Иван Фаворов – Паршивый отряд. Хроники Новгородского бунта (страница 20)

Кот не знал, что ответить и просто сел на кровать рядом с ней. Ножка начала двигаться привлекая внимание. Он делал вид, что не замечает её ухищрений. Но защитные барьеры его рушились и воды романтических чувств начали увлекать своим течением. Немного помедлив Кот все-таки согласился.

— Конечно, можешь рассчитывать на мою помощь. Я постараюсь, сделаю, что смогу. — Он провел в молчание ещё некоторое время. — Ладно не буду Вам мешать. — Встал и медленно направился к двери в створе которой оглянулся намереваясь сказать что-то. Дора смотрела на него большими доверчивыми глазами словно говоря я вся в Вашей власти и он не найдя слов просто вышел.

Когда Кот спустился на кухню Гавриил сидел неподвижный с задумчивым лицом. После того как расстояние между ними сократилось достаточно для того что бы не напрягать голос во время разговора он начал говорить.

— Я должен тебе кое-что сказать пока не стало поздно! — Гавриил поднял глаза на Кота и посмотрел таким спокойным и серьезным взглядом, что тому стало страшно. — Я чувствую в вашем городе живут очень добрые и отзывчивые люди. — Он сделал вздох и продолжил. — Меня преследовали пока я добирался сюда, и хоть, я уверен, что смог оторваться от погони, но все равно… — Тут входная дверь раскрылась и без стука в неё вошли Канат с Михаилом, молодым доктором недавно начавшим свою самостоятельную практику.

— Где ваша больная? — Михаил вопрошающи посмотрел на Кота с Гавриилом.

— Подожди. Она на верху. — Кот встал из-за стола и направился к Михаилу. — Миш, нам надо вначале поговорить. Дело это сугубо конфиденциальное, понимаешь, никто не должен знать о том, что здесь случилось.

— Вы, что её убили? — Михаил сделал круглые глаза и с наигранным ужасом посмотрел на окружающих. Возможно он предполагал услышать смешки в ответ, но последовавшее молчание напугала его, и он уже серьёзно спросил:

— Что вы с ней сделали? — Еще раз обвел присутствующих взглядом, осмотрел запыленную комнату, куски штукатурки и доски на полу, страшную черную дыру в потолке, и остановился на Гаврииле, который просто сидел с квадратным не выражающим ничего лицом и смотрел в стол, Михаил стал еще мрачнее.

— Нет дело не в этом, она жива, и ты сейчас её увидишь. Просто Сева, наверняка, рассказал тебе о том, кто это. — Постарался оправдаться Кот.

— Как не странно, нет. — Ответил с наигранным удивлением Михаил.

Тут Кот приблизился в плотную к доктору и заговорил быстро интимным шепотом.

— Дело в том, что мы не должны компрометировать девушку, — начал сбивчиво объяснять он. — Она свалилась на нас с чердака. — Кот указал на дыру в потолке. — На который забралась по причине своего любопытства. Дело в том, что её отец Годфри, наш воин. — Михаил присвистнул. — Да, да. Теперь ты сам понимаешь насколько щекотливая ситуация. Я думаю надо тихонечко вернуть её домой до рассвета, но мы не могли сделать этого не показав её тебе. Потому что у неё скорее всего уже не будет возможности встретится с доктором не привлекая внимания. Она меня просила соблюсти тайну, и не посвящать в дело даже тебя.

— Ты же знаешь я никому. Можешь считать, я могила.

— Вот и отлично. Пойдем. — подвёл итог Кот.

Они всей толпой не исключая Гавриила, который шел немного позади, как бы наблюдая и прикрывая тыл, отправились на второй этаж в комнату где обитала Дора. Кот вкрадчиво постучал в дверь, и девушка выждала необходимую паузу после чего уставшим, но с примесью сахара голосом пригласила войти.

С детства Дора привыкла находится в мужском обществе. Её окружали воспитанники и друзья отца, поэтому нельзя сказать, что она совсем оробела, когда в комнату ввалились четыре мужчины. Но положение, в котором она находилась и без их присутствия было не ловким, поэтому произвести впечатление не удалось. Она едва сдержалась от того чтобы спрятаться под одеялом. Просто вцепилась в него и натянула до самого подбородка.

— Дора, я сразу хочу тебя заверить что Михаил-врач, который, пришел осмотреть тебя сохранит твою тайну. Его присутствие сейчас необходимо. Ты, после того как попадёшь домой, не сможешь воспользоваться услугами врача, не привлекая внимания домашних, поэтому позволь ему осмотреть тебя.

— Друзья, — начал Михаил, — давайте вы оставите меня наедине с больной, мне кажется это будет правильно. Не будем излишне смущать девушку.

— Да, да, — начал Канат. — Мы уже уходим, оставляем её для твоего попечения. И он, согнувшись вопросительным знаком пошел гусиной походкой к выходу.

Гавриил просто прокряхтел что то, и последовал его примеру.

— Дора, я буду не далеко, — начал Кот, — ты можешь просто позвать меня если что-то понадобится.

— Я не сомневаюсь, мой милый. — Заключила Дора.

Кот довольный собой вышел на лестницу. Там он постоял некоторое время, как бы охраняя закрытую дверь. Подумал, еще раз представил попавшую в беду Дору, и приятная слабость разлилась по его жилам от воспоминания её несчастного взгляда и представления себя в роли избавителя. Он тряхнул головой, что бы разогнать марево мыслей и пошел в низ по лестнице. Гавриил снова сидел за столом, молча болтал в чашке чай. Входная дверь была открыта и к ней вела дорожка следов, хорошо отпечатавшихся на белой пыли. Мерцающее пламя свечи тускло освящало комнату. С улицы потянуло табаком. Кот прошел к выходу в поисках Каната. Тот стоял там и дымил трубкой. В десяти шагах у коновязи стояла прекрасная лошадь. Кот сразу догадался что это та кобыла, о которой болтают последний месяц в городе. «Действительно хороша, многие сейчас отдали бы часть себя за то чтобы её увидеть», — подумал он. Канат тоже изучал её взглядом пуская кольца дыма. Начинал накрапывать дождик, где-то над лесом вдалеке сверкали зарницы.

— На скачках точно поставлю на Михаила, — начал Канат. — Пусть этот выскочка утрется. Ему никогда не перегнать такую красавицу.

— Я, пожалуй, тоже. Дай затянуться.

— Ты же не куришь!

— Ну видишь какие дела, я скоро не только курить начну.

— Евдокия твоя, наверное, с ума сходит. Тебя почти весь день дома не было, да и сейчас час поздний. — Кот выпустил клубы сизого дыма.

— Да и не говори. Я даже думать об этом боюсь!

— А как ты умудрился прийти вместе с Михаилом если он скакал на лошади?

— Я раньше вышел, а он еще собирался, время то позднее, почти из кровати его достал. Это хорошо, что он не женат, я собственно поэтому к нему пошел, а не к другому доктору, чтобы людей, как можно меньше знало.

— Это ты молодец хорошо догадался. Может тебе домой пойти?

— Не, пока нет я еще не придумал что Дуне скажу, и история интересная намечается. Я еще побуду. Если ты не против конечно.

— Не, я не против. Ты хоть на всю неделю оставайся я только рад… дело твое в общем.

— Что думаешь с Доротеей делать? Мне кажется надо к отцу её отвести.

— Да отвести надо, но только так что бы он об этом не знал.

— То есть? Ты подкинуть её предлагаешь? — Возмутился и удивился Канат.

— Почти. Но над планом надо еще поработать.

На крыльцо медленно вышел Гаврила. Он подставил ладони редкому дождю, посмотрел на друзей. Едва заметно поморщился от дыма. Осмотрел двор и его взгляд словно приковало к лошади.

— Это что за животное? — Он словно в недоумение спросил.

— Лошадь. — Кот с Канатом ответили почти одновременно и уставились на гостя.

— Лошадь. — Повторил про себя Гавриил словно взвешивая на весах это слово. — Не совсем лошадь. — сказал он уже громче явно обращаясь к окружающем. — На ней ваш доктор прискакал?

— Да. — Ответил Канат.

— А где он раздобыл такую лошадь?

— Заарканил где-то в полях на границе с пустошью. — Пересказал наиболее широко известную версию Кот.

— Очень странно! Сам он её заарканить точно не смог бы…

— А в чем дело то? Хороша слишком? — не выдержал Канат.

— Не только хороша, а вообще не лошадь. То, что вы её как лошадь видите это понятно и доктор ваш то же самое считает, что на лошади скачет. По нему видно, в таких делах он не разбирается. А на самом деле это существо из потустороннего мира… — Речь Гавриила прервалась, потому что на крыльцо вышел Михаил и сообщил присутствующим о том, что с Дорой все в порядке, кроме сильно ушибленного колена и растянутой лодыжки.

Гавриил не стал продолжать объяснения про лошадь и посмотрев еще раз на Михаила чуть более пристально чем это позволяло приличие вернулся в дом.

— Странный он немного. — Сказал Михаил. — Кто он?

— Это наша новая сенсация, которая и привела Дору на мой чердак. — Объяснил Лука.

— Он не из города, — перебил Канат, — и вообще не из нашего поселения. Пришел из других земель. Новый человек.

— С Ума сойти! Ну и вечерок. — Сказал Михаил. — А на чердак Дора как попала?

— Следила за нами от бани где мы Гавриила встретили. Поняла, что он чужак, оценила ситуацию и поддалась любопытству, потом залезла на чердак чтобы подслушать разговор через печную юшку.

— Какая смышленая! А того, что между балками ходить нельзя не знала. — Съязвил Сильвестр.

— Ну девушка всё-таки, тем более из такой семьи. Откуда ей знать. У них в доме наверняка потолок крепче и не проваливается если по нему ходить. — Заметил Михаил.

— Надо её теперь потихоньку домой вернуть, так чтобы никто не заметил. Годфри дома нет, она сама сказала. Давайте подумаем, как это лучше сделать! — Предложил Кот.

— Лошадь у тебя очень хороша! — Не обращая внимание на реплику Кота начал свой разговор Канат. — Как ты её добыл?