Иван Донцов – Боевой маг: Первый курс (страница 27)
— Понятно всё, оружие на землю, это приказ, и с нами пойдёте. — она демонстративно подвигала огнестрелом в кобуре. — Я сказала быстро, оружие сложили, мы шутить не будем!
Все стояли смотрели на нас, а я почувствовал, как внутри поднимается буря. Лиска ощутила тоже самое, задействовала дар Адона, мы резко развернулись к стражам и вынули оружие из ножен. Сделали шаг вперёд, прикидывая с кого начать. Женщины вытащили огнестрелы из-за пояса и направили на нас.
— Сможешь удержать? — спрашиваю подругу.
— Смогу, если сам продержишься. — быстро отвечает она, возводя щит.
Зубы мне свело почти сразу, я их сжал и боль вроде отпустила. Лиска сейчас прикрывает нас даром, и мне тяжело как магу.
А вот окружающим, которые никогда не встречались с этим, совсем худо. Свободное пространство вокруг нас ширилось Я понял, что почти в каждом местном есть какой-то магический потенциал. Просто часто его недостаточно чтобы раскрыться как магу. Вот и наши оппоненты сейчас обливались потом, и не понимали, что на них давит, смотрели на нас выпученными глазами. А мы ждали, когда они выстрелят, чтобы закончить дело одним ударом, поэтому просто наступали вперёд.
— Стойте, остановитесь! — между нами выскочила Криста а в руках у неё были три стаканчика мороженного. — Что происходит?!
Она смотрела на нас и на них, а мы стали обходить девушку и снова сближаться со стражами.
— Я Криста ин Ашер, приказываю вам по праву сопровождающей гостей Императорской Семьи остановиться! — закричала девушка в панике, снова вставая между нами.
— Так они это…Они это… — стражница пыталась объяснится. — Они это сами, мы сказали им ну, а они это, я стрелять буду, мы сейчас стрелять будем пусть бросают оружие!
— Отойди Криста, эти твари сегодня умрут! — зарычал я от злости.
Мы приблизились к девушке, и я резко дёрнул её за руку, закинул за спину и снова мы пошли на сближение. Ярость внутри кипела нешуточная. Хотелось их разорвать, но я боялся, что, если мы прыгнем вперёд прямо сейчас — щита Лиски не хватит остановить все три пули в движении. Если бы я не выдохся недавно, справился хоть со всей этой толпой. Да мы бы их с подругой разорвали на части с такой-то силищей.
И тут что-то начало давить уже на нас. Что-то очень мощное, сильное, и даже чем-то мне знакомое. Я поморщился, Лиска тоже. Теперь мы стали отступать назад. Моя подруга усилила напор, направляя его куда-то вперёд. И тут…
— Вж-ж. Вж-ж. Вж-ж!
Раздались одновременно три звука, это огнестрелы разогнали пули в стволе и отправили их в наши стороны. Огнестрелами они назывались потому, что сами снаряды были разных типов. Самые «популярные» — которые разогревались до огромных температур или разрывные. Не знаю какие именно использовали против нас, потому что все три шарика сгорели в щите Лиски. Но, как бы то ни было, мы уже не могли прыгнуть вперёд — что-то подавляло нас. Сами же стражи тоже чувствовали себя нехорошо — попали между двух огней. Они все осели на асфальт, схватились за головы и стали корчится, бросив оружие.
Вперёд, спокойно и словно богиня, вышла девушка. Ей на вид было лет двадцать. Волосы светлые, длинные, просто ниспадают на спину, сиреневые глаза светятся. Бежевое платье до пят подчёркивает талию, но закрывало грудь. И от неё исходила мощь. Огромная, всепоглощающая, страшная. Я пожалел, что лишился сил — эта женщина сможет нас раздавить если мы что-то не придумаем. Раздавить как букашек.
— Я не могу, Тош, она…
Лиска похоже вышла на свою полную мощность, потому что меня тоже ломало всего, но я держался. Сила, которая давила, казалось, сейчас прорвётся через барьер и тогда нам конец. Не будет больше ничего — ни университета, ни Севера, ни Империи. Нас с Лиской не будет.
— Я Нина айер Асма Астро’Эльт, я тринадцатый советник Императрицы, я архимаг Империи, я ректор Университета Эстарны.
И тут давление стало ослаблять, но не сразу. Я понял, что на Лиску давят, заставляя снижать поток дара. Она подчинилась, и медленно, но верно давление со всех сторон стало спадать. Я видел, что под конец девушка почти не стояла на ногах, она схватила меня за плечо и всё-таки удержалась. Мы зло смотрели на нашу новую знакомую, которая оказалась целой сестрой Императрицы.
— Я сюзерен этих людей, и я прошу простить их невежество. — женщина подошла ближе.
Нам оставался всего шаг, и я мог прямо сейчас воткнуть ей в живот свой меч. Чувствовал, что Лиска думает о том же. Герцогиня тем временем продолжала:
— Они не могли знать, что бросить оружие свободный северянин, а тем более
Она опустила голову, встала на колено, оказавшись в преклонённой позе перед нами:
— Я понимаю что это
(1 — страшное оскорбление — высокий слог)
(2 — тот кто знает обычаи — высокий слог)
(3 — кровью — высокий слог)
(4 — законов разума — высокий слог)
Она понимала многое, очень многое, и даже очень хорошо. И у нас ничего не оставалось, кроме как взять эту плату кровью. Обычай строгий, оскорбление действительно страшное и нас с детства учили что оружие никто не может приказать бросить. Только выбить из мертвых рук, только если ты сам решишь сдаться или подчиниться правому и сильному. Только так.
Я поднял свой меч, положил его остриём на плечо девушки, осторожно потянул на себя. Лезвие острое, келемит после работы колдуна-кузнеца не может затупиться, оно вспороло платье на плече и разрезало кожу. Кровь тут же окрасила ткань в красный цвет рядом с раной.
Люди вокруг охнули.
—
(5 — прощение дано — высокий слог)
(6 — вражде, сейчас — высокий слог)
Лиска проделала тоже самое, только ранила левое плечо архимага, повторила за мной:
—
Говорить на высоком слоге и языке Первой Империи нас учат с детства. Это просто необходимо каждому северянину. Потому что, если он решит когда-то идти за стену, с местными можно будет общаться на языке Первой Империи. Но редко, очень редко, можно встретить за стеной
Но некоторые понятия гораздо глубже, чем это можно описать на общем языке. Та же «кровь» на высоком слоге это «сейл», но и «масто» — тоже кровь. Просто в слово «масто» заключено очень глубокое понятие — это означает то, что связывает тебя с родственниками, что тянет тебя к твоим предкам и будущим поколениям. То есть — есть «кровь» и есть «Кровь», а есть «КРОВЬ». И всё это совершенно разные понятия. И если на общем языке это пришлось бы объяснять целым предложением, то на первом достаточно одного слова.
Северяне же знают высокий слог потому, что мы все потомки аристократов Первой Империи. Потомки тех людей, которые пошли против высокой некромантии и магии крови. Можно сказать, наши предки говорили свои первые слова именно на высоком слоге.
И Архимаг эти слова знала, и знала, что они значат — это заставляло уважать женщину. Да, произношение было так себе, я даже не сразу понял некоторые слова, но всё-таки она знала и пользовалась высоким слогом.
Ну а ещё заставляло её уважать то, что она нас с Лиской могла раздавить как червей, и ничего бы мы не сделали. Сомневаюсь, что смог бы что-то если бы был в своей силе, хорошо сейчас я немного не в форме, а то натворили бы бед.
Она даже поднималась грациозно, будто всё что произошло — было так и задумано ей с самого утра.
Мы вздохнули, представились с Лиской не местными именами, а северными. Архимаг кивнула, посмотрела нам за спину, и мы не выдержали, обернулись. Там стояла Криста с раскрывшимися от удивления глазами. Она смотрела на нас всех вместе, а три стаканчика мороженого таяли в её руках.
— Эни, что же вы так неаккуратно. — женщина быстро подошла к девушке.
Мороженное тут же оказалось перед ней, оно просто парило в воздухе и вроде бы даже замораживалось обратно. Женщина не двигала руками, ничего не делала, но камзол нашей Крис уже очистился, а три лакомства висели перед нами. Я осторожно взял свой и лизнул с удивлением поняв, что мне это напоминает — настоящий пломбир из прошлой жизни.
Лиска тоже вцепилась в свой стаканчик, пытаясь и лизать, и кусать, и судя по эмоциям не могла определить, что лучше. И вообще ей стало хорошо — даже жара уже не мешала с таким-то угощением — холодным и вкусным.
— Могу я поинтересоваться, куда же направляются молодые
(7 — лорды — высокий слог)
Лиска молчала, поглощая мороженое, её кажется больше ничего не волновало. Ну обидели, ну извинились, можно и дальше наслаждаться жизнь. Криста смотрела на нас с широко-открытыми глазами. Не знаю, что именно её так удивляло. Пришлось вздохнуть и отдуваться.
—