Иван Фаворов – Аномалия (страница 9)

– Какого чёрта здесь происходит?

Стас осмотрел салон перепуганными глазами из-под красных, налитых кровью век, словно вспоминая случившееся, или сочиняя его заново. Потом смачно охарактеризовал ситуацию одним не цензурным антропоморфным словом и вцепился себе в волосы пытаясь привести в порядок разбегающиеся мысли.

– Кристина с балкона упала. – Сказал он, объясняя случившееся и задрожал в ознобе, заводя двигатель. Машина завелась, но лампа уровня топливо горела ярко, было видно даже с заднего сидения.

– Не упала, её столкнули. – Вдруг взвизгнула Света словно вспомнив что-то жуткое и сама зажала себе рот.

– Дура. – Сказал Стас. – Дура тупая. Вы все думаете мы просто так в лесу ночуем!? Хер знает в каком глухом Подмосковье. Обдолбались все вчера как тупые школьницы. Ты хоть понимаешь кто хозяин этого особняка, что теперь с нами может быть. Мы здесь все никто, пыль, грязь которую с ботинок счищают. Если история в публичное поле выйдет или до прокуратуры дойдёт. Куда мне теперь по-вашему Кристину девать? Точнее то что от неё осталось. Ой, дуры. Нам теперь всем хана. Всё это финиш девочки.

Одна из девчонок заплакала, закрыв лицо руками. Две другие начали давить на жалость рассказывая о несовершенно летних дочерях и ипотеке.

Вика перетащила к себе на сидение Свету. Они сидели молча, обнявшись под одним пледом пытаясь согреться и поплотней прижаться друг к другу.

– Нам нужна помощь влиятельного человека шёпотом сказала Света Вике на ухо.

– Да, где бы только взять такого!?

Проехав несколько километров, машина заглохла на подёрнутой льдом просёлочной дороге. Топливо кончилось. Стас матерился. Девочки плакали, ругались, подвывали. Но в конце концов тишина победила и настало время думать, искать выход из сложившегося положения. Остатки одежды ворохом лежали в углу салона, телефоны остались в особняке где проходила вечеринка и были уничтожены хозяевами, пытавшимися скрыть все улики в особенности фотографии.

Глядя на растрёпанного и перекрытого от вчерашнего нервного потрясения Стаса, даже для самой глупой из присутствующих, становилось ясно, что особого толка от него не будет и возлагать на него надежды по спасению бессмысленно. Решение было простым и очевидным: надо просить о помощи кого-то солидного, отзывчивого, умного и со связями. Таких друзей у девочек, ворошащих в памяти виртуальную записную книжку, не нашлось или просто никто из них не хотел доставать «козырей» на случай если придётся прикрывать свой личный зад, когда сложившаяся ситуация получит развитие. Вполне очевидно, что выпросить покровительство для одной себя гораздо легче чем для целого микроавтобуса шлюх.

– Стас у тебя же должны быть люди, крыша в конце концов на такой случай. – Сказала одна из девочек.

– Есть люди конечно, но сейчас не вариант к ним обращаться.

После расспросов что это за крыша, к которой не вариант обращаться в беде, Стас всё больше нервничал, а потом признался, что его крыша скорее всего избавится от всех них лишь бы не ввязываться из-за таких тупых косяков в серьёзную передрягу.

Вика, занимаясь поиском «спасательного круга», вспомнила про их со Светой знакомого «мента», с которым они провели Новый год и который не так давно писал ей и оказался очень милым человеком. Перепуганная Света поддержала предложенную подругой кандидатуру «рыцаря на белом коне» и коллектив естественным образом одобрил их предложение согласным молчанием. Вику начали собирать в дорогу потому что она вызывала у всех собравшихся наибольшее доверие и именно она лучше всех знала человека, который может помочь.

Стас достал из-под торпеды старый кнопочный телефон с последним делением зарядки. Пояснил, что завёл его на всякий такой случай. Связи всё равно не было, но, если пройти достаточное расстояние вперед по дороге должна была когда-то появиться. Бережно передал аппарат Вике, казалось оторвал от сердца и сказал несколько фраз о том, что и сам бы мог пойти, но бросать девочек здесь одних он не хочет. Отговорка была так себе, но её приняли молча.

– Ну что же это твой звёздный час моя дорогая. – Сказала подруге Света, когда закутанную во всё самое тёплое Вику отправили вперёд по дороге в поисках места откуда можно будет позвонить и добраться до города.

Читая старую тетрадь

В поисках комфортного и безопасного места люди часто прибегают к помощи вымышленных миров. Таким миром для Сергея в первую неделю Марта стала найденная на чердаке переписка. Чем больше он читал эти письма, тем сильнее ему нравился писатель и тем больше он влюблялся в его избранницу. Сергея словно встряхнуло и выпавшие в осадок чувства вновь всплыли на поверхность.

По большому счёту в этих письмах не было ничего сверхъестественного, возможно при скептическом прочтение они показались бы любому другому современному, молодому читателю до тошноты напыщенными, выспренными и, если бы они попали в руки к Сергею в другое время, возможно, он не обратил бы на них такого внимания. Это был диалог между двумя взрослыми людьми почти преклонных лет. Эти люди словно в последние тёплые дни осени вдруг вспомнили о жаре юношеских чувств и используя приобретённую с годами способность филигранно точно изъяснять свои мысли изобразили эти чувства в письмах друг к другу.

Ценность которую Сергей нашёл среди этих строк заключалась в том, что он узнавал там себя. Того себя который перед ним ещё не раскрылся или вообще никогда не сформировался бы до такой степени отчётливости. Многие чувства, которые терзали его душу, и он не мог их даже охарактеризовать, здесь были описаны и словно вынуты, выставлены к стене перед светом разума из тёмного чулана подсознания. У писателя и его подруги это получалось так просто и естественно словно они только что и делали как оттачивали свою способность облекать переживания в слова.

Они никогда не были женаты, по крайней мере друг на друге и по всей видимости не так часто виделись. Писатель до последних своих дней, по крайней мере до того момента как попал в пресловутую допросную комнату был холост, а его возлюбленная, теперь, возможно, с миром покойная, долгие годы была замужем за нелюбимым человеком. Она всячески подчёркивала это и очень ярко описывала холодные взгляды и колкие слова потерявшего к ней интерес с годами супруга. В одном из писем она писала:

«Он снова вернулся из своей северной экспедиции и ходит по комнате размеренно и гулко, словно наши старые напольные часы, перекочевавшие к нам на дачу из моего детства. После возвращения он стал дальше для меня чем, когда был в путешествии. Его взгляд, которым он смотрит на меня с утра за чашкой кофе холоден и полон расчётливого анализа.

Сегодня утром, под этим взглядом я чувствовала себя поломанным предметом интерьера, и допив кофе, без сливок и сахара, совсем не так как я люблю, убежала в ванную, а потом долго пряталась за жужжанием фена. А когда привела себя в порядок, отправилась в магазин только бы его не видеть.

Когда, скажи мне, когда я снова буду купаться в лучах твоих добрых глаз и чувствовать силу обнимающих меня твоих сильных рук. Мне просто необходимо покинуть этот «просроченный» мир в котором я задыхаюсь и отправиться наконец к тебе. Только с тобой рядом я чувствую себя собой. Прости за тавтологию. Мы часто думаем, что жизнь может течь только по одному вероятному руслу. Ведь и вода из всей ширины равнин выбирает самое низкое место. Но я не хочу верить, что для нас на территории всей бескрайней вселенной нет вариации, в которой мы не могли бы жить счастливо вместе. Приедь скорее и забери меня. Пусть это будет не долго и чёрствая судьба не позволит нам наслаждаться друг другом вечно. Просто приедь, ведь мне в мои годы уже нет необходимости сгорать сладострастным огнём в твоих объятиях. Гореть и не сгорать в плену твоих прикосновений и ласк. Позволь мне просто видеть тебя, слышать твой голос и знать, что фибры твоей души щекотят фибры моей. Просто приезжай не тяни!»

Сергей, пользуясь благодатным, но недолговременным одиночеством, разложил на кухонном столе все письма и нашёл ответное. Ему не терпелось узнать приехал писатель к возлюбленной или нет и что ответил на её полное отчаяния и страсти письмо. Спустя несколько минут ему удалось отыскать ответ:

«Душа моя, пространство не властно над нашими чувствами, но я надеюсь сократить его в ближайшее время до непосредственного. Издательство обещало в скором времени выплатить мен очередной гонорар и у меня появится возможность приехать к тебе и снять гостиницу неподалёку…».

По всей видимости писатель вёл весьма скромный образ жизни. Прямо он никогда не жаловался на бедность, но по разным оговоркам, появляющимся на страницах его писем Сергей сделал вывод что тот испытывает постоянную нужду в средствах. В какой-то момент у Сергея даже появилась устойчивая мысль, что будь его исследуемый богача, он забрал бы к себе возлюбленную и их жизнь сложилась бы иначе, но потом он понял, что было и ещё что-то кроме финансов, что не позволяло этим любящим друг друга людям жить вместе.

«… Я часто вспоминаю одну из наших первых встреч, когда я, если можно так выразится, только занялся поисками истины и ещё не успел нащупать ту тропинку, по которой теперь пытаюсь пробраться к поставленной цели. Ты пила кофе вся такая нарядная, город дышал весной и у прохожих было весеннее настроение, но в тебе в тот момент весна жила. Её квинтэссенция отдыхала на твоих щеках, искрилась в глазах и дыхание весны было твоим дыханием. Когда я подошёл ближе и отчётливо почувствовал то о чём пишу тебе сейчас. я уже не смог оторваться от тебя, наши отношения были неизбежны, а близость предопределена. Поверь мне.