Иван Ермаков – ПВЕ от рейнджера (страница 64)

- Смайл, а почему на свалке собак то не было?

- Элементарно! Потому что они кончились. Таниты их сожрали, а потом на бомжей переключились. Те были ослаблены, вот и стали невольными донорами.

- Понятно, - сказал я. С зараженным бомжом я уже встречался. И то, что на свалках живут опустившиеся люди, тоже не стало для меня новостью. Получается, что в Челябинске и Ёбурге мы спасли их от заражения, а в Перми не успели.

Мои размышления прервала настойчивая рейнджерша:

- Твою дивизию, ты так мне и не ответил. Давай я первая скажу. У меня, с теми бомжами, будет четырнадцать.

- Где это ты так повоевала? Три бомжа, двое тех, с битами, потом Колян. Получается, что ты ещё восьмерых где-то лишила жизни?

- Считать умеешь. Где лишила - там уже нету. Уйгуры на границе, потом в ОМОНе пришлось пару раз пострелять. Но ты чего про себя-то всё молчишь? Боишься, что меньше чем у меня?

Я криво улыбнулся, и, решившись, вытащил последнего скелета из своего пыльного шкафа:

- Несколько сотен.

Валя ахнула и недоверчиво на меня посмотрела. Твёрдо смотря ей в глаза, я стал рассказывать:

- Про Ангелину, Коляна и браконьеров ты знаешь. Про Арчи ты тоже в курсе. До него был бомж, наш челябинский. Но он заражённый, это не в счёт.

- Твою дивизию, так это ещё и без зараженных? Несколько сотен?

- Да. Но зараженных было всего трое, помимо тех, что мы с тобой сегодня ликвидировали. Мы летом с ОПГ одной схлестнулись. Погоди, я тебе инфопакет сейчас перешлю.

По моей просьбе информация о наших взаимоотношениях с организацией Алмаста перекочевала в мозг Вали. Та, с остекленевшими глазами, принялась её переваривать. Спустя полчаса, которые я молча сидел и ждал, она резко сказала:

- Не, в таком я принимать участие не стану. Ты Вань, как хочешь, так и живи, а я умываю руки.

- А я тебя и не привлекаю. Вся ответственность на мне, Катя и Лика никак в этом не участвовали.

- Вашу дивизию! Всё равно это за гранью. Тебя же судить надо.

- Кем? Кто будет судьёй? Пойми ты, нет в мире справедливых судей. Вернее, наверняка где-то есть, но судят они по законам, которые пишут тоже люди.

Я Приказал Вале сесть. Потом материализовал Сканы Алмаста и глав его банды.

- Вот с этими призраками поговори на эту тему. Оцени риски, последствия. Поразмышляй о том, был ли другой выход из той ситуации. Завтра мне расскажешь.

Сняв со вздрогнувшей девушки Приказ, я вышел из кабинета.

--------------------------------------------------------

Пятница

С Валей я увиделся только вечером. Она явно меня весь день избегала, но сейчас, когда я смотрел по телевизору с Катей и Ликой открытие 22-х олимпийских игр в Сочи, сама ко мне подошла.

- Я обдумала то, что ты вчера мне сказал, - сказала она.

Катя и Лика недоумённо на неё посмотрели.

- Он мне про диаспору, вашу дивизию, всё рассказал, - пояснила Валя.

- И что ты надумала? Был другой выход?

- Так точно, быд. Тебе надо было в ФСБ идти. Они бы вас прикрыли, и вся наша деятельность намного бы упростилась.

С этим не поспоришь. В принципе, такая крыша нас бы тогда по любому прикрыла, если только то, что я о ней думаю - правда. А что я о наших федералах думаю? Прежде всего ФСБ - это ВВП, респект ему и уважуха. Страну с колен поднял, внятный, грамотный человек. Но все ли там такие? Вряд ли. Поэтому нужно было тогда искать сначала правильных федералов, а потом уже идти под них. Времени на это Армен мне тогда не дал.

- Валь, я не против сотрудничества с федералами. Катя сейчас уже начала заниматься Мачками на людях в погонах. Давай сначала выясним, что там за люди работают. Сейчас я думаю, что ты права, но только частично.

Рейнджершу мой ответ устроил. Да и я, приняв решение, стал спокойней. Всё-таки неплохо, когда за твоими плечами помимо инопланетных возможностей, ещё и мощное государство. Мы вернулись к просмотру открытия олимпиады. Ёлки-иголки, вон, кольцо не загорелось.

--------------------------------------------------------

Суббота

Перед ужином наш моцион разнообразило появление наших художниц. Они принесли мне и Лике на рассмотрение свои законченные разукрашки. Я посмотрел на зеленоватый натюрморт Кати и красновато-фиолетового тигра Вали. Лика, украдкой, сжала мою руку, чтобы я не рассмеялся вслух. Подавив в себе улыбку, я стал выдавать комплименты:

- Очень красиво. Особенно вон та вишня на натюрморте.

- Это не вишенка, это слива. Просто там деталей мало и красочки странные, - ответила мне возмущенно Катя.

- Точно! А это зебра? - опрометчиво спросила Лика, в отличии от меня, не видевшая обложек на коробках с разукрашками, на которых изображалось то, что должно было получиться.

Валя сердито поджала губы. Обе художницы убрали свои холсты и пошли умываться от краски. Когда они скрылись из обеденного зала, я наконец-то улыбнулся.

За совместным ужином я думал над показанными картинами. Разукрашки были китайскими и, похоже, оказались низкого качества. И краски там не совсем правильно подобраны, и детальность уж больно низкая. Это, конечно, серьёзно уменьшает сложность работ и количество расходников, но я ожидал от них куда большего.

- Вам понравилось? - спросил я хмурых художниц. - Ещё купить?

- Отставить! Не надо. Хлам получается. Были бы они получше, то я бы ещё подумала, а такие - мне не нужны, - ответила рейнджерша. Катя согласно кивнула головой.

Немного поразмышляв, я решил предложить им следующее:

- Завтра я вам другие дам. Только там сложно будет, так что заранее предупреждаю.

- Не втирай мне лажу. Где ты их найдёшь то? Я по инету посмотрела, там все такие. Отзывы сплошь отрицательные.

- Сам сделаю, вернее Кузьма. Инженер я или покурить вышел?

Валя посмотрела на меня недоверчиво, а Катя наоборот, взглядом полным надежды и веры в мою "гениальность".

---

Уснуть я не мог. Встав из тёплой постели с посапывающими в обнимку жёнами, я пошёл в свой кабинет.

- Кузьма. Я тебе сейчас скриншоты дам. Постарайся на их основе смоделировать трёхмерные образы. Чтобы можно было и свет, и позы менять.

Выбрав в своей памяти пару подходящих картинок, я переслал их мысленно управляющему. Посмотрев на то, что воплотил управляющий, я начал творить. Помимо личных воспоминаний и фантазий, я использовал записи с Камер, которые предоставил мне Кузьма. Получив требуемое, я поигрался с расположением тел, со светом, тенями и с фоном.

Спустя час передо мной слева возникло полотно, на котором полуобнаженная Валя с луком за плечами стоит одной ногой на застреленном стрелами мужике в камуфляже. Вокруг неё была тайга, рядом с трупом валяется двустволка и убитая пулями косуля. Девушка в короткой юбочке, с воинственно торчащими вперёд сосками на обнаженной груди, смотрела на меня с улыбкой хищницы, вышедшей на охоту. За её спиной к дереву была прибита табличка с надписью “Сезон охоты закрыт”.

Картинка по центру была не менее эротичная. Городской пейзаж, на фоне которого Катя, топлес, стояла возле трупа мужского пола. Из рук убитого вываливались розы. В покойника был воткнут очень большой двуручник, он как крест возвышался над телом, и его рукоятка доходила жене до шеи. В руке, покрытой чужой кровью, она держала бутон белой розы. Девушка с нежной улыбкой смотрела прямо на меня, поднося цветок к своему носу, чтобы его понюхать. За спиной у неё была полуразрушенная клумба с розами, на которой была табличка с надписью ”Цветы не рвать”.

Картинка справа была с Ликой. Она в лёгком платье стояла на детской площадке, держа в одной руке планшет, а другой убирая нож в ножны, закрепленные на полуобнаженном бедре. Помимо ног, у аналитика была обнажена и грудь. Лика строго смотрела прямо на меня из картины, на которой были уже сумерки, и на её лицо падал свет от включенного экрана планшета. С ножа в руке жены капала кровь, а на столике детской площадки, за её спиной, под грибком сидел, уткнувшись лицом в столешницу, мёртвый мужик в наколках. Его лысый череп уткнулся в лужу, вытекающую из лежащей на боку бутылки водки. В эту же лужу стекала и кровь из его перерезанного горла. На крышу детского грибка, под которым был труп, был наклеен стикер, с перечеркнутой красной полосой бутылкой и надписью ”Распивать запрещено”.

Удовлетворённо кивнув на то, что получилось, я попросил управляющего применить к ним фильтр, по типу фотошопа. Картины немного размазались, теперь они стали как бы нарисованы водными красками, по консистенции аналогичной китайским.

- Теперь уменьши всё до размера два на полтора метра и разбей всё по цвету. Надо из этих картинок сделать разукрашки.

- Какую сделать градацию по цвету? Могу в 16-ть, могу в 256-ть, а хочешь, сделаю в 32 миллиона.

- Сделай в сто, и давай посмотрим, что получится в итоге.

Картины стали намного более худшего качества. Я попросил постепенно увеличивать количество оттенков, и выбрал приемлемую градацию. Пять тысяч цветов обеспечивали, на мой непросвещённый взгляд, достойное качество изображения.

- Эти разукрашки на холстах будешь проявлять, показывая контуры, последовательно, не всё сразу. Сначала пусть девушки фон разукрашивают, потом поверженных врагов. Затем они должны разукрасить свои тела, начиная с ног. В самую последнюю очередь - таблички и стикер с надписями. Полную картину им ни в коем случае не показывай, пусть будет сюрприз. Давай формируй краски, холсты и подарочно упакуй, - дал я ЦУ Кузьме и довольный пошёл спать.