальчик. Но Блот говорил, что такое перемещение сознания, какое произошло с ним, это нонсенс. Видимо, всё-таки нет.

– Стас, кажется, так тебя зовут?

Мальчишка кивнул.

– Ты очень хорошо выражаешь свои мысли. Скажи мне, ты видел кого-нибудь ещё, кто может разговаривать с тобой?

– Нет, все, как и папа, играют со мной в эту дурацкую игру. Иногда, но это бывает, когда на улице становится темно, выходят злые дяди. Они бегают за мной, но я всегда успеваю убежать. – Мальчик гордо подбоченился, а Алексей догадался, что он имел в виду претов. – А ещё я видел страшного монстра. Он наказывает меня, если я не заправляю постель или веду себя плохо. Он меня пугает. Особенно ночью. Но я знаю, где от него спрятаться.

Алексей поёжился. Наступали сумерки, а добраться до спасительного места не представлялось возможным. Только страшных монстров, пугающих детей ему не хватало. Но он всё равно спросил, сделав всё возможное, чтобы не выглядеть испуганно:

– Стасик, а где ты прячешься от опасности? Ты мне покажешь?

– А вы со мной поиграете? – воодушевился Стас.

Глаза мальчика наполнились такой надеждой, что Алексей не сразу смог ему отказать.

– Давай мы сначала спрячемся с тобой от злых дядей. Уже вечер, и они скоро начнут за нами гоняться.

Мальчик согласился и повёл его в свою квартиру. Консьержка так и не проснулась, а Алексей вновь грустно подумал, что уже начал привыкать к отсутствию внимания от живых людей. Они поднялись по лестнице на второй этаж. Здесь Стас уверенно повернул направо, прошёл сквозь дверь в квартиру, такую же просторную, как и у него. Мальчик уже неплохо ориентировался в Завесе. Может быть, ребёнку было проще справиться с такими нюансами, как отсутствие воздействия на предметы, чем взрослому, опытному мужчине, познавшему вкус власти?

Где-то в глубине квартиры шумел телевизор. По-видимому, его включил отец мальчика. На журнальном столике, что разместился в просторном коридоре, в котором очутились мальчик и мужчина, стояла початая бутылка виски с хорошо знакомой Алексею синей этикеткой. Он даже хотел взять её в руки, чтобы рассмотреть, но вовремя спохватился.

Квартира, хорошо обставленная и по меркам города Алексея являвшаяся элитным жильём, была явно запущена. Здесь не хватало руки умелой хозяйки. А ведь состоятельный мужчина мог нанять прислугу.

– К папе давно никто не приходит, – пояснил Стас на немой вопрос Алексея. Конечно, его можно понять – такое горе.

Мальчик уверенно привёл Алексея в свою комнату.

Несчастный отец не сделал перестановку мебели. Всё выглядело так, будто малыш и вправду вышел погулять и скоро вернётся. Правда, дверь он, похоже, почти не открывал. Пол и любые поверхности в комнате устилал внушительный слой пыли. Целый большой стеллаж занимали изделия из конструктора. Разнообразные машины, тракторы, куча солдатиков, человечков, роботов и прочего хлама. Собранная железная дорога, обвивала пол, будто длинная анаконда, прилёгшая на послеобеденный сон. На рельсах, ожидая включения, стоял добротный паровоз и с десяток прицепленных к нему вагонов.

– Я не могу играть с игрушками, – сокрушённо признался Стасик, а потом жалобно попросил: – Почему-то не могу их поднять. Может, вы включите мне паровозик? Я просто посмотрю, как он катается.

– Прости, Стас. Но я тоже не могу его включить, – с искренним сожалением отклонил его просьбу Алексей.

Ничто человеческое не было чуждо Алексею. Да, он сам знал, что обладал скверным характером, но сейчас ему стало очень жаль своего нового друга по несчастью, лишённого жизни, родителей и самых простых детских радостей.

– О-о-о! А это что? – Алексей остановился возле письменного стола, на котором лежали стопкой разные книжки. Сборники сказок, детские комиксы-раскраски и другая нехитрая литература для мальчика.

Интересно, Стасик умел читать? Наверняка нельзя было сказать, но обычно родители с таким достатком отправляли своих детей в разные обучающие кружки. Как он отправил Маришку.

Центр столешницы заняли цветные картинки разных животных и краткое описание. Где проживают и чем питаются. Увидев несколько из них, разум родил интересную мысль. Улыбнувшись, Алексей накрыл их рукой и начал:

– Ну-ка, Стасик. Расскажи мне, у кого из животных здоровенные уши и большие задние лапы? – начал он нарочито весело. Разговаривать с детьми он немного умел.

– Конечно у зайки, – поначалу как-то безразлично проговорил мальчик.

– Правильно. Тогда давай так. У этого животного очень длинная шея… – подсказывал Алексей.

– Я знаю! – Стасик заинтересовался и стал перекрикивать Алексея. – Это жираф!

– Подожди, ты ведь не дослушал мой вопрос. Так вот. У него длинная шея, чтобы кушать листву на высоких деревьях.

– Жираф! Жираф! Жираф!

– Всё-то ты знаешь! – похвалил его Алексей.

Может, попробовать что-то посложнее?

– У этого животного есть крылья, но оно не птица. Когда-то давно люди считали, что они пьют кровь по ночам, – на втором предложении, Алексей начал говорить всё тише и тише, будто стараясь напугать мальчика.