Иван Фаворов – Паршивый отряд (страница 86)

Сквозь темноту пещерного мрака Дора слышала голоса друзей, зовущих друг друга на улицу. Порфирий всё ещё был в трансе, и она боялась его тревожить. Фразы, долетавшие до её слуха, носили обрывочный характер, но можно было с уверенностью предположить, что происходит нечто интересное. Слёзы ещё текли из её глаз тихо и бесшумно, но ей стало очень любопытно узнать, что явилось причиной общего волнения. Она уже вставала с мелко перетёртого песка, покрывающего дно пещеры, когда Порфирий зашевелился, возвращаясь назад в тело. Она, не дожидаясь пока он окончательно придёт в себя схватила его за руку и потащила к выходу от которого доносились голоса. Он сразу не сообразил что происходит, постарался вырваться, но узнав её голос успокоился и не обращая внимания на головокружение последовал за ней.

Когда Доротея с Порфирием дошли до первого грота с которого начиналась пещера в нём было уже тихо, видимо все остальные выбрались на улицу. Проём входа мерцал холодным светом. Дора не раздумывая поспешила туда, увлекая за собой Порфирия, который ещё плохо соображал и не до конца понимал, что вокруг него происходит. Вся остальная компания была на вершине холма. Подъём был крутой, и местами, чтобы взобраться приходилось ползти на четвереньках. Дора отпустила Парфёна предоставив ему возможность самому барахтаться где-то позади и устремилась в верх. Когда она поднялась, на неё мало кто обратил внимание, только Кот подошёл поближе и в неровном свете, исходившем от чего-то происходящего над пустошью увидел её заплаканное лицо. Хотел обнять, но постеснялся и замешкался. Спросил только:

– Как ты?

Она молча прижалась к нему и стала смотреть туда же куда и все остальные.

Последний Бой.

Светящиеся нити кокона, который Дора видела над пустошью во время потустороннего путешествия с Порфирием, проявились теперь и в нашем мире. Они рвались и разлетались в разные стороны. Сквозь эти путы наружу вылезало нечто. Вначале показалось что-то похожее на пожарный крюк, потом этот крюк разогнулся, выпрямился и стал огромным крылом летучей мыши, следом появилось второе крыло. Нити рвались и разлетались в разные стороны, из кокона вылезал настоящий крылатый змей, с тремя рогатыми головами и длинным чешуйчатым телом, переходящим в зазубренный хвост.

Дора, глядя на это забыла про слёзы, которые двумя канальцами застыли на её щеках, закрыла лицо руками и плотнее прижалась к Коту. Ему тоже хотелось чувствовать уютную близость с не равнодушным к нему человеком, не быть одиноким в этот страшный момент. Он поймал себя на мысли, что судьба не спроста свела их вмести в эти дни и объединила перед лицом событий. Он думал о том, что теперь у них общая дорожка в лабиринте жизни и был рад тому, что не должен идти по ней в одиночестве. Луке хотелось защищать и оберегать Дору, он чувствовал за неё ответственность, но сам не понимал почему. А главное он испытывал от этого радость. Возможно такие переживания были навеяны тем, что Кот давно не ощущал себя нужным и не был в центре событий, а в последние дни у него появилось и то и другое.

Змей над пустошью окончательно освободился от своего кокона, но ещё не до конца материализовавшийся парил на одном месте, полупрозрачный, пропуская сквозь себя блеск звёзд.

– Кажется это конец всему! – Сказал Михаил.

– Может он окажется не опасным. – С надеждой предположила Варенька.

– Я видела своего отца, – сказала Дора, – с ним случилось что то страшное. Он сказал мы должны уходить из города если появится такая возможность.

– Ты его видела? Что с ним? – Сказал только начинающий приходить в себя Порфирий.

– Я мало поняла, но он выглядел ужасно! Кажется, он дунул в какой-то рог. Я не знаю, что это значит, но он сказал ты всё мне объяснишь. Он так же сказал мы больше не увидимся и предупреждал насчёт Диметры. Сказал это она виновата в том, что с ним произошло.

– Я уже понял это. Она чуть не погубила нас во время потустороннего путешествия. Не знаю кто помог тебе, но я чудом выбрался оттуда. Меня спасло странное светящееся существо с шестью крыльями. – Сказал Порфирий и посмотрел прямо в глаза своей собеседницею с опасением увидеть в них упрёк.

– С шестью крыльями? – Переспросил Кот и описал ему рыцаря света, в херувимском доспехе, которого видел с утра во время своего видения.

– Да, да, точно такой! – Подтвердил Парфён.

– Это был Гавриил. – Задумчиво сказала Дора. – Я знаю он нас не оставит. У меня почти никого больше нет! – Дора снова заплакала.

– Мы тебя не бросим. – Постарался утешить её Кот, но она в благодарность только сильнее промочила его куртку.

Змей тем временем всё больше и больше обретал материальное тело. Свечение вокруг него прекратилось. Он был теперь едва заметен на тёмном небе и слегка мерцал чешуёй отражая не яркий блеск ночных светил. И вдруг, в тот момент, когда про него больше всего хотелось забыть и принять за дурное видение, вызванное стрессом или любой другой объективной причиной, в небе вспыхнуло гигантское облако пламени осветившее пол неба и его чёрное тело с зеленоватым отливом и золотыми рогами. В ночной тишине раздался едва достигавший слуха звон набата. Стало ясно, что рождение дракона наблюдают не одни они. Потом к одному колоколу присоединился второй и третий вскоре звон стал достаточно отчётливым и кажется привлёк внимание чудовища.

– Похоже сомнений относительно того, что отсюда надо выбираться больше нет. – Сказал Михаил.

– Но куда идти? Кажется, мы сейчас в самом безопасном месте. Не в город же бежать. Он похоже обречён уже. – Возрази Кот.

– В городе теперь, кстати, правит какой-то Святослав. Он князь. Мне папа сказал. – Дополнила свой рассказ Дора.

– Не очень приятный тип! Я его видел в загробном мире. Но как он здесь может править? – Удивился Порфирий.

– Похоже он пришёл из рога и вселился в тела бездушных преследователей Гавриила. Помните он говорил нам что самое важное запомнить то, что у них нет души.

– Да было такое. – Согласился Кот.

– Что вы такое рассказываете, – вмешался Игнатий, – я видел этих пришельцев. Страшные парни. Но почему бездушные?

– Не знаю. – Сказала Дора. – Так говорил Гавриил. А призраков из потустороннего мира призвал мой отец и они заняли пустовавшее место в этих существах. Теперь глава пришельцев стал Святославом – древнем князем из доисторической эпохи.

– Бред какой-то! – Выругался Игнатий и сплюнул сквозь зубы.

– Бред – это то, что мы сейчас видели над пустошью. – Заметил Михаил. – А покойники и бездушные войны – это просто из разряда сказок.

– Но отец мне сказал, что из города я должна бежать. Кажется, этот Святослав хочет сделать меня одной из своих жён. – Понижая голос до шёпота сказала Дора.

Михаил и Игнатий дружно хихикнули.

– Не переживай. – Сказал ей на ухо Кот. – Я отсюда точно ухожу и знаю куда. Пойдёшь со мной.

– Да. – Ответила только ему, обрадованная Дора.

Дракон тем временем описав пару кругов над пустошью, медленно взмахивая полупрозрачными крыльями, движение которых было заметно как колыхание эфира на звёздном небе, бесшумно, но извергая, время от времени, столпы пламени всеми своими тремя головами, как бы пробуя свои возможности, двинулся в сторону Новгорода, в котором праздничный пир, организованный Святославом, начал вновь сменятся паникой.

– Мы что так и будем на это смотреть? – Вмешалась вдруг в диалог Варенька.

– А что ты предлагаешь? – Спросил Михаил и сам ответил. – Тебя что ли ему скормить, может он тогда и город не тронет.

– Не говори глупостей, – вмешался Кот, – девушка и так напугана.

– Пусть не переживает. – Словно споря сам с собой ответил Михаил. – Я никому в обиду её не дам.

И они с замиранием сердца уставились в небо глядя на то, как Дракон приближается к беззащитному, деревянному Новгороду. Колокола набата смолкли. Логичней всего было бы предположить, что горожане пытаются покинуть город в последний момент. А чудовище продолжало приближаться. Казалось ему осталось ещё несколько взмахов крыльев, и оно накроет город. Только сейчас стало понятно насколько оно огромное. Змей выглядел большим, даже на фоне раскинувшегося на холме Новгорода.

– Он воплотился, впитав всё зло древней войны. Я видел его в потустороннем мире, когда мы ходили в Чертог воинов с Годфри сквозь пустошь. Когда-то на этом месте была ужасная битва, память о ней не рассеиваясь сохранялась долгие столетия, всё произошедшее там прокручивалось из раза в раз. Пока не породило это чудовище. Дракон впитывал накопившееся в этом пузыре зло и рос. – Сказал Порфирий. – Над пустошью дул ветер, из-за которого никто из живых людей не мог её пересечь. Учитель объяснил мне тогда, что этот ветер – материализовавшийся страх погибших в той войне. Он лишает разума и увлекает за собой любого, кто отважится пересечь пустошь. А дракон рос в том измерение впитывая в том числе и эти страхи. Постойте… Похоже это значит, что через пустошь можно теперь пройти. Учитель говорил, что Дракон родится когда впитает в себя всё без остатка. Возможно ветер теперь не дует…

– Ты хочешь сказать, что мы можем уйти из этих мест через пустошь? – Спросил Кот. – Быть первыми кто благополучно покинет этот город?

– Ну да, и отдать себя на завтрак дракону. Когда он, поужинав Новгородом, проснётся с утра голодным, а в Пустоше нам негде будет от него укрыться. – Иронизировал Михаил.