Иван Гончаров – Проклятые. Книга 1. Рождение проклятых (страница 3)

– Ты совсем страх потерял?

– Не сердись, сегодня праздник.

– Лисси, мы драться больше не будем, обещаю проследить, чтобы он сильно не напился. – Риднар склонил голову от балкона и всё с той же улыбкой, но шёпотом проговорил Круствалу: – Вроде войну прошёл, а твою жену боюсь, как свою матушку.

Король удручающе поник, тяжко вздыхая.

– Ты вообще молчи. Из-за тебя у него вечно проблемы.

– Так я ж и слежу за ним, чтобы нюни не распустил и никто, кроме меня, его больше не трогал, – с издёвкой ответил воин. – Ну хватит злиться, Лисси, пошли Лакрига.

Она повертела головой, мол, не образумить этих обречённых, и вновь вернулась в покои.

– Думаешь, отошлёт?

– Думаю, да. Она у меня отходчивая. Пойдём пока на лавку присядем. – Они только двинулись, как и другая травма дала о себе знать. Ушибленная нога застонала болью. Завидев это, Риднар взял руку друга и положил её к себе на шею, придерживая и помогая идти.

Вскоре подошёл слуга, неся в руках поднос с графинами и закусками.

Лютая злость охватывала мечущегося по приёмному залу мужчину, даже скорее старика. Его выдавали белоснежные волосы и морщины на лице. Мантия из синих шёлковых плетений развевалась то в одну сторону, то в другую. Он ходил взад-вперёд, не находя себе места. Снова уже в который раз калечная провидица пришла ему рассказывать о ребёнке, что вот-вот придёт в этот мир и повергнет его в безумие. Нельзя сказать, что она лишь полоумная, но и точность в её видениях весьма внушительная. Однако разговаривать с ней старик не любил. Да и не понимал, почему терпел и позволял ей это делать. Однако в этот раз её проняло до самых краёв. Он – один из архимагов. Страж центральной башни самого Стипа, величайшего из всех городов, где живёт гильдия магов. Вынужден слушать её из-за мнения людей. Будто у него нет других дел, куда как важнее, чем россказни сумасшедшей, твердящей о разрухе, войне и бесчисленных жертвах старухи. Краем глаза он вновь взглянул на неё, пытаясь найти хоть один намёк о концовке этого абсурда.

– Старый дурак! Ребёнок уже зачат. Его нужно убить, не дать родиться!

– И что ты мне предлагаешь? Пойти лично в путешествие по городам и сёлам и убивать всех беременных женщин? Ты из ума выжила? И не смей меня оскорблять. Твой век уже прошёл, имей уважение к высшим, – крикнул на провидицу Волгар, не совладав над своими эмоциями, он пошатнул пласты реальности. Свет померк, а здание слегка тряхнуло, несколько ламп разбились вдребезги. Саму же старуху сдавило, словно воздух стал материальным и обрушился на неё.

– Тьма… – выругался про себя маг, проклиная за столь бурную реакцию. Но сил её терпеть уже не оставалось. Никто не смел его оскорблять вот уже с сотню сменариев.

– Прошу прощения, Верховный. Однако ты можешь убить меня, замуровать, предать огню, но факт останется фактом. Ребёнок идёт в наш мир, и силы, которые дремлют, возродятся вновь. Из тьмы восстанут мёртвые, небеса разверзнутся уродливыми отродьями, на нас надвигается хаос. А ты хочешь бездействовать! Образумься, наконец! – взмолилась Лагрехта, протягивая руку с растопыренными пальцами. – Я видела его, в своих видениях. Он вознесёт своё знамя надо всеми, и под знамя встанут все, кто немилостив к богам высшим и низшим. Я видела, как он сидел в поле среди стаи воронов, гневно рвущих плоть бесчисленных трупов. Я видела это! – взревела старуха. – И сейчас наша погибель родится в Рандонаре. Это место нужно сровнять с землёй.

– Тогда чем ты или я будем лучше этого ещё не появившегося мальчика? – уже немного успокоившимся тоном произнёс Волгар. – Ты толкаешь на войну. Беспричинное нападение магов на целую страну. Этим будут обеспокоены все. И всем будет плевать, что наш мотив идёт во благо, дабы избежать всего того бреда, что ты несёшь.

– Но бездействовать же нельзя, пускай туда отправятся соответствующие люди, убийцы тени, всадники, паладины, пускай прочешут страну и убьют…

– Убьют кого? – вновь разозлился колдун, перебивая и бросая гнетущий взгляд на старуху, от которого ей явно стало не по себе. – Убьют кого? – повторил он. – Вот так запросто придут убийцы тени и будут резать всех нерождённых? Ты знаешь конкретно, кто родит мальчика?

– Не мальчика, а тварь, монстра из плоти и крови, кардсаля из недр тьмы!

– Да плевать на всех жителей забытых границ! Ты знаешь, кто его родит?

– Нет…

– То-то же. Ты просишь пойти на преступление. Пускай оно во благо. Но всё же преступление. Гильдия магов всегда была справедливой и легитимным сообществом. На страже людских моралей.

– Трус! – бросила оскорбление Лагрехта.

Этого Волгар был уже не в силах простить. Вытянув руку пред собой и сжимая кулак, он видел, как внутри старухи сжимаются органы, причиняя муки, заставляя её рухнуть на пол и взвыть режущим уши стоном.

– Не смей меня оскорблять, Лагрехта! Не испытывай мою милость! – по-змеиному зашипел, исторгая из себя с желчью слова, высший маг. – Я осознаю всю опасность, о которой ты говоришь. И думаю над её решением. А, глядя в глаза, унижать члена совета гильдии магов – не самая лучшая идея, которая может прийти в твою забитую чушью голову! И благодари своих богов, что шлют тебе вести из будущего, иначе бы я даже разговаривать с тобой не стал и уж тем более оставлять тебя в живых после подобного заявления.

Провидица ревела, стонала, жуткая боль изнутри рвала сознание на части, да и возраст уже не тот, чтобы подвергаться подобным пыткам. Перекатываясь и сжимаясь в агонии, она не вытерпела и рухнула в глубины забвения, теряя сознание.

– Полоумная старуха! – молвил старик, отпуская свои ментальные щупальца.

И всё же она права. Бездействовать ни в коем случае нельзя. Это всего лишь видение, но, кто знает, вдруг оно реально?! Эта старуха предсказала слишком многое, чтобы просто отмахнуться от её слов. Вдруг то, что она сказала, окажется правдой? Нет! Этого ни в коем случае нельзя допустить, ни за что! Но информации о младенце слишком мало. Кто и через сколько его родит? Слишком много вопросов, и слишком мало времени для их решений. Парочка идей, конечно, имеется, но воплотить их будет довольно проблематично. Да и нужно общее решение совета Верховных. Разжигание межгосударственных конфликтов совсем ни к чему, могут погибнуть невинные люди. Без жертв, конечно, не обойтись, но свести их к минимуму просто обязан. «Ну и свалилась же ты на мою голову со своими „неясными“ видениями. Да благослови нас всех Аркхар… Одна старуха и неродившийся ребёнок способны пнуть этот мир, и кто знает, в которую сторону его пошатнёт. Как бы меня не высмеяли с этим заявлением на совете…»

Глава 1

Прошло шестнадцать сменариев с тех пор, как новоиспечённый государь безмятежно сидел, попивая вино со своим лучшим другом. Он и предположить не мог, что подобный случай был одним из последних. Прошла весна после завидного прыжка с балкона. Риднар, его ближайший друг и товарищ, подвергся нападению тайных убийц, нанятых кем-то могущественным. Защищая свою возлюбленную, он пал. Чужая сталь смогла найти брешь в его защите. Брызнула кровь, и по шее полилась жизнь из его тела. Спасти удалось лишь ребёнка. Мальчик родился сильным, здоровым. В тот момент, когда вроде бы всё только стало налаживаться, когда дни хождения на острие холодной, забирающей жизни стали миновали в небытие.

Случилась эта трагедия.

Человек, которого Круствал знал всю свою жизнь, который прикрывал ему спину в момент опасности, пал! Пал замертво, без каких-либо шансов на жизнь, окончательно и бесповоротно!

У Риднара Ронаса тогда родился сын. Король видел все восторженные эмоции на лице своего товарища. Радовался за его счастье. Видел, как клороньер дрожащими руками взял своего сына в первый раз, осторожно, как хрупкую вазу, боясь уронить. Глядя, как старый друг смотрел с изумлением в маленькое хнычущее личико. Тот момент засел у него в памяти надолго и прочно. Подобное в жизни отпечатывается слишком хорошо, чтобы быть бездарно забыто. Дабы не забывать моменты, трогающие твою душу и выворачивавшие её наизнанку. Их невозможно просто взять и забыть, даже если человек этого сильно захочет. Однако вертихвостка-судьба не дала его товарищу и года прожить в спокойствии со своей семьёй. Ту злополучную ночь король запомнил с горечью в своём сердце. В двух днях от родов правитель проснулся от шума в коридорах. Бросив Лисси наказ, чтобы она оставалась в покоях, накинул свой роскошный халат, взял со стены изношенный и зазубренный, но всё же верный палаш, отворил дверь и остановил одного из охранников.

Узнав о вторжении, правитель Рандонара ринулся вперёд по коридору, затем по винтовой лестнице спустился вниз, во двор. Все во дворце бегали и гоношили, даже порой не замечая своего короля, слуги и воины пробегали мимо. Но и Круствал не обращал на них внимания. Слова стражника, засевшие у него в мыслях, твердили об одном. «Скорее, скорее, скорее». Нужно убедиться лично, что тот охранник солгал. В бреду, не ведая, что говорит. Только бы сказанное им было ложью. Да, Круствал понимал, что он не был пьян, но ему хотелось в это верить, для него так было лучше.

Пробегая коридор за коридором, он, наконец, добрался до покоев своего друга, и ужасная картина поселилась в его памяти, словно осколок железа, застрявший внутри, который не смогли вытащить, и зашили рану, оставив его там, на вечность, до самой смерти и после. Жить с ним можно, но он будет причинять боль изо дня в день, будет о себе напоминать, тревожа душу и тело.