Иван Донцов – Боевой маг: Первый курс (страница 59)
— Зачем из клемита, такая конструкция…
— Мне нужно надёжное и долговечное оружие, лёгкое и удобное, небольшого размера, завязанное только на меня. — покачал головой перебивая её. — Когда я закончу испытание, меня отпустят в город, я возьму часть своих запасов и принесу вам.
— Ну да, ты же с Севера, раздери меня Долт, вы там спите прямо на келемите. — она опустила голову. — Я сделаю, но должна буду всю схему передать в университет и академию, себе мы не имеем права присвоить это изобретение, сам понимаешь.
Я кивнул радостно, конечно, понимал, да мне и не нужно было присваивать. Мне нужно было оружие, а ещё лучше, чтобы его взяли на вооружение армии в Империи если, окажется что его легко сделать. Мне тут ещё жить и жить, и даже возможно воевать, так что так и надо.
— Как говоришь звали того инженера?
— Кажется… — я сделал вид что задумался. — Помню только фамилию — марк Револьв.
«Марк» в Восточных Королевствах говорили перед фамилией аристократа. Вроде бы это значило что-то вроде «господина» на их старом диалекте. Он хоть и вышел из обихода, но где-то в глубинках Союза на нём, наверное, кто-то ещё говорил. А в обычной речи, как и у нас и Имперцев закрепились некоторые старые выражения.
— Тогда в проекте можно назвать «револьв». — она посмотрела на меня.
— У него в чертежах было написано «револьвер», я поэтому и запомнил, он это везде писал. — сказал я осторожно.
Мы ещё какое-то время обсуждали «новое» оружие, гномка явно была на взводе — ей не терпелось начать изготовление. Но я сам ничего не мог с этим поделать, отпустят меня в город только после испытания, которое будет недели через две. А до него, должно быть ещё одно, о котором вообще ничего неизвестно.
— И когда нас поведут…позовут…отправят на испытание? — спросил я у неё, пытаясь подобрать слова.
— Не знаю, обычно через день-два после того, как группу выводят впервые на полигон. — она посмотрела на меня печально. — Я хочу, чтобы ты вернулся, и тогда мы сделаем это. — она показала на доску с чертежом и расчётами. — Договорились?
— Мы все вернёмся. — кивнул я ей, поправляя.
В казарме царило чувство безысходности. Хоть мы все и закрывались друг от друга, и от внешних проявлений эмоций, но всё равно в воздухе витало что-то такое. Я, наверное, последний из всех узнал об испытании, с которого обычно минимум один не возвращается. Остальные об этом наверное знали, как и гномка, но до сегодняшнего дня не придавали значения.
— Пи? — вопросительно посмотрел на меня мой друг.
Маленький хищник, похожий на мангуста, стоял на задних лапках и смотрел с тревогой. Сложно было закрываться от того, с чем ты сроднился и когда находился рядом чувствовал, как часть себя. Я кормил его, поил, по вечерам мы играли и общались. Ночью зверушка спала под боком, и мы делились друг с другом снами. Раздавить я его не боялся, кости рикке были мягкими, и протиснуться он мог даже, наверное, под дверью. Так что, когда я его нечаянно придавливал — он лишь издавал довольное «Пи».
Я не понимал, что мы будем делать с ними дальше. Они не предназначены для боя, я это проверял — он с трудом может погрызть дерево. А наносить небольшие раны противнику — особо роли в бою такая помощь не принесёт. Видимо потом зверька нам просто отдадут, потому что ни к кому другому он больше не привяжется. Я для него был и вожаком стаи, и матерью, и отцом, и братом.
Так мы и заснули в обнимку, с недобрыми мыслями о завтрашнем дне.
Утром же я проснулся потому, что просто проснулся, меня никто не будил и это было очень странное чувство. Прошло уже несколько месяцев как почти каждый день, даже в выходные, нас будят громкой командой и заклинанием. В выходные — чтобы сделать утреннюю разминку на мечах и приступить к дежурствам.
Но сегодня я просто лежал и смотрел в деревянный потолок, пока солнце освещало мою комнатку через единственное окно. Кажется за стенами ворочались девушки, и никто не хотел вставать. Все мы знали, что как только последний из нас поднимется — что-то начнётся.
— Пи? — на груди появился зверёк.
Как говорили в моей прошлой жизни — перед смертью не надышишься. Поэтому я вскочил с кровати, быстро потянулся и размял мышцы. Залез в свою одежду потратив ровно столько сколько нужно было и направился к выходу.
Со мной выходили и девушки, мы переглядывались и ничего не говорили друг другу. На улице никого не было, но несмотря на это все вставали на свои места, как обычно на утреннем построении. Мы не спрашивали, не разговаривали, никого не звали.
— Свободно. — прозвучал мужской голос.
Я почти не удивился, сказано же было нам что служим лично Импературу — значит так оно и есть. Командир врать не будет, а если подумаешь так — схлопочешь сразу в лицо её огромным кулачищем, а потом может ещё и с ноги добавит. И как я понял, сегодня она действительно не врала, как и все остальные.
Мужчина вышел из-за наших спин, откуда-то со стороны забора, который в момент начала обычных занятий открывался для нас. Выше, чем большинство местных мужчин, но ниже меня, он обвёл всех своими светло-карими, почти жёлтыми глазами. На лице ни намёка на насмешку, лишь твёрдый испытывающий взгляд. И пострижен и одет он был как мы, воин, что редкость для этих земель. Мужчины здесь скорее придаток к женщине и семье. Но у этого были и меч, и кинжал, и судя по его походке и движениям — всем этим он умел пользоваться.
Мы приложили руки к груди приветствуя повелителя, все встали на колено и опустили головы, на что он отреагировал мягким голосом:
— Встать, вы ещё не прошли
Из-за спины правителя вышла Агла, посмотрела на меня и улыбнулась. Старуха подошла, потрепала мой ёжик волос, обняла, спросила:
— Как ты тут, Тошка?
— Без этого, йени, мне ещё их учить, они не телки беспомощные. — недовольно, но почтительно попросила наставница.
— Да брось, Ина, отдам тебе его на растерзание, можешь его за это наказать, я чувствую как парень напряжён — пусть расслабится, мы давно с ним не виделись. — она отстранилась и снова потрепала меня по голове, улыбнулась:
— Всё будет хорошо.
А я почувствовал, как девушки округлили и выпучили глаза от увиденного. Они молчали, но в воздухе висело то, что говорило — вопросов будет куча и от всех, и на все я должен блуду ответить. Тут же внутренне содрогнулся — ведь кто-то из нас может не вернуться, а значит не все зададут свои вопросы. Я разозлился, сжал кулаки, и решил для себя что, если от меня будет что-то зависеть — я это обязательно сделаю. Сделаю, даже если придётся самому умереть.
Вот так просто они пришли, Император Нави айен Асма Астро’Эльт и моя тётка, Агла унт Сок. Никакой охраны, никакой свиты и другой мишуры. С другой стороны, я вспоминал как тётя стояла против нескольких носителей дара и даже смогла создать заклинание. Так что возможно это нам всем нужна охрана. Ну и не стоит забывать, что мы на территории университета, здесь все стены пропитаны защитными заклинаниями.
— Все за мной. — махнула рукой тётя.
Я застыл с раскрытым ртом и в этот раз пучить и округлять глаза пришлось мне. Прямо перед ней открылся разлом — точно такой же какие я видел за стеной. Словно кто-то ножом прорезал пространство, прорезал неровно, лезвие было заточено плохо и местами просто рвало то, что режет. Я смотрел на подрагивающий воздух и полосу в нём. Тёмную, скрывающую что-то что пугало меня до самых кончиков волос.
Девушки одна за другой пошли в разлом, прямо за тёткой и наставницей, а я всё стоял и смотрел. Мне вдруг стало страшно, губы и рот пересохли, я трясущейся рукой потянулся за флягой и выпил холодной воды. Немного полегчало, но всё равно страшно было шагать вперёд за всеми.
— Страх? — удивлённый мужской голос рядом.
Я вздрогнул, когда он положил мне руку на плечо. Посмотрел на светловолосого мужчину, который был моим императором, молча кивнул и пересилив себя сделал шаг вперёд. Не дело мне, мужчине, пугаться того, чего не боятся женщины. Пусть в этой жизни, мире, стране — мужчины — это не то, что я помню из своего прошлого.
Шёпот я услышал ещё тогда, когда оказался вблизи разлома. Тихий, непонятный, множество голосов что-то говорили. И я почувствовал, что часть из них удивлена, они обсуждали меня, они пытались говорить со мной.
Когда зрение прояснилось, в голову тут же вонзился рой всяких слов, понятных и не понятных. Одни были на языках, которые я знал, другие я просто даже не мог выполнить. Но всё вместе было очень громко, мне стало плохо и пришлось опустится на колени, зажать уши руками, но это почти не помогало.
— Что с ним? — рядом оказались несколько теней.
— Не знаю, белый как призрак стал перед входом, а теперь это. — я узнал голос Императора.
Я же слышал шёпот со всех сторон, и не мог ничего поделать с собой, голову просто разрывало.
«Будущий брат…»
«Старый враг…»
«Новый друг…»
«Древний противник…»
«Будет друг-друг-друг…»
«Будет интересно…»
«Станет другом…»
«Будет наш…»
«И не наш…»
«Пустота…»
«Враг или друг…»
«Шагающий по Вечному Пути…»
«Шагнёт на Путь Тени…»
«Интересно…»
— Голоса, они шепчут… — сквозь зубы процедил я, даже не понимая слышат меня или нет.
Чувствую напряжение вокруг, те кто стояли надо мной о чём-то переговариваются. Потом одна рука оказывается на плече, затем ещё, и третья. Всё стихает, не до конца, но отодвигается на самый край сознания.