Иван Ермаков – Хилер - добродей (страница 36)
Вторник
После тренировки я поехал посмотреть на нашу базу отдыха. Оказывается и такая у нас теперь есть. Непрофильные активы лондонского эмигранта Смайл активно распродавал. Однако с этой базой на озере Еловом вышла заминка. Прихватизированный пионерский лагерь был в ужасном состоянии, продать его у жёлтого не поднималась рука.
С Валей я добрался туда за двадцать минут,
Охраннику до сих пор платили из кассы теперь уже нам принадлежащей организации, входящей в запутанный холдинг экс чиновника. Сторож тут работал один, осуществляя функцию сигнализации и дворника. Посещали это место явно давно, человек расслабился, поэтому ворота начал открывать очень неторопливо.
Когда металлические створки наконец-то распахнулись, мы заехали на территорию и припарковались возле сторожки. Подошедший к нам охранник отогнал от машины своего сослуживца, лохматого пса чёрной масти. Выбравшись из машины, мы начали осматриваться.
Место тут было зачётное, пионерские лагеря где - попало в советское время не строили. Озеро Еловое, расположенное возле Чебаркуля, было средним в целой цепи озёр. В отличие от Тургояка, оно неплохо прогревалось, поэтому купаться в нём было комфортней. Растущий по берегам сосновый лес дарил свежесть и неповторимый запах хвои. Пройдя за охранником к берегу, я увидел песчаный пляж и порядком заросший камышом берег.
За годы бесхозяйствования деревянные мостки, уходящие на пару десятков метров от берега, прогнили, покосились, и лезть на них охранник нам не советовал. Последовав его совету и осмотрев эту безнадёгу издали, я пошёл к покосившимся корпусам.
Когда-то тут всё было ухожено и красиво. А теперь вдоль заросших тропинок, то и дело мелькали облупившиеся скульптуры пионеров и сказочных персонажей. Фонари, которые всё это освещали с бетонных столбов, давно не работали и местами уже обвалились. Провода, соединявшие их, провисли, кое-где оборвались и валялись на земле.
Ближайший к воде одноэтажный корпус, который я решил осмотреть, нужно было сносить к чертям. Он был летним, не капитальным и представлял собой сколоченные облупившиеся дощечки, с которых почти слезла краска. Войдя внутрь, я услышал под ногами резкий скрип, и доска подо мной проломилась.
Вытащив провалившуюся до колена в дыру ногу, я не стал больше рисковать и осмотрел, не сходя с места, что тут есть. "Есть" тут было нечего, остатки мебели давно уже были подъедены местными насекомыми, обои на оштукатуренных деревянных стенах покрылись плесенью.
Выйдя наружу, я спросил охранника о том, что тут существует из коммуникаций. Оказалось, что только электричество, к которому осталась подключённой лишь сторожка. Была тут и котельная, но она уже почти развалилась, а выгребные ямы были переполнены дождевой водой, поэтому охранник пользовался сколоченным им самим туалетом возле места своей дислокации.
Ёлки-иголки, актив этот требовал серьёзных вложений, тут всё было только под снос. Не став осматривать остальные корпуса, которые, судя по пустым оконным проёмам, были в аналогичном состоянии, я позвал Валю, где-то осматривающую территорию, и пошёл к машине.
Дождавшись запропастившуюся рейнджершу, я распрощался с охранником и сказал ему, что мы подумаем о том, что тут делать, а пока всё остаётся также, как было. Выехав за ворота, я поехал к съезду с трассы М5. Когда деревья и кустарники, густо растущие по бокам на удивление хорошо сохранившегося заасфальтированного пути, спрятали нас от возможного свидетеля, мы
---
- Ты где там пропала? - спросил я рейнджершу, когда мы вылезли из машины в гараже.
- Зелёнку осматривала. Там летняя сцена была, с кучей скамеек. И ещё я видела там фонтан.
- Один чёрт всё сносить.
- Жалко. Я когда смотрела, так кровью сердце обливалось. Представляешь, как там было хорошо детям?
- Да, я приличный срок намотал по лагерям!
Валя на меня с улыбкой посмотрела и с удивлением спросила:
- Твою дивизию! Так ты у нас матёрый рецидивист?!
- А то ж! Каждое лето - новая ходка. Это помимо того, что в посёлке, где я жил, расположена зона строгого режима, так что, считай, я вообще из них и не вылезал, пока Союз не развалили.
- Принято. Я тоже три лета отдыхала в таких лагерях. Классно было, очень любила зарницу.
- Мне не повезло, у нас её не проводили.
- Ты многое потерял. Я бы с удовольствием в неё сейчас поиграла.
---
Расставшись с ностальгично настроенной рейнджершей, я прошёл в свой кабинет и попросил Смайла явить себя пред мои очи.
- Жёлтый, что предлагаешь сделать с лагерем?
- Элементарно! Нужно, пользуясь нашими связями на Лубянке, продать всё под жилую застройку. Почти все так делают. Законно и не очень, но берега застраиваются дачами, это хороший бизнес. Очевидно, что восстанавливать самим ничего не нужно. Сейчас требуется отправить туда межевальщиков, спроектировать минимальный эскизник и потом задействовать рекламу. Уверяю тебя, мы поднимем на этом очень хорошие деньги. У нас восемь таких же объектов на территории РФ.
- Откуда столько?
- Превосходно находятся в залоге у наших банков, их великолепно можно отжать, там большие просрочки по кредитам. Чего кривиться начал?
- Нет жёлтый, не будем мы так делать. Сделаем лучше там классный пионерский лагерь.
- Абсолютно тебя не понимаю! Ты что, от Вали заразился ностальгией?
Я махнул рукой на лида, прося его скрыться. Бизнесмен пернатый, ёлки-иголки. Не понять ему нашу душу, закалённую в пионерских лагерях.
---------------
Среда
Забрав с Лубянки Дмитрия, Фёдора и медицинского специалиста чекистов, я и Люда провели их по нашим лабораторным комнатам. Глеб, Илья и Генрих Леопольдович, наш киборг-завхоз, подробно рассказывали им о том, что за оборудование у нас стоит и в каком оно состоянии. Состояние, естественно, было отличное, почти как с конвейера.
Алексея с докторами Люда распустила на сегодня по домам, устроив им внеочередной оплачиваемый отгул. Благодаря вчерашнему вечернему звонку Фёдора, у нас было время всё тут прибрать, поэтому инспектора с Лубянки могли наблюдать тут лишь девственно чистые столы и полки на стенах. Никаких записей, плакатов и прочей документации я им показывать не хотел, чтобы наш медицинский стартап остался сугубо нашим эксклюзивом.
- Вот собственно и всё, - сказал Генрих, закончив экскурсию.
- У вас отличное оборудование, я вашим специалистам завидую, - сказал медик с Лубянки.
Люда удовлетворённо улыбнулась, оценив похвалу своему хозяйству.
- У меня только один вопрос, - сказал Дмитрий. Увидев мой согласный кивок, он спросил. - Зачем вам всё это тут нужно? Я разбираюсь в медицинском оборудовании, поэтому понимаю, что то, что мы тут сейчас увидели, стоит миллионы долларов. Зачем было тратить такие суммы?
Ответ на этот вопрос у меня уже был готов. Мы ведь прекрасно понимали, что наши прекрасно оборудованные лаборатории вызовут недоумение у чекистов. Когда я обсуждал с жёнами эту экскурсию, то Катя посоветовала мне, как нужно отвечать на подобные вопросы. Поэтому я чётко выдал:
- Без комментариев!
- И всё же?
- Ноу коммент, ферштейн?
Фёдор ухватил за локоть настырного Дмитрия. Тот явно решил выжать из нас информацию, коль уж ему так легко удалось раскрутить меня на проведение инспекции. Куратор же, видимо, стал уже понимать меня куда лучше цыганистого начальника, поэтому уловил моё начавшее недовольство. Оглянувшись на подчинённого, Дмитрий недовольно поджал губы.
- Это всё? - спросил я у него. - Думаю пазл, который вы теперь можете сложить в своих кабинетах, докажет вам, что у нас есть и специалисты, и оборудование. Всё это полноценно функционирует уже год, поэтому ваши сомнения в безопасности телепортов можете закопать.
- Да, но если вы покажете нам записи ваших специалистов, мы будем вам ещё более признательны, - не угомонился бородач.
- Ничем не могу помочь. Если вас что-то не устраивает, так давайте сделаем проще. Это же вы выступили с инициативой о помощи в доставке ваших людей, поэтому просто забудьте об этом.
- Иван, давай не будем рубить с плеча, - склинился в наш диалог Фёдор. - Дмитрий просто попросил, нет - так нет, мы не настаиваем. Ты сможешь выполнить первую транспортировку на следующей неделе?
- Да, смогу. Готовьте своего космонавта.
Куратор улыбнулся, а Дмитрий опустил голову, прекратив давить на меня своим грозным взглядом. Вернувшись к точке, откуда мы начали экскурсию, я переместил троицу чекистов обратно на Лубянку.
- Лекарь-пекарь! Вань, как ты с ними работаешь? Я бы этого Дмитрия коленом под зад давно уже отправила, - сказала мне Люда, когда я повернул к ней голову, убедившись, что московская троица благополучно избавила нас от своего присутствия.
- Этот Дмитрий только в понедельник нарисовался, а Фёдор попроще. Вот Марат Юсупович, тот да, такой же хитрый, как бородач, с ним тяжело. Но и пользы от чекистов немало.
- Это какой же?
- Сало Люда, они имеют доступ к восхитительному салу! - пошутил я.
---
К вечеру мои мысли о том, что мы увидели на берегу Елового, оформились. Найдя Валю в тире, где она увлечённо разносила из слонобоя прыгающих киборгов, принявших вид белых медведей, я подошёл к жене и хлопнул её по попке, привлекая к себе внимание. Рейнджерша сняла наушники, медведи за её спиной утратили свою агрессивность, уселись на пол и замерли в ожидании.