Иван Фрюс – Тень Заката. Наследие Хара (страница 1)

Иван Фрюс

Тень Заката. Наследие Хара

Глава 1

Первый удар ветра пришёлся по куполу так, что пол под ногами дрогнул, будто не сверхпрочная зарионовая решётка держала его, а старый земной пластик.

– Сектор «Север-3», шквал до ста двадцати, – сухо проговорил ИИ. – Давление на оболочку: девяносто пять процентов от максимального допустимого. Режим: предаварийный.

– Охренеть, – выдохнул кто-то за спиной.

Игорь не обернулся. Он стоял у центрального пульта управления штормом, ладони на тактильных панелях, взгляд – врезан в голографическую проекцию над столом. Красноватое небо Проксимы было перекрыто слоем данных: линии фронта, вихревые столбы, стрелки потоков, мигающие точки транспорта и людей.

«Север-3» на карте выглядел, как жалкий пузырёк света, прижатый сверху зелёно-оранжевой массой циклона.

– Башня «Грот-2», статус, – бросил Игорь. – Я вас не вижу по силовому.

Голос оператора тут же прорезал эфир:

– «Грот-2» на связи! Переход в режим максимального рассеивания, но нас мотает. Катушки живые, обледенения нет.

На другом экране мелькнуло окно: башня – тонкая игла из металла, утыканная кольцами катушек, – вилась в потоках дождя и ветра, вытягивая из облаков молнии. Вспышка – бело-фиолетовая, за ней – глухой, почти физический удар по козырьку базы.

– Климатчики, держите частоту в коридоре, – Игорь стиснул зубы. – Нам нельзя дать фронту уйти к «Север-4», они там только купол подняли.

– Если ветер захочет – уйдёт, – пробормотала где-то справа Эльза, но достаточно тихо, чтобы это осталось просто усталым констатированием, а не саботажем приказа.

Эльза сидела за соседним пультом, волосы затянуты в тугой хвост, глаза покрасневшие от недосыпа. Её консоль была забита данными по влажности, температуре, конвекции. Слой за слоем она сдвигала, глушила и усиливала потоки, пытаясь направить стихию туда, где меньше людей и техники.

– «Мустанги-1» и «Мустанги-2», доклад, – Игорь переключился на другой канал. – Сколько ещё людей в жилом секторе?

– «Мустанг-1», – отозвался хрипловатый голос водителя. – Забираем последнюю группу из блока «Бета». Тридцать две жопы на борту. Пытаемся не перевернуться.

На голограмме две иконки – тяжелые броневики с четырьмя поворотными колёсами и низкими, приземистыми корпусами – пробирались по залитому водой коридору внешней улицы. Над ними фонтанами лупил дождь, фонари едва пробивали мутный поток воздуха.

– «Мустанг-2» здесь, – второй водитель явно давил панику. – Воду из дренажей уже выбило. Нам через нижнюю рампу не пройти, всё в говне!

– Объезжайте по техтоннелю «Юг-2», – быстро ответил Игорь. – Я дам вам зелёный по шлюзам. Эльза, откроешь им?

– Уже, – она провела рукой по панели, синяя линия маршрута на карте чуть сдвинулась. – Но если вода поднимется ещё на сорок сантиметров, ваши герои будут плавать.

– До этого времени мы их вытащим, – отрезал Игорь. – «Шторма», вы где?

– «Шторм-1» на подходе, – через шум помех пробился знакомый, наглый голос Кайто. – Вижу ваш милый пузырь. Вижу, как его сейчас, блядь, сдует.

– Держи язык, пилот, – вмешался диспетчер. – У тебя на борту сорок человек.

Игорь машинально улыбнулся. Четыре года прошли, а Кайто всё так же ухитрялся смеяться, когда другим было не до шуток.

Он вывел на экран картинку с борта «Шторма».

Тяжёлый конвертоплан – гибрид штурмовика и транспорта – пробивал слой тёмно-фиолетовых облаков, винты-ротора вращались вертикально, удерживая машину над бушующей поверхностью. Ветер швырял машину из стороны в сторону, но стабилизаторы и инерционные компенсаторы выравнивали её, глядя со стороны – почти магически.

Внизу, под стеклом, мелькало что-то тёмное и живое: тоскующие по ветру кроны кроводревов, их толстые, изогнутые стволы, похожие на сросшиеся сосуды, отклонялись под напором воздуха. Листьев как таковых не было – вместо них зияли полупрозрачные пластины, которые шуршали и вспыхивали тусклым внутренним светом при каждом порыве.

– Красота же, – протянул Кайто. – Если бы не угрозы смерти, я был бы туристом, а не пилотом.

– Сбавь высоту, – приказал Игорь. – Тебя слишком сильно сносит. Возьми курс на восточный шлюз, «Мустанги» к нему подтяну.

– Принято. «Шторм-1» корректирует маршрут.

Игорь перевёл дыхание, но расслабляться нельзя было ни на секунду. Каждый новый запрос, каждый красный треугольник на карте – чьи-то жизни, чьи-то семьи, чьи-то будущие жалобы в отдел снабжения, если всё закончится хорошо.

«Если» – всегда висело в воздухе.

Четыре года назад он думал, что после хара самое страшное позади. Что дальше останется только строить, сеять, выравнивать. Планета показала: нет. Когда умерла биосеть, исчезла не только угроза. Исчез хрупкий баланс.

– Сектор «Ферма-2», у вас что за цирк? – вмешался голос из соседного блока связи. – У вас по датчикам давление в куполе падает.

– Не «Ферма-2», а «Ферма-2-Север», – буркнул мужчина с седыми висками, координатор аграриев. – Это у нас клапан сброса клинит. Сейчас…

Игорь резко поднял руку.

– Стоп! Не трогайте клапан. Эльза, покажи «Ферму-2».

На карте вспыхнул ещё один зум. Купол фермы – меньший, чем жилой, но всё равно внушительный – стоял на краю «Север-3», вплотную к краю леса. Ветер пытался оторвать его от земли, как детский шарик. По периметру ползли тяжёлые тени – риллы, сбившиеся в стадо, пытались уйти от урагана в сторону бетонных стен. Над ними, как медузы, плыли стаи стайников – полупрозрачных, похожих на летающих скатов существ, пытающихся поймать потоки и не сорваться в бешеную пробку ветра.

– У вас давление падает, потому что створки не держат перепад, – быстро сказал Игорь. – Закрепите внешние фермы и отрежьте верхний ярус. Пусть внутренние системы выровняют.

– Но там же тридцать процентов посевов! – взвыл аграрий.

– Зато внизу – люди, – тихо сказала Эльза. – А людей у нас нет десятипроцентного резерва.

Пауза.

– …Понял, – мужчина осёкся, голос стал жёстким. – Режем верх. Давайте команды нашим.

На секунду в центре зала стало совсем тихо. Даже ИИ как будто снизил громкость, не дублируя уведомления вслух, только мелькая надписью в углу зрения.

Игорь сжал пальцы, чувствуя, как ноет старая травма в руке – напоминание о самой первой аварии ещё в Велесграде. Тогда отец спас его. Здесь спасать приходилось самому, и каждый раз – не всех.

– «Мустанг-1», доклад по людям, – выдавил он. – Вы уже у техтоннеля?

– Да, – водителю явно было не до юмора. – Нас залило до уровня фар. Если бы не приводы на колёсах – всё, хана. Но прорываемся. До шлюза триста метров.

– «Мустанг-2»?

– Вошли в тоннель, – ответил второй. – Здесь ветра меньше, но вода скоро к нам доберётся.

– Эльза, дай им на пути зелёный по всем внутренним шлюзам. Проходной коридор, без остановок.

– Уже. Но если кто-то из техников сейчас полезет туда руками – их просто засосёт, – пробормотала она.

– Объяви общий запрет на выход в техтоннели, – сказал Игорь. – Только дистанционный режим.

– Принято, – вмешался голос ИИ. – Ограничение движения персонала по техническим туннелям – введено.

– Миша, – раздалось из угла зала, – у нас по «Север-3» связи с внешними дронами нет.

Игорь автоматически поправил:

– Я не Миша.

Оператор покраснел:

– Прости, Игорь. Эн-47-«Циклон» и два Эн-52 пропали с сетки. Они были на северной кромке леса, отслеживали крону кроводрев. Последний сигнал – десять минут назад, глубина облаков четыреста метров, после – белый шум.

– Белый… – Игорь нахмурился. – Это у нас по биосети такой шум был. А биосети больше нет.

– Может, перегрузка разрядом? – осторожно предположил Кайто по общему каналу. – Там же молнии как бешеные.

– Может, – отозвался Игорь. – Пока шторм не уляжется, лезть туда нечего. Металл нам ещё вывезти надо.

– Ты думаешь про металл больше, чем про дроны, – съязвила Эльза.

– Я думаю про людей, – он посмотрел на неё. – Дроны нам всучат новые, если потеряем. Людей – нет.

Её взгляд на секунду смягчился. Между ними уже давно не было той старой, совсем юношеской лёгкости. Слишком много мёртвых за эти годы, слишком много компромиссов. Но в такой момент старые швы хоть как-то держали.

– «Шторм-1», посадку готовим? – Игорь снова переключился на внешний канал.