Иван Фрюс – Тень Заката. Наследие Хара (страница 4)

– Тут ещё про города хара, – сказала Алина, пролистывая страницы. – Пишут, что их четыре, что они почти разрушены, но некоторые части сохранились. Ты был в них?

– В одном, – ответил он. – В самом северном. Но это уже другая история. Это у нас, кажется, по программе на следующую неделю.

Алина подняла голову.

– Ты считаешь, что мы стали лучше хара? – прямо спросила она.

Он задумался, глядя куда-то в сторону, в темноту за стеклом, где медленно мигали огни климат-башен и патрульных дронов.

– Я считаю, что у нас пока есть шанс не стать такими же, – сказал он наконец. – Но это не по учебнику. Это каждый день решается, каждой кнопкой, каждым приказом.

– То есть, пока ты сидишь у пульта, всё норм? – попыталась пошутить она.

– Пока я сижу у пульта, у меня хотя бы есть иллюзия, что я могу что-то исправить, – ответил он честно.

– Если что, я буду на тебя орать, чтобы ты не расслаблялся, – сообщила Алина. – Могу даже официально подписать.

Он рассмеялся – мягко, впервые за этот вечер по-настоящему.

– Договорились, – сказал он. – Ты будешь моим персональным моральным ИИ. Без фильтров и без корпоративной цензуры.

– Уже являюсь, – фыркнула она, сворачивая отчёт. – Всё, ладно. Давай на сегодня философию закрывать. Ты мне обещал рассказать, как риллы однажды сожрали ваш «Титан».

– Они его не сожрали, – возмутился он. – Они его переехали. И это абсолютно разные вещи.

– Не важно, – отмахнулась она. – Рассказывай. Но без этих твоих «структурных объяснений», я хочу ржать.

Игорь вздохнул, но подчинился. История про «Титан», риллов и паникующего механика, который забыл, где у него ручник, была безопаснее, чем разговоры о хара, биосетях и вине за уничтоженные цивилизации.

Глава 2

– Подъём, начальник климата, – кто-то не слишком нежно постучал пяткой по ножке кровати. – Ты же сам говорил: «Встану в шесть сорок, всё успею». Сейчас семь ноль три.

Игорь рывком открыл глаза.

Потолок – серый, матовый, с полосой вентиляции. Комната – всё те же двадцать метров, ещё полутёмные. Внутри – тяжесть в голове и ощущение, что он ночью таскал руками климат-башню.

– Я жив? – хрипло спросил он.

– Пока да, – Алина стояла, прислонившись к дверному косяку, уже в своём комбинезоне Академии, с учебным планшетом на ремне. – Но если опоздаешь на совещание, тебя, может быть, и казнят. Символически. В протоколе.

– Успею, – Игорь сел, потер лицо. – Сколько мне лет?

– Двадцать один и ты уже жалуешься, – фыркнула она. – Старик.

– Отлично, – пробурчал он. – Даже от собственной сестры поддержки нет.

Он кое-как выбрался из постели, натянул спортивные штаны и пошёл к умывальнику. Ледяная вода по щекам чуть-чуть вернула мир в фокус. В зеркале на него смотрел уставший парень с короткими тёмными волосами и тонким шрамом на виске. Глаза – серые, с залёгшими тенями, но без той пустоты, что была первые месяцы после войны.

«Двадцать один, – машинально отметил он. – На Земле в этом возрасте только институт заканчивают. А я уже климат и половину штормов на себе держу».

– Ты опять в зеркало философствуешь, – донёсся голос Алины. – Каша стынет, а у тебя там «смысл бытия».

– У меня там лицо, – огрызнулся Игорь, вытирая воду. – И да, выглядит оно так, будто смысла бытия оно тоже не видит.

В столовой в это время было относительно тихо. Основные смены уже разбрелись по участкам, оставив в воздухе запах синто-кофе и жареного протеина. За дальним столом шумно спорили монтажники, у окна аграрии собирали планшеты – судя по лицам, ночь у них была тяжёлая.

Игорь и Алина сели у стены. Она – с каким-то сладким батончиком и фруктовым напитком, он – с миской серой каши и кружкой чёрного, как совесть корпоративщика, кофе.

– Я всё равно уверена, что то, что ты ешь, не предназначено для людей, – заявила Алина, всё ещё с укоризной глядя на его тарелку. – Это корм для «Титанов».

– «Титаны» от такого корма ломаются, – невозмутимо ответил Игорь. – А люди… привыкают.

– Люди вообще ко всему привыкают, – задумчиво сказала она. – Даже к жизни на планете, где тебя может унести ветром.

– Оптимизм на высоте, – хмыкнул он. – Ты ж сегодня на «Карьер-Запад»?

– Ага, – с готовностью кивнула Алина. – Практика. Настоящие экскаваторы, настоящие люди с мозолями, настоящие камни. Нам даже обещали показать кроводревы снаружи купола.

– И не лезть под корни, – автоматически сказал Игорь.

– Это, кстати, точно твои слова, – фыркнула она. – «Не лезь, не трогай, не наступай». Ты в прошлом был, наверное, табличкой «осторожно, опасно».

– В прошлом я был идиотом, который лез везде, – честно сказал он. – Поэтому сейчас у меня право читать лекции.

Она пару секунд внимательно смотрела на него, потом спросила:

– А ты куда?

– Штаб, совещание по последнему шторму, – вздохнул Игорь. – А потом – в город.

– В какой город? – она едва не расплескала напиток. – В тот? В… хара?

– В один из их городов, – подтвердил он. – Южный. Архи и материалы наконец дотянули туда свою аппаратуру, им нужен кто-то, кто скажет, что они ещё не умерли, и кто-то, кто понимает в полях.

– Я еду с тобой, – тут же объявила Алина.

– Нет, – ответил Игорь даже не подняв головы.

– Это потому что я младшая? – вскинулась она.

– Это потому что тебе четырнадцать, – поправил он. – И потому что этот город до сих пор больше похож на минное поле, чем на музей. Там провалы, старые ходы, системы, о которых мы ничего не знаем.

– Учебник пишет, что города стабилизировали, – не сдавалась Алина.

– Учебник пишет, что мы «успешно адаптировались к климатическим изменениям», – напомнил Игорь. – А вчера у нас купол на «Ферме-2-Север» чуть не ушёл в небо. Учебник – это оптимизм на бумаге.

Она откинулась на спинку стула, сжала губы.

– То есть – «нет»? – уточнила она.

– «Нет пока», – мягче сказал он. – Сначала мы там хотя бы карту стабильного грунта нарисуем, потом будешь проситься в экскурсионные группы.

– Значит, всё-таки будут экскурсионные группы, – прищурилась она.

– Если мы там не сделаем вторую войну, – буркнул он.

Несколько секунд они молчали. Потом Алина тихо спросила:

– А что там ищут? В этих… городах.

– Технологии, – ответил Игорь. – Материалы. Вот этот ваш Z-13, например. То, из чего хара строили свои несущие конструкции. То, что выстояло, когда всё остальное рухнуло. Наши материалыеды считают, что если разобраться как он работает, мы сможем делать броню и корпуса, которые выдержат всё, что Проксима на нас кидает.

– А откуда у них был этот Z-13? – она наклонилась вперёд. – Везде пишут, что происхождение неизвестно.

– Не знаю, – честно сказал он. – Пока никто не знает. Либо свои придумали, либо нашли где-то. В любом случае, он им сильно помог.

– И довёл до логического конца, – мрачно заметила Алина.

Игорь сделал глоток кофе, выдохнул.

– Они сами довели, – сказал он. – Не материал виноват.

Она какое-то время молча мешала напиток, потом вдруг тихо произнесла:

– Ты всё ещё думаешь, что сделал правильно?

Он повис над тарелкой.