Иван Филиппов – В следующих сериях. 55 сериалов, которые стоит посмотреть (страница 7)
Дэвид Саймон, один из лучших ныне живущих телевизионных сценаристов – бывший журналист криминальной хроники, Эд Бернс – бывший следователь убойного отдела в Балтиморе. Вместе они писали не про выдуманный мир, а про мир, окружавший их в действительности, но который они заселили вымышленными персонажами. Про страшную изнанку красивого города Балтимор.
Чтобы зритель лучше это прочувствовал, Саймон многих героев сделал черными (очень смелый шаг для телевидения того времени) и сознательно не стал звать в проект звезд. Более того, ряд персонажей сыграли вообще непрофессиональные актеры. Например, девушка по имени Фелиция Пирсон, которая в «Прослушке» исполнила роль жестокой убийцы. С 14 лет Пирсон торговала на улицах Балтимора героином, потом сидела в тюрьме за преднамеренное убийство, а после ее взяли в один из главных сериалов истории. Играть фактически саму себя.
Авторы выдающихся сериалов не просто придумывают истории – они создают миры. Так в «Западном крыле» Аарон Соркин создал свой мир с идеальным американским президентом, а Бениофф и Уайс с помощью Джорджа Р. Р. Мартина создали настоящую фэнтези-вселенную в «Игре престолов». В «Прослушке», напротив, нет выдуманного мира. Полицейские и наркоторговцы живут со зрителями на соседних улицах, иногда едят в одних и тех же забегаловках, их волнуют более или менее одинаковые проблемы. Они (или мы все) часть одного мира. И это важно.
Этот мир, конечно же, далек от совершенства. «Прослушка» начинается как история идеалистичных полицейских, которые хотят победить наркомафию. Но чем дальше рассказывает историю Дэвид Саймон, тем больше мы понимаем, что победить ее нельзя – она часть системы. Каждый сезон основное место действия меняется: мы начинаем в гетто, затем переносимся в порт города Балтимор, в мэрию, в школу, в местную газету. Саймон в деталях рисует нам портрет системы, прогнившей сверху донизу. Здесь нет положительных героев, но нет и настоящих злодеев. Здесь все одинаково грязненькие, и наркомафию нельзя победить не потому, что невозможно пересажать всех наркоторговцев, а потому, что на место любого посаженного придет другой, еще более страшный и жестокий. И это будет такой же человек – выросший в нищете, учившийся в плохой школе, привыкший к постоянному лицемерию всех вокруг, дитя той самой системы.
«Прослушка» – это история о безысходности и бессмысленности борьбы. Ты не можешь быть хорошим, если ты не часть системы, а если ты станешь ее частью, ты непременно запачкаешься. Но при этом честный человек, считает Саймон, должен продолжать бороться, даже осознавая всю бессмысленность борьбы. В этом главный посыл сериала и в этом же вся философия Саймона, которую он воспроизводит во всех своих проектах, будь то мини-фильм «Поколение убийц» или новый сериал HBO «Двойка».
При всем этом «Прослушка» – очень захватывающий сериал. Точнее, даже так: засасывающий. Вроде бы происходит очень мало чего, в основном все о чем-то постоянно говорят, но оторваться невозможно. Особенно если смотреть без перевода и наслаждаться диалогами, наполненными сленгом черных кварталов Балтимора и похожими одновременно на рэп и поэзию Маяковского. Самая же знаменитая сцена сериала – это беседа двух главных героев, которая длится шесть минут и целиком состоит только из слова «fuck» и его производных. Зрелище поистине гипнотическое.
Кроме того, мир «Прослушки» населен обаятельными героями, начиная с раздолбая детектива Макналти (Доминик Уэст) и заканчивая одним из боссов наркомафии Стрингером Беллом (Идрис Эльба). Герой Эльбы – как в целях саморазвития, так и для увеличения эффективности возглавляемой им организации – параллельно с наркоторговлей учится на экономиста. Или, например, Омар Литтл (Майкл К. Уильямс) – бандит-налетчик, грабящий исключительно других бандитов. Омар – один из самых знаменитых и интересных персонажей сериала. С одной стороны, он жестокий и страшный убийца, с другой – нежный и сентиментальный гей, абсолютно не похожий ни на одного ЛГБТ-героя прежних лет с очень трогательной и трагической историей любви.
И таких интересных, сложных и неожиданных персонажей в сериале штук тридцать, и за каждого из них зритель переживает, потому что каждый из них через пару серий становится как родной. Не случайно именно с «Прослушки» начались карьеры многих телевизионных и кинозвезд. В первую очередь, конечно, Идриса Эльбы, у которого здесь была первая по-настоящему заметная роль.
И все-таки, возвращаясь к тому, с чего мы начали обсуждение «Прослушки». Если это такой крутой сериал, то почему же профессиональное сообщество ни разу не отметило его какой-нибудь почетной наградой? Наверное, потому, что Дэвид Саймон слишком близко поднес зеркало аудитории. Не просто показал ужасы нищеты и преступности, а наделил людей, живущих в этой среде, обаянием, создал им драматические биографии, заставил им сопереживать. А еще подчеркнул, что все это происходит на самом деле, буквально на соседних улицах. И поэтому «Прослушку» можно назвать именно произведением искусства, и ближайшим референсом к нему будет не какой-нибудь еще полицейский сериал, а например, «Левиафан» Андрея Звягинцева или любое другое бескомпромиссное и во многом дискомфортное высказывание о настоящей, а не придуманной жизни.
Как когда-то невероятный зрительский успех «Бонни и Клайда» убедил Голливуд в том, что кино без хеппи-энда возможно и совершенно необязательно должно быть неприбыльным, так и успех «Прослушки» проделал тот же фокус с телевидением – доказал максимально наглядно, что зрители готовы смотреть истории, в которых на первый план выходят сложные и неоднозначные с точки зрения морали герои, а не примитивный развлекательный сюжет.
Щит / The Shield
Успех «Клана Сопрано» доказал, что телеканалы способны производить сериалы, не уступающие в качестве большому кино. Но, как пишет Сепинволл в книге «Телевизионная революция», чтобы процесс пошел и случился тот самый «большой телевизионный взрыв», успех необходимо было повторить на другом канале. Рынку нужно было доказательство, что выдающиеся сериалы может производить не только HBO. И таким доказательством стал сериал «Щит» телеканала FX.
Есть такая знаменитая книга Блейка Снайдера по сценарному мастерству, которая называется «Спасите котика». Почему котика? Снайдер объясняет, что в жанровом кино зрителям необходимо максимально быстро проникнуться симпатией и сочувствием к главному герою, а для этого в первом акте он должен максимально быстро сделать что-то очень и очень доброе и положительное: например спасти застрявшего на дереве котика. В сериале «Щит» в финале первой серии главный герой – крутой полицейский Вик Макки – убивает другого полицейского. Убивает хладнокровно, выстрелом в лицо. Какие уж тут котики. И несмотря на это Вик Макки – идеальный герой сериала, которому сочувствуешь, которого ненавидишь и которым восхищаешься одновременно.
«Щит», вероятно, второй лучший полицейский сериал в истории после «Прослушки». Он также происходит в настоящем, максимально неглянцевом и неприлизанном мире страшного городского дна, только не Балтимора, а Лос-Анджелеса. Это мир банд, наркоторговцев, коррумпированных политиков и полицейских, убийц, наркоманов, педофилов и воров. Но большую часть дел, которые расследуют герои «Щита», составляет обычная чудовищная бытовуха: отец, который за дозу продает дочь педофилам, женоненавистник, который расстреливает убежище для жертв домашнего насилия, корейский старичок, которому во время ограбления прибивают ноги к полу, чтобы он не мешался, и другие повседневные ужасы огромного мегаполиса.
В «Щите» также нет ни одного положительного или отрицательного персонажа, а есть сложные и иногда противоречивые люди, которые пытаются делать одно из самых непростых дел в мире – охранять закон и порядок. Охранять самыми разными методами, в том числе и не самыми законными. Для создания пущей аутентичности «Щит» снят подчеркнуто «реалистично», как будто это не традиционный сериал, а такое мегареалити-шоу, где за живыми героями ходят операторы с ручными камерами.
«Щит» относится к зрителям, как к равным – тут нет традиционной последовательной экспозиции, долгих рассказов, объяснений и представлений героев: с первой серии мы оказываемся в самой гуще событий и на то, чтобы запомнить героев, понять, кто чем занимается и как эти люди вообще оказались вместе в одном участке, у зрителя уйдет как минимум несколько эпизодов.
Герои «Щита» – самые разные полицейские: пара патрульных – Дэни и Джулиен, два детектива убойного отдела – Клодетт и Датч, начальник отделения капитан Асеведа и руководитель спецподразделения – Вик Макки. Вместе с тремя другими полицейскими Макки ловит самых опасных преступников: «Мы стучимся в те двери, о которых другие полицейские предпочитают не знать».
У каждого героя своя работа и свой стиль, благодаря каждому из них мы видим отдельный кусок Лос-Анджелеса, от улиц и трущоб до роскошных особняков руководителей наркокартелей. Но главный герой и самый интересный персонаж сериала – это, безусловно, Макки в исполнении Майкла Чиклиса. Такой лос-анджелесский Глеб Жеглов.
Брутальный, прямой, мощный как танк, крутой полицейский с очень сложным моральным кодексом. Макки, с одной стороны, за закон и порядок, он искренне ненавидит преступников и отлично их ловит, с другой – иногда он готов и на компромисс, и на взятку, и даже на убийство. С третьей – он не только полицейский, он сложный человек, трогательный отец своим трем детям и любящий муж своей жене. Что, правда, не мешает ему иногда спать с другими женщинами. Макки – воплощение понятия «сложный персонаж». В первой серии он говорит одному из подозреваемых: «Хороший и плохой коп уже ушли домой, теперь остался только я. А я – другой тип копа».