Иван Фаатович – Миррор (страница 18)
Подняв голову, я внимательно пригляделся к верхушкам утёсов. Мелькнула какая-то тень и крупная птица взмыла в воздух и улетела по каким-то своим, птичьим делам. Наверняка еду искать. Хм…
Оглянувшись, я посмотрел на арку. От уже виденной мной в Лесу Вечности она отличалась только формой: здесь была треугольной. Во всём остальном такая же пустая и безжизненная. Позади портальной площадки, буквально в пятидесяти шагах по земле стелился густой, тяжелый туман. Он волшебным образом поднимался ввысь, полностью заполняя пространство между двумя горами сплошной стеной. Оттуда веяло холодом и, что-то мне подсказывало, что где-то там, в глубине тумана и скрывается тот самый барьер, что окружает Лес Вечности. Да и горы эти вокруг… похоже, не совсем природного происхождения.
Поднявшись на ноги, я отряхнулся, взял посох и зашагал прочь. Спустившись с постамента, я ступил на дорогу и быстрым шагом направился вниз, к долине, осматривая окружающее пространство на предмет какого-либо укрытия. Разумеется, не забыл я обновить и точку возрождения. Система гудела и трещала от различных оповещений, в голове периодически что-то звенело, но я упорно отмахивался от информационного мусора и полностью игнорировал все сообщения и оповещания. Не потому, что мне было не интересно или не хотелось узнать что-то, нет. Просто я не хотел читать всё это прямо посреди дороги. Кто знает, что за твари водятся там наверху или позади меня, в тумане. Не стоит просто так провоцировать потенциальных хищников.
Через десять минут, когда я практически спустился в саму долину по старому тракту, мне наконец-таки подвернулось подходящее убежище. Крупный гриб, чем-то похожий на странный зелёный мухомор, рос прямо из скалы, создавая своей шляпкой как бы небольшой навес, под которым можно было спрятаться либо от дождя, либо от нежелательного внимания сверху. Кусты, росшие рядом с ним тоже могли послужить неплохим укрытием от лишних глаз. Внимательно осмотрев скалу, на которой рос гриб, я не нашёл никаких нор или углублений, где могли бы спрятаться хищники и уже смелее приблизился к потенциальному укрытию. Осмотрел кусты, ничего подозрительного не обнаружил и уже спокойно уселся под шляпкой зелёного мухомора. Маны после перемещения осталось примерно половина, а двигаться дальше без полного бака мне казалось немного опасным. Зря меня, что ли, четыре месяца Гелад мучал?
Скинув сумку на землю, я порылся там и вытащил три крупных самоцвета, заряженных маной до самых краёв. В рабочем кабинете Гелада я нашёл чуть больше десятка таких камней. Эти, хоть и были покрупнее тех, которые доводилось использовать мне давным-давно для ритуала по терраформированию, маны могли собрать ненамного больше. Разница хоть и была, но я бы не назвал её огромной. Отложив камни на землю, я взял посох и приступил к обустройству укрытия. Руки действовали на автомате, привычно. Так, словно Мастер Гелад в очередной раз выгнал меня на несколько дней в Лес Вечности, охотиться. В голове всплыли слова учителя…
Посох очертил на земле широкий круг, в него вписал вторую окружность, но в разы меньше.
Отложив посох, я вынул из сумки толстый штихель, пустил в него ману и принялся выводить волшебные знаки прямо на каменистой почве. После начертания они тут же обжигались и твердели. Это позволяло придать кругу большую стабильность, теперь линии не размажутся, даже если кинуть сюда камень. Линза разделилась на две части. В одну я вписал волшебные символы для заклинания отвода глаз. Во вторую поместилось заклинание иллюзии. Несложное, крайне простое но очень эффективное. На что-то более изощрённое мне не хватило мастерства в Магии Разума, к сожалению. Закончив, я начертил несколько знаков в центре маленького круга для вытягивания маны, вырыл три небольшие ямки в центре и поместил туда самоцветы. Короткий жест рукой, тихое слово и камешки вспыхнули белым светом. Спасибо навыкам ритуалиста за мои способности.
Теперь любой случайный прохожий без истинного зрения будет видеть здесь лишь куст под шляпкой гриба, на котором, к тому же, не будет заострять никакого внимания. И всё это будет действовать, пока не закончится мана в этих трёх самоцветах. Усевшись на границе круга, я прислонился спиной к горе и, прежде, чем погрузиться в медитацию, создал свою зеркальную копию и послал вперёд по дороге. Разведать территорию и немного открыть карту местности.
На руках появилось пламя и я приступил к восстановлению маны. Снаружи, в обычном Мирроре концетрация магической энергии в окружающем пространстве оказалась примерно на треть ниже, чем в Лесу Вечности. Тем не менее, навряд ли это серьёзно замедлит скорость моего восстановления. Мана постоянно движется и такое изменение всего лишь значит, что мне придётся провести здесь чуть-чуть больше времени. Вот если бы её количество уменьшилось в десять раз… да, тогда я бы загрустил…
Хмыкнув, я прервался и вынул из сумки небольшую бутылочку с фиолетовой жидкостью. Простое и крайне эффективное зелье восстановления маны — из сока тех самых волшебных ягод, смешанного с кое-какими травами. Часто таким баловаться не стоило, конечно же, побочные эффекты не дремлют, но время от времени… почему бы и нет.
В глубокой медитации я провёл несколько часов. До тех пор, пока концентрация не начала нарушаться сама по себе. Меня вновь начало слегка подташнивать, а показатель здоровья медленно, но уверенно пополз вниз. Тяжело вздохнув, я прервал свою долгую медитацию и просто прислонился к скале, отдыхая. Я всё ещё далёк от уровня Гелада…
Об отрицательных сторонах использования такого способа восполнения маны мне пришлось узнать на практике. Как говорил учитель в своих лекциях, грязная мана служит чем-то вроде яда для организма. С умением «Поглощение маны» и своей упёртостью я добился того, что мой организм мог терпеть такой яд очень продолжительное время. Однако, всё же не бесконечное. Лимит на сегодня был достигнут… если я продолжу, здоровье начнёт падать ещё сильнее, а система подкинет серьёзный дебафф от отравления.
Перекусив хлебом с ветчиной, купленным у трактирщика, я с замиранием сердца развернул интерфейс. Все иконки горели. Система посыпала на меня десятки пропущенных звонков от Фридриха и Бьорна. Сообщения от наёмников, просто какие-то оповещания о кем-то полученном уроне, захваченных постройках, завершении строительства. Сметя всё это в корзину, я решил начать по-порядку. Сначала взглянуть на карту и оценить ситуацию, в которой оказался.
Как и ожидалось, система открыла мне карту текущего местоположения. Небольшой открытый кусочек каньона, туман войны вокруг и кусок открытой карты далеко на юге. Моя догадка оказалась верна и там действительно располагался Лес Вечности. Вон, даже указатель таверны имелся. В уголке открытой глобальной карты виднелся небольшой переключатель. Там, где раньше располагалось всего лишь две иконки, а именно «Поверхность» и «Подземелье», сейчас красовались четыре. К уже имеющимся добавился «Миррор-поверхность» и «Миррор-подземелье», соответственно. Чувствуя лёгкий мандраж, я переключил карту на «Поверхность». Туда, где должен был располагаться мой замок.
Из груди вырвался вздох облегчения. Как бы я не прощался с ним, узнать о том, что мой дом всё ещё при мне было приятно. Территория моего сектора практически не изменилась в сравнении с тем, что я помнил. Замок на месте, деревни всё те же, форт функционирует. Иконками показаны всё те же герои, которых я оставлял руководить строениями при уходе на войну. Единственное серьезное изменение касалось земель Альянса и всего, что находилось на восток от клетки. Теперь в нашем распоряжении оказался один из замков тёмных. Тот, что ранее принадлежал Фридриху, а так же кусок буферных земель вокруг него. Добавились новые шахты и деревни. И если судить по количеству войск, сосредоточенных на этих землях и положению героев, захвачены они были совсем недавно. Туман войны, однако, раскрыт вплоть до второго замка тёмных, а значит миссия наёмников завершилась успехом… чудесно.
Открыв почту, я увидел письмо от Гроттара с подтверждением о получении оплаты от Фридриха, подтверждение о переводе из банка и сообщение от самого Фридриха, что наёмники работу выполнили и он выдаёт им награду по квесту. Ещё в ящике лежала пара сообщений от Борьки, где тот беспокоился о том, куда я пропал.