Иван Ермаков – Фарм по региону (страница 48)

Моё хождение по ведомствам прервал звонок из ЮУрГУ. Сделав паузу и приехав к ним, я пошёл осматривать новую клетку. Люди хорошо постарались, даже покрасили. Мне показали как всё работает, и я потренировался в управлении механизмами, открывающих-закрывающих двери, опускающих-поднимающих потолок и сдигающих-отодвигающих одну из стен. Меня всё устроило, а после моих обмеров рулеткой, я убедился, что и габариты были выдержаны чётко.

За прекрасно выполненную работу я сразу же рассчитался. Преподаватель с автотракторного, как и я, был жутко довольным, поэтому мы распрощались с ним очень по-дружески. Я пообещал ему, что если вдруг мне понадобится сделать ещё что-то этакое, то сразу ему позвоню.

Приехав в Долгодеревенское, я сел на воровайку и отправился обратно к мастерским ЮУрГу, чтобы забрать новую клетку. Погрузив её, спустя полтора часа, я вернулся в наш, почти ограбленный дом. В гараже, закрыв дверь, я перетащил конструкцию в Инвентарь и пошёл к Кате и Лике в Тренажёрку.

Закончив тренировки, я начал просмотр данных с Камер на Армене и его окружении. Делец сейчас был очень встревожен. Эта тварь ругалась и визжала на своих, обещая им разные кары, если они не разберутся, куда пропали люди. Приказ о слежке за нами сулил нам глобальный колпак. Армен возжелал знать о том, где мы и что делаем буквально в каждую секунду времени.

Расправляться с этим человеком прямо сейчас не стану. Подготовлюсь получше, выберу момент поинтереснее и всё сделаю. Потому что просто ликвидировать эту погань я уже не хочу. Надо так наказать всю их ОПГ, чтобы никакой шаурмы у этого полукриминального сообщества в ближайшие годы не было даже в мыслях. Тут требуется серьёзная подготовка, а сейчас — пусть суетятся.

Пятница (06.09)

Без суеты, изменив внешность, мы Прыгнули в Германию, оказавшись в месте, выбранном Ликой. Страна эта была мне, во многом, симпатична. Я — инженер, и немецкая пунктуальность, обстоятельность и точность — это моё. У меня, правда, всё это изрядно разбавлено русским раздолбайством и широтой души, но всё-таки, именно немецкая культура мне ближе, чем английская чопорность, армянская суетливость или французская галантность. Плохо, что немцы теперь уже не те, что были, по слухам, до Гитлера.

Мы принялись прогуливаться по берлинским улочкам, лопать в кафе традиционные немецкие блюда и слушать, что Лика нам рассказывает об этой стране. Посмотреть тут было на что, и мы совсем не отказывали себе в этом удовольствии.

Бранденбургские ворота, остатки знаменитой берлинской стены, разделяющей ФРГ и ГДР, дворцовая площадь с мостом, статуи и старинные здания библиотек, соборов и ратуш. И конечно, здание рейхстага в правительственном квартале. Жаль, что красного флага на нём теперь не было.

Отведав в ресторане белых колбасок вайсвурст и кислой капусты зауэркраут, мы запили всё это настоящим немецким пивом. Хоть с ним и был мало совместим десерт из шварцвальдского вишнёвого торта, но мы рискнули.

Жёнам он очень понравился, а мне показался так себе. Не люблю сладкое, не фанат. Так что я продолжил дуть пиво, а жёны трескать эти коржи со взбитыми сливками и шоколадом. В них было прилично ликёра, так что свою долю алкоголя они тоже получали. Хорошо проведя и день, и вечер, я и Катя Прыгнули на Базу, а Лика поплелась в свою берлогу, располагающуюся в другом квартале Берлина, неподалёку от центра.

Сытые, а скорее даже пересытые и обожравшиеся, я с дамагершей, разместился в Кинозале. Мы принялись обсуждать увиденное и съеденное, а также начали строить планы на то, чего бы ещё там посмотреть и пожрать, когда вдруг вбежал Кузьма.

— С Ликой беда.

— Что случилось?

— Её сейчас начнут насиловать.

Развернувшийся прямо в воздухе экран показал переулок, в котором находилась бессознательная Лика, прислонённая грудью к одной из кирпичных стен, и четверо молодых арабов, которые ржали и о чём-то между собой разговаривали по-арабски. Пятый стоял на стрёме, на входе в переулок. Видимо Лику как-то оглушили и затащив туда, ребятам теперь предстояло самое сладкое. Один из них уже начал расстегивать ширинку.

Метнувшись в Сени, мы сразу же переместились в Берлин. Хмель из наших голов вылетел махом. Появившись за спинами этих молодчиков, мы бросились к арабам. Я сразу достал стилет, и воткнул его со спины в печень ближайшему ко мне. Тот рухнул и больше не вставал.

Катя поступила более гуманно, парализовав ближайшего к ней электрошокером. Двое оставшихся в переулке начали оборачиваться к нам. Один из них был со спущенными штанами и демонстрировал нам свой длинный член. Я бросился к нему и, применив Русбой, с разбегу засандалил ему по яйцам. Он скрючился, а я отоварил его электричеством.

Со вторым Катя затеяла бой, используя Карате. Араб был спортивным и превосходил девушку и по силе, и по габаритам. Но смешение стилей, которое продемонстрировала дамагерша, было подавляющим. Через минуту он, со сломанной шеей, растянулся на асфальте. Тот, который получил в печень, уже тоже сдох.

Благодаря Бегу я стремглав вылетел из переулка и успел увидеть спину того, что стоял на стрёме. К счастью, не только увидеть, но и Маячок ему на затылок установить. Вернувшись в переулок, я переместил трупы в Инвентарь, а парализованных на Базу, и потом посмотрел на Катю, успокаивающую Лику.

Самого страшного, как я знал, спросив сейчас у Кузьмы, не случилось. Похоже, мы успели буквально в последний момент. Лика потирала ушибленное место на голове и плакала, а Катя её обнимала и утешала. Подойдя к девушкам, я их обеих обнял и посмотрел в Интерфейс. Траектория движения Маячка на спине сбежавшего араба показала, что он удаляется в пригород, судя по скорости, двигаясь на машине.

Когда точка на Карте остановилась, араб вылез из автомобиля и Камера начала показывать место, куда он приехал. Улочка с простенькими, но добротными домами и чистенькие дворики. Зайдя в один из них, парень начал что-то взволнованно рассказывать пожилому арабу, который вышел из жилища, видимо предупреждённый заранее по телефону. Туда же подтянулись три женщины и два пацана, похоже, что тоже там проживающие.

Старый выслушал беглеца и громкими непонятными мне фразами заткнул заголосивших женщин. Дальше он пошёл куда-то вглубь здания и вернулся обратно уже с пистолетом. Крутые арабы в Берлине, прям поражаюсь. Видимо они решили нас найти и наказать. Бессмертные что ли?

— Как тебя так угораздило то, Лика? — спросил я, начав экипироваться.

— Просто шла по улице домой, а они шли мне навстречу. Решила, что здесь мне ничего не угрожает. Это ж Европа! Когда они оказались рядом, меня в тот переулок резко толкнули и сразу по голове чем-то ударили.

Я сообщил жене, что этим «чем-то» была резиновая дубинка, находившаяся у получившего моим стилетом в печень. Закончив переодеваться, я подытожил:

— Не ожидал такого в Германии, но видимо не всё ладно в этом «гадском» королевстве. Время уходит, не будем тянуть.

Закончив выдачу ЦУ, я Прыгнул в дом, где собрались все мои цели. Очутившись за спиной пожилого араба, я толкнул его от себя, открывая Портал. Тот скрылся подпространстве, а я ухватил за руку ближайшего пацана и отправил его вслед за главным. Катя и Лика, появившись рядом, осуществили это со сбежавшим от нас в переулке и с одной из женщин.

Оставшиеся представители арабского мира, хлопая глазами, застыли на месте. Последняя из женщин начала разевать свой рот, чтобы закричать. Подскочив к ней, я применил Бокс и хуком справа отправил её в нокаут. Словила она его уже на Базе, падая через открытый Портал за её спиной. Оставался последний — ребёнок, возрастом около двенадцати лет.

Он начал пятиться от нас и явно хотел сделать ноги. Девушки застыли, для них он, прежде всего, был ребёнком, а уже потом одним из тех, кто хотел изнасиловать Лику. А вот я никаких сомнений не испытывал. Возраст у него хоть и маленький, но в его голове всё уже сформировано. Младенца я бы пощадил, а этого уже не изменишь.

Подскочив к нему, я успел пнуть по заднице этого полубандита. Пинок добавил ему скорости, с которой он стремился от нас убежать. Вопреки своим желаниям, получив ускорение, он пересёк невидимый для него Портал. Попросив жён почистить эту комнату так, чтобы никаких наших следов не осталось, а потом вернуться в переулок и там тоже всё осмотреть и убрать, я Прыгнул на Базу и со стилетом в руке отправился в Тюрьму. Как-то уже привычно я заколол всех пленников. Сканы я с них снял, но допросить их было мне не реально, потому что арабский я не понимал, а немецким владел намного хуже, чем Лика.

Когда дома появились жёны, то посмотрели на меня искося.

— Ужасненько! Ты их всех убил? — спросила Катя.

— Да.

— И женщин, и подростков? — уточнила Лика.

— Да.

— Вань, это всё совсем ненормальненько. Ты ведёшь себя как чудовище, — сказала дамагерша, а гайдерша согласно закивала головой.

— Чтобы делать такие выводы, пусть Лика сначала их Сканы допросит. Узнайте о том, в курсе ли были женщины о проделках молодёжи, и что они делали, если знали. И как стали бы действовать, чуть повзрослев, те пацаны.

Кузьма предоставил нам псевдоарабов, и Лика начала по-немецки их расспрашивать. Я и Катя мало что понимали, поэтому ушли из Холла в Огород.