Иван Фаворов – Паршивый отряд. Хроники Новгородского бунта (страница 30)

Васка попав в черный туман моста страха пытался не потерять ориентира держась за перила раскачивающегося моста. По началу все шло не плохо. Он игнорировал лезущие в голову видения сконцентрировавшись на каждом шаге. Делал движения максимально осознанно с полным погружением в ощущение действия. Сконцентрировав сознание на осязательной функции конечностей, он заполнил этим ощущением всё своё внимание. Шершавая и влажная верёвка перил, пальцы скользят по ней, то сжимаясь, то ослабляя хватку, движение суставов, прикосновение одежды к коже, ощущение стоп принимающих полный вес тела перед каждым шагом, и даже то, как доски прогибаются под мягкими подошвами сапог, мост раскачивается гармонично, следуя движениям путника — все это заполняло внимание Васки не позволяя вклинится туда разрушительному чувству страха. По началу такая защита неплохо работала, но тени, пробуя бастионы его разума на прочность искали все новые и новые лазейки. Через некоторое время ему начало казаться, что мост бесконечный, и время остановилось, и он навсегда останется в этом тумане. Потом, в рефлексию от прикосновения к поверхностям, и в ощущение двигающихся конечностей, начали исподволь, подмешиваться страхи. Вначале ему показалось, что веревка стала липкой. Потом, что доска под ногой затрещала и сейчас провалится. Он отдернул ногу, расконцентрировал внимание и потерял бдительность. Тут же из тумана возникла огромная голова дракона и Васка зажмурился от ужаса. Но в глубине что-то изнутри успокаивало, словно шептало на ухо: «Все в порядке, будь спокоен, это всего лишь ведение». Васка открыл глаза. Вокруг него снова был плотный тёмный туман. Он нащупал справа и слева перила и вновь сконцентрировался на ощущениях своего тела вызванных взаимодействием с реальностью. Передвижение в тумане требовало такой концентрации, что у него не оставалось сил окликнуть Годфри, скрывшегося впереди за стеной мрака. Он просто продолжал медленно идти вперёд. В голову пришла старая фраза «Свет во тьме светит, и тьма не объяла его». Он повторял её в голове с каждым шагом, с каждым неровным, замирающем от страха ударом сердца. И шел вперед, а вокруг лезли жуткие морды, разевающие пасть и готовящиеся проглотить его. Жрущие друг друга лязгающие ужасными зубастыми ртами. Щупальца гигантских уродов хватались за перила моста. Он старался ничего не замечать. Концентрация на ощущениях конечностей уже не помогала. Воздействие тумана завладело ощущениями, и он чувствовал то слизь, оставленную щупальцами, то мокрые и скользкие от крови доски под ногами. Васка переключил внимание на позвоночник, на то какой он ровный и упругий. Где-то в самой глубине его сознания ему помогал знакомый голос друга и про себя он повторял: «Свет во тьме светит…». Шел дальше пока перед ним не выросла стена огня, вьющаяся клубами пламени. Подобная той которая вырвалась из пасти дракона на поле сражения, перед дверью ведущей к мосту. Он никогда бы не решился сделать и шага вперед несмотря на все свои ментальные ухищрения, но пламя рассеяло на небольшое расстояние мрак. Васка краем глаза увидел, как учитель скрылся в огне и пошел за ним. Огонь жёг и терзал его плоть, было невыносимо больно и не было ощущения времени, не было ощущения того, что это может закончится. Но он видел перед собой учителя так же горящего как и он сам. Шел за ним вперёд. Все ментальные придуманные им ухищрения отпали, не помогало ничего и только успокаивающий голос Порфирия продолжал бубнить изнутри слова умиротворения: «Терпи, все пройдет, это еще не вечность, просто так кажется». И Васка шёл, терпел и шёл вслед за учителем. Ему стало чуточку легче, когда он увидел и осознал, что мост состоящий из верёвок и досок не горит. Осознание этого помогло ему понять, что пламя всего лишь призрак и не существует на самом деле. После этого огонь начал стихать, образ учителя становился все более явный, а пламя пропадало, опускаясь вниз в пропасть под мостом, из которой возникло. Забирая с собой туман смятение и боль. Наваждения исчезли, учитель шёл на расстояние вытянутой руки перед ним, на плече его сидел ворон. Тумана больше не было, просто было очень темно, но при этом как-то прозрачно и тихо. Спустя еще несколько шагов впереди забрезжил свет, по мере приближения превратившийся в ворота со змеевидным узором. Сияние издавал именно узор, а точнее золотые змеи, ползущие среди серебряных кустов, искусно посаженных мастером на огромных тисовых воротах. Сияние было в чистом виде золотого цвета, такое же алчное и вожделенное. Оно не освящало, а искушало, манило идущего. Васка зачарованно уставился на эти ворота вокруг которых не было ничего, только звонкая прозрачная темнота. Ворота гипнотизировали и манили к себе. В этом было нечто пугающее, заставляющее насторожится разум, но чувства рвались туда, желая войти.

На пороге ворот стоял привратник в серебряной кольчуге и золотом шлеме, с плеч его свисал зелёный шелковый плащ, украшенный золотым узором сплетающемся во что-то напоминавшее дерево. Из-под крестовины шлема смотрели два голубых глаза, как синее небо отраженное в роднике солнечным летним днём. В руках он держал копье со стягом. На зелёном поле которого было вышито чёрно-золотое дерево и белая кайма по краю.

— Не все из вас преодолели мост. — Начал воин голосом тихим, но при этом проникающем всюду. Словно голос не затихал по мере удаления от стражника, а делился умножался и заполнял все поры, как вода проникает в губку. — Но мы рады приветствовать вас в Чертогах отважные войны. Тебя мы знаем Годфри, ты у нас желанный гость, а кто твой спутник?

— Это один из моих учеников, Васка. Второй к сожалению, столкнулся со слишком суровым испытанием. Ему на мосту открылась сама бездна небытия и он не смог противостоять чистому злу. Поэтому, пришлось вернуть его назад, в наш мир.

— На этом мосту падали и более опытные войны, чем в первый раз вступившие на него ученики. Моё почтение тебе храбрый Васка ты будешь достойно принят у нас. Вы доказали вашу отвагу пройдя по этому мосту. Проходите. — Стражник приотворил сияющие ворота пропуская Годфри и Васку во внутрь.

Чертоги воинов

За воротами учитель с учеником попали во двор, плывущей в облаках. Он был вытянутой прямоугольной формы и посередине украшен фонтанами с вином, водой и молоком. Расположенные в ряд они делили двор на три плохо разграниченные площади. С двух сторон, по краям располагались две галереи. Среди позолоченных статуй, мраморных лавок гротов и беседок вились дорожки, по которым можно было пройти сквозь весь двор минуя площади с фонтанами. Вся территория утопала в прекрасной растительности, одновременно цветущей, плодоносящей, скидывающей листву и расцветающей новыми почками. Мраморные дорожки и балюстрады перемежались с прекрасными зелёными газонами и пёстрыми излучающими аромат нектара клумбами. Тут были места и для публичных собраний: небольшой амфитеатр и места для уединённого время проведения: беседки и гроты. Было похоже, что создававший этот сад архитектор продумал каждую мелочь.

Свет проникал сквозь облака и рассеивался, что создавало равномерное приятное освящение. Тучи, плотно закрывавшие небо были молочно-белые и розоватые, приятные взгляду, не дождевые, а кучерявые весёлые и постоянно движущиеся в непонятном направление. Двор венчался роскошным дворцом, золочёные шпили которого терялись в заоблачной выси. А колоннада портала во много раз превышала человеческий рост. Весь двор и фасад дворца пестрили и сияли яркими мозаиками и позолотой. Повсюду гуляли мужчины, в основном, в льняных рубахах имеющих дорогую вышивку, и широких штанах ярких цветов. Богато украшенный кушак свисал двумя длинными кистями с боков каждого из них. Казалось здесь на входе выдают униформу, скорей всего оно так и было. На фонтане и в тени, на резных лавках сидели прекрасные гурии весело щебетавшие какие-то незамысловатые речи. Все мужчины имели оружие. Как правило небольшой меч, пристегнутый к поясу. Лица большинства были серьёзными и суровыми, казалось, даже в райских кущах они неспособны до конца расслабится и расстаться со своей подозрительностью.

У входа в этот экзотический сад, Годфри с Ваской встретил молодой юноша на вид немного младше Васки. Он сказал, что ему поручено проводить их к владыке чертога, бесстрашному войну Святославу.

Юноша заодно выполнял и роль гида неторопливо рассказывая о том, что их окружало, в первую очередь Васке, Годфри, судя по всему, здесь уже бывал и проводник разговаривал с ним так, как если бы большинство мест и обычаев были ему знакомы. Первый фонтан не производил никакого удивительного впечатления, вокруг него было умиротворяюще тихо. Только журчала неторопливо бегущая вниз вода из отверстий в мраморной статуе. В тени цветущего каштана сидел один пожилой воин восточного типа с длинной и узкой, прямой бородой, свисающей чуть ниже солнечного сплетения. Вокруг пели соловьи. Человек этот явно любил одиночество и ни к каким разговорам склонен не был. Васка даже начал думать, что рай для воинов может быть похож на клуб старушек любительниц огорода, но их проводник уловив его мысли объяснил:

— Вода в этом фонтане не простая, это место со стороны может показаться скучным и бесполезным, но на самом деле этот источник обладает способностью исцелять раны и восстанавливает силы. Поэтому, для воинов только прибывших сюда, или вернувшихся с ночной охоты, или любой другой вылазки он необходим. На вашем месте я бы не проходил мимо и тоже попробовал этой воды.