Иван Ермаков – Интерфейсом об инженера (страница 64)
Так ничего и придумав сходу, мы спохватились и начали собирать воду с пола. Вот хоть все кругом и не наше, а соседей снизу нам стало жалко. Надо постараться по максимуму их уберечь от этой воды. Ходили с тряпками, собирали воду с пола в ведро, а потом выливали в туалете. Почти закончили, когда пришла хозяйка квартиры. Она начала охать и ахать. Помогать нам вот совсем не спешила, да тут уже нами все было сделано.
Вода уже перестала капать вниз. Мы втроем стояли в зале, не решаясь сесть на мокрющий диван. Я рассказал хозяйке про Толю сверху и про то, что нас тут во время аварии не было. Так же сказал, что сегодня мы тут уже не останемся, а поедем в гостиницу. Про гостиницу мысль у меня возникла в процессе уборки воды с пола. Когда я этой идеей поделился с Катей, она сразу с ней согласилась. Хозяйка скорбно покосилась на меня, мне реально стало ее жалко. Ну а что мне делать то? Жить тут невозможно.
- Может, хотя бы до завтра тут переночуете? А то мало ли, замкнет что-нибудь, а тут никого нет. Я сама не могу, у меня маленькая внучка дома осталась. Я у соседки ее оставила и сюда прибежала. Ее завтра моя дочь заберет, и я тут буду уже сама. А сегодня выручите, а?
Я мысленно посоветовался с Катей. Решили, что сегодня она одна переночует в гостинице, а я тут до утра один перекемарю, перебдю. А завтра уже вместе начнем жить в гостинице, пока себе новую жилплощадь не найдем.
- Ладно. Но только одну ночь.
- Спасибо вам большое, - сказала хозяйка. - Я тогда наверх пойду, надо с соседями этими решать, кто ремонт будет оплачивать.
- Нет, погодите пока. Мы сейчас на час-два уедем, надо гостиницу Кате найти. Я буду один тут ночевать.
Мы быстренько свинтили из этого царства темноты и сырости. Ближайшая гостиница, которую я знал, называлась Виктория, в нее я и помчался. Мы сняли номер поприличнее, я проводил в него девушку и отправился обратно. В квартире я застал хозяйку и соседку сверху. Они на бумаге фиксировали все повреждения отделки и мебели. Довольно быстро закончили и ушли, а я остался совершенно один.
- -
Уже было поздно, темно, но электричество включать было нельзя. Я, достав из
- Не спеши ты так, - сказал появившийся Смайл. - Я тебе помнишь, про убежище говорил? Конечно помнишь, память то у тебя хорошая. Так вот, вам бы мне 5000
- До хрена
- А ты думай, где можно найти много танитов, и чтобы без свидетелей.
Идея с собственной жилплощадью, да еще и без соседей, была для меня очень заманчивой. Тут и к гадалке не ходи, это было лучше аренды. Но где столько взять
По
- -
В воскресенье, встав из мокрой постели, тоже чуточку мокрый, я кое-как размялся и умылся. Электричество включать так и не стал, пусть проводка сохнет. Благодаря
Юго- восток пригорода Челябинска был нами уже более -менее зачищен от паразитов. Мы начали рейды огибая город с юго-востока против часовой стрелки. Это были и СНТ, и складские зоны. Места это были не особо многолюдными. Засекая танита по
Никаких сложностей с зараженными собаками мы не получили. С ними все заканчивалось просто, ничего выдающегося в этот раз они нам не смогли показать. Они тупо умирали от колотых и резаных ран нанесенных нашими копьями. Сложности нам доставили коты. Это были бы легкие противники, если бы не растущие иногда рядом деревья или расположенные рядом здания складов и гаражей. Нам далеко не всегда удавалось найти абсолютно свободные от них места. А действовать надо было быстро, пока танит был на
Из- за этого те коты, что не умирали от копий в своем первом броске и были достаточно умными для того, чтобы повторно не пытаться сходу нас съесть, забирались на деревья и крыши складов и уже оттуда десантировались на крышу нашей клетки. Мне приходилось вылезать на крышу, сбрасывать их вниз, потом самому спрыгивать и ловить на свое тело, как на живца. Дальше, уже по отработанной схеме, я прижимал их руками к себе и шел к Кате, которая через решетку клетки убивала их ножом. Таким образом мы ухайдокали 14-ть танитов 1-го
Проезжая мимо небольшой рощи между СНТ, мой
Второй танит, который стремился к нам, был еще далеко, и в образовавшуюся брешь никто не кинулся. Но затягивать схватку не стоило, периметр жеж уже прорван. Наши копья мы в кабана сразу воткнуть не смогли. Мне его жесткая щетина не позволила, а Катя просто промазала. Надо было с ним побыстрее разбираться, пока он тут один. Я стал вспоминать все, что знаю про кабанов и, особенно, как на них охотятся. Мне нужно было вспомнить о способе охоты без огнестрела.
В памяти моей было то, что вроде бы их брали на рогатины, как пехота останавливала всадников. Брали рогатину, конец рогатиныупирали в землю, а острия были с наклоном в сторону кабана. Ногой вставали на древко, прижимая его к земле, а руками уже направляли заостренные концы. И тут надо было быть очень сильным, потому что кабан с разгона должен был на эти колья сам насадиться. Я понял, что такой способ мне не годиться. Он у нас вон какой паровоз, а я же не богатырь. Паровоз против дрища - так то стремная по мне тема.
Ничего более умного мне в голову не приходило. Пока я думал, кабан нанес второй сокрушающий удар по клетке. Оргстекло жалобно треснуло и местами отвалилось. В клетке ему нас не достать вот ни разу. Уголки мощные, их не погнуть и не оторвать. Я успокаивал так себя, пока не увидел, как эта щетинистая тварь стала делать подкоп. В Коркино я тогда поржал над поросем, который пытался так сделать. А сейчас мне стало не до смеха, потому что у кабана это успешно получалось. Он рыл и клыками, и лапами. Вскоре, с нашей внутренней стороны клетки показался его пятачок, а потом уже стала протискиваться вся башка. Катя в ужасе смотрела на кабаняру, а я, оцепенев, крепко сжал древко копья.
Елки- иголки. Я решил отоварить его копьем по башке. Нацелив копье на морду кабана, я выбрал в качестве цели его глаз. Но не стал им бить, поняв, что копье тут ни хрена не сделает, потому что лезвие у моего копья было большое. Мне резко вспомнилась моя шлицевая длинная отвертка, уже разок выручавшая меня. Я вытащил ее и бросился к морде зверя, но ударить не решился. Пока я до него добрался, он уже наполовину был внутри клетки. Башка его моталась из стороны в сторону, и клыки выглядели жутко опасными. Клетка не давала ему развернуться, и его как-то прижало. Он решил податься назад, чтобы выбраться из захвата, а потом попытаться расширить мордой этот лаз с разгона. В этот момент, когда его пятачок начал скрываться в дыре, я смог перебороть свой страх и подскочил к нему. Мой отвертка утонула в его глазнице, и он заверещал. Убить его сразу я не смог, но сильно подранил. Он молнией вывентился из нашей клетки и начал прыгать в роще. Отвертка причинила ему сильную боль.