Иван Herinf – Эффектор: наследие иного мира (страница 2)

Побывав на территории Ордена, я забрал пятерых детей, что представляли ценность в моих глазах. Нет, я мог попытаться спасти и больше детей, но, итак, рискую спасая этих. Конечно, мне не приходиться быть богом, чтобы решать кому жить, а кому умирать. Но моя героическая смерть об Гнездо или Секретную Стражу может уничтожить и этих пятерых. А значит, делаем так, как возможно для наилучшего исхода, а не так как хотелось бы.

Квартал Онейро горел. Повсюду валялись пожитки людей, а вдалеке громыхал бой. Где-то там кровь лилась не просто рекой, а уже морем. И я просто был не в силах что-то изменить. Надо быть прагматичным и эффективным, но почему по моему лицу текут слёзы? Да мне грустно, да мне больно. Но выбора просто нет. Либо так, либо меня самого переиграют.

Итак, пятеро детей. Вильям, Роман, София, Нериса. Самой большой из них была Мия Онейро. Насчёт последней я был вот вообще не уверен. Но я чувствовал, что должен был её спасти.

Я замыкал пятёрку клонов, бегущих из квартала. Но что-то заставило меня остановится и взглянуть на полыхающее дома Ордена. Моего Ордена. Возможно, это был крик сестры, детская игрушка, промокшая от крови, что была видна из далека с моего ракурса, или запах свежеиспечённого хлеба, что пёк дед Парун. Быть может, и всё сразу.

Промедлив, я не успел скрыться и сбежать вовремя. Меня встретила Секретная Стража. Рыцарь виты в шлеме в форме лисы стоял на против меня, мешая уйти. Атаковать он не спешил, но и говорить что-то медлил. Однако, долго мы молча стоять напротив друг друга не могли, потому я решил развеять тишину:

– Я Сиройки (Белое Дерево) из Секретной Стражи. Выполнял затяжную миссию лично приказу Верховного Магистра. Нельзя было выдавать мою причастность к Секретной Страже. – уверено произнёс я, вглядываясь в маску. Частично мои слова были полной правдой. Я, действительно, всё ещё считал себя воином Секретной Стражи и в последнее время перед смертью правда участвовал в миссиях Верховного Магистра. Ложью была лишь длительность миссии и выдуманное имя. Но ни то, ни другое, не было чем-то из рук вон выходящим для специалиста Секретной Стражи.

– К Верховному Магистру. – немногословно ответил мне юным голосом боец Секретной Стражи и повёл за собой. Я отправился за ним, готовясь в любой момент свалить, если нужный клон не рассеется в ближайшее время и не передаст нужную мне информацию. И он таки рассеялся.

Глава 2

Ранее, кабинет Верховного Магистра.

– Это «необходимость» станет нам боком, Дизо. – в который раз причитал Верховный Магистр Гаскон. Он сидел на троне и мирно покуривал трубку, пока где-то там происходила резня народа. Его народа. Всё шло на благо Шторма, но лишь время покажет, стоило ли оно того, или нет.

– Это необходимо. – сухо произнёс Дизо и вывел на столе слово «смерть». Под тяжёлым взглядом Гаскона, глава Гнезда усмехнулся сухо, но с безмолвной яростью, словно треск углей в камине. – Онейро вышли из-под контроля. Переворот был неизбежен. – заключил он, постукивая пальцем по столу. Каждый удар забивал гвоздь в сочувствие Гаскона.

– Нас не простят Ордена. И как я смогу смотреть в глаза соотечественников? – произнёс Гаскон, скорее выбивая для Крепости больше процентов от грабежа Онейро, чем действительно заботясь о предателях и их детях. То был уже решённый вопрос и ничего нельзя было повернуть вспять. Верховный Магистр это понимал. Но чувства скорби его были искренними.

– Ордена получат свою долю. И потом, ты согласился на это. – констатировал факт Дизо и вздохнул.

– Твои доводы были убедительны. Выбора действительно не было. Это проклятье ненависти, подкреплённой тьмой анемы… В любом случае, то не оправдывает твои действия, Дизо. —произнёс старик, протяжно вздохнул и взглянул в волшебный шар. Тот показывал происходящее в стане Онейро. Но вдруг, взгляд Гаскона сместился. Артефакт услужливо показал аномалию. Неизвестный проник на место резни. Но не успел Верховный Магистр произнести и слова об этом, как в комнату влетел секретный стражник. Да на таких скоростях, что даже Дизо подвился. Пусть владыка Гнезда и не подал виду, но Пятый Верховный Магистр слишком давно знал его, чтобы не заметить шока.

Вот только, спустя мгновение, стало понятно, что вошедший – никакой не представитель Секретной Стражи. Шлема-артефакта-то на нём не было. Атаковать его, впрочем, никто не спешил. Как и он кого-либо. Осознав, что показанный уровень скорости, как минимум, равен Магистру, старик вздохнул и нацепил маску добродушия и подготовился к диалогу. Но вот прошла ещё напряжённая секунда молчания, и на лице Гаскона исчезла улыбка доброго деда. Потому что перед ним и Дизо стоял призрак. Несуществующий человек. Рен Онейро. Пусть и весьма изменившийся, но Верховный Магистр его узнал. Как и Дизо.

– Святая анема, убереги меня от воздействий на разум – нарочно громко, вслух произнёс Дизо и вывел формулу заклинания в воздухе. Верховный Магистр, к слову, использовал эту магию сразу же инстинктивно и без заклинаний. Не даром, он Магистр. Впрочем, Дизо просто красовался и показал отсутствие обмана разума специально. Но вот удивление главы Гнезда было неподдельным, пусть и не особо эмоциональным.

– Я так понимаю, Рен Онейро. – начал говорить Дизо, безэмоционально, как обычно.

– Временный клон, впрочем, вы и так ощутили это. Я пришёл договориться.

– И о чём же с нами хочет поговорить призрак? И почему сейчас? – будто бы тянул время Дизо.

– Скажу кратко. Моему оригиналу не нравиться некоторая ситуация, происходящая с одним из Орденов Шторма. – произнёс клон будто бы из далека.

Впрочем, Гаскон понял, о чём говорит клон призрака. О резне Онейро, происходящей прямо сейчас. Вот только эта отстранённость… Он будто бы показывал этими словами, что не принадлежит ордену, а верен Шторму. С другой стороны, само недовольство говорило о каком-то протесте против этого. И Гаскон был бы с этим согласен, тем более, это говорил один из самых преданных бойцов Шторма – Рен. Но с другой стороны… А что он хотел?

– И? – многозначительно произнёс Дизо.

– Вы знали, что Онейро, потерявший глаза, если этот орган зрения ещё цел, может видеть им, в том числе читать некоторые доклады и слышать то, что должно остаться тайной… – туманно произнёс клон.

А вот это уже была неприкрытая угроза Дизо и его власти в крепости. Причём, весьма ощутимая, чтобы сам Глава Гнезда спустился с небес на землю и, как минимум, выслушал наглеца. Самому Гаскону даже было интересно послушать, как Дизо выкрутиться из этой ситуации. А ситуация выглядела далеко не очень, ведь много грязного белья Дизо могло всплыть очень прямо сейчас.

– Расскажешь старику? – решил сделать подначку Гаскон, как бы говоря, что если Дизо развеет клона прямо сейчас, это ему навредить не меньше.

– Полагаю, твои клоны уже готовы распространить конфиденциальную информацию по команде? – задал риторический вопрос Дизо, а затем просто продолжил. – Чего ты хочешь? Крепость, в любом случае, уничтожит предателей.

– Да. Это неизбежно. Они предали крепость. – осторожно произнёс клон и взглянул в глаза Верховного Магистра. Найдя в них поддержку, он продолжил. – есть пятеро детей. Я хочу, чтобы они выжили и так же служили Крепости.

– Как предатели? – недовольно произнёс Дизо.

– Как будущие Секретной Стражи. Они должны будут пройти особую подготовку и служить на благо Крепости. Пять не пятьдесят. Этого достаточно, чтобы Орден не погиб, но слишком мало даже для бунта. – предложил Рен, на что Гаскон согласно улыбнулся.

И хоть Пятый решал многое, он в последнее время слишком зависел от старого друга. Вот и сейчас, он больше интересовался его ответом, чем сам пытался что-либо сказать. Нет, если Дизо попытается убить Рена, и данная авантюра, предложенная призраком, не пройдёт по решению Главы Гнезда, то вот тут Верховный Магистр скажет своё веское слово, да послушает, что хочет рассказать бывший член Секретной Стражи. А так…

– Это возможно… – прикидывая перспективы, сказал Дизо. Ему явно это не нравилось, но и выбора ему не давали, от чего он был просто в ледяной ярости. Его просто ставили перед фактом.

Онейро будут жить и служить Шторму, будучи не подконтрольны Дизо. Точка. Иначе его положению в Крепости придёт конец. Конечно, сам этот призрак Рена загонял себя в рамки, самостоятельно создавая себе слабость в виде пяти детей. Что создавало некий паритет. От таких мыслей глава Гнезда лишь дёрнулся, как от пощёчины. А вот Гаскона это не просто устраивало. Он видел в этом выход. Причём не просто шаг в пропасть, куда отправлял его Дизо с известными только ему мотивами. Нет. Онейро предлагал дорогу в будущее, где в Секретной службе будет целый орден Онейро с их проклятыми глазами, но выученный и подготовленный исключительно для служения народу. Так это ещё и усиливало его, Верховного Магистра, позицию. Пусть и добавляло на шахматную доску нового игрока в лице Рена. Гаскон знал Рена и понимал его преданность Крепости. Даже его текущие слова шли на благо не Ордена, а Крепости. И это делало его куда более надёжным союзником, чем Дизо. Союзника с понятными целями и той самой Мечтой Шторма, о которой грезил старик.

– Я не буду возвращать глаза. Пусть они и дают великую силу, но теперь я буду следить за каждым вашим шагом, Дизо, уж простите. Это на благо Крепости.