Иван Донцов – Боевой маг: Первый курс. Том 1 (страница 50)

Я же полез в карман и потеребил камень. Она и правда, как и моя мать, выглядела как девушка. Но что она, что моя мать — не были девушками. Они давно взрослые женщины, но я продолжаю думать, как пришелец из другого мира. В данный момент эта «взрослая женщина» ведёт себя как «глупая девушка».

— Айер Нина, перед тем как мы отправились в Империю, мать хотела меня убить, вышло у нас небольшое недопонимание. — я вздохнул и решил попытаться объяснить ей некоторые нюансы жизни на Севере. — Так что я мог тут не сидеть перед вами. И я и она это пережили и воспринимаем нормально. У нас на Севере постоянно воюют между собой семьи, дочь может пойти против матери, а мать против дочери. Так и произошло с моей мамой, из-за меня она пошла войной на свою сестру, а её поддержал клан моего отца. Она проиграла, но сестра сжалилась.

— Но ради чего?! — она ошарашено посмотрела на меня. — Ради вашей вечной мерзлоты, ради замёрзшего дерьма в сортирах, ради мертвяков за стеной?!

— Земли, шахты, келемит, серебро, золото, артефакты. Ваши торговцы приезжают каждый месяц, покупают и продают. — я улыбнулся грустно. — У нас там свой маленький мир с маленькими государствами в виде семей и кланов. Поэтому мы с матерью и жили на отшибе, ей хватило всего этого, и она понимала, что ей повезло выжить в резне кланов. А я видел это всю свою жизнь и для меня это нормально, я не вижу ничего плохого в том, что сделала тётя. Если её дети пошли против неё или были предателями, что одно и тоже, значит она была вправе убить их. Как и моя мать, засомневавшись во мне, была вправе убить меня перед визитом в Империю.

Девушка смотрела, кажется, с жалостью, но я не переживал, я сам смотрел на неё с жалостью. Я не понимал, как она будет жить дальше. Если Империя и правда на пороге войны с Союзом, а похоже так всё и было, то таким как она будет очень тяжело переживать всё что будет происходить вокруг.

Северяне, конечно, не звери, чувствуют привязанность и любовь. Но мы знаем о необходимости, которая может граничить с жестокостью. Не знаю, смог бы я так просто пытать свою мать, как это делала она, если бы такое случилось. Иногда думаю, что вряд ли — но кто знает, повернись оно всё так, что мне придётся делать выбор. Если бы я вдруг узнал, что мать могла стать монстром, который может начать убивать всех вокруг — мне бы пришлось это сделать. Она ведь опасалась именно этого, не зная, кем я был в прошлой жизни. А Агла просто знала что её дети предатели — и сделала что должно.

— Это же её дети, её родители, её кровь в конце концов. — прошептала ректор.

— А моя мать не моя мать. — я развёл руками. — Сколько той крови останется через десять поколений в вашем потомке, а через двадцать, а через тридцать?

Она молчала, вновь отвернувшись к окну. Я встал, подошёл и тоже уставился вниз. Отсюда и правда был отличный вид — половина города как на ладони. Не удивительно что тогда она пришла к нам на помощь, всё увидела из своего кабинета.

— Что для вас главное? — спросила она грустно.

— Кровь тоже, наверное, важна, но это точно не самое главное. — я повернулся к ней и встал близко. — Поступки, дела, память. Когда нибудь, Агла умрёт, даст Адон не скоро, и она успеет понянчить моих детей, и ваша Империя поставит ей памятник.

— Наша Империя.

Девушка придвинулась совсем близко, мы стояли, почти касаясь друг друга. От неё очень вкусно пахло, кажется какими-то травами. Она похоже тоже что-то чувствовала и ей это нравилось. Я сглотнул, сказал:

— Наша Империя поставит ей памятник. — повернулся к окну, присмотрелся к улицам города, ткнул пальцем в большой перекрёсток: — Где-нибудь вот тут. Мои дети, а потом внуки и правнуки, будут ходить и говорить, что это «тётя Агла стоит». А другие люди будут говорить что-то вроде — «Вот она удержала Империю от падения в пропасть». Память и поступки — только это выдержит любые испытания временем, а не какая-то там кровь.

Сделал шаг назад, и кажется ректор покраснела, отводя взгляд. А я понял, что чуть не совершил глупость. Если бы я её поцеловал, а потом у нас что-то было, неизвестно чем бы всё закончилось. В своё время со слабым магом Эви получился целый погром в комнате. Все предметы взлетели и упали. А что будет с архимагом, когда я вдруг перейду в режим источника и под завязку наполню её, как бы это двусмысленно не звучало, энергией?

Боюсь, тут может башня покоситься, если удар вообще не снесёт всё к аюту. Я уж молчу про то, как мы с ней вместе будем голыми лететь куда-то вниз среди обломков. Она, конечно, архимаг, и скорее всего спустит нас и защитит. Да и я в режиме источника смогу приземлиться. Но ощущения будут те ещё.

— Тебе пора. — вдруг строго и твёрдо сказала Нина.

Зря я тут раздумывал в каких позах и что мы могли бы с ней проделать. Похоже девушка всё почувствовала, я как обычно забыл закрыться, а моя способность «закрываться на автомате» пока работала плохо. Поэтому виновато улыбнувшись, я попятился к двери под её строгим взглядом.

Оказавшись в коридоре, выдохнул и шагнул к портальной руне. Меня тут же перенесло на третий этаж, откуда спешно двинулся к лестнице. Тут уже не сидел никакой урод, который хотел меня подставить, и вообще студентов было мало. Сейчас шли занятия, поэтому почти никого не было. Быстро сбежал вниз и вышел через главный вход, а там оказалось, что меня ждали свои.

— Живой, и даже почти целый?! — наигранно удивилась Криста. — Мы тебя уже три раза сожгли на похоронном костре тут!

— Почему — «почти целый»? — не понял я.

— Потому что я же не всё вижу. — улыбнулась девушка. — Вот разденешься...

Я махнул рукой и подошёл к Соне и Басте, сказал:

— Спасибо вам, если бы не...

— Я сделала то, что мне говорила моя честь, Сорняк. — Соня вскинула свой носик. — Будь на твоём месте даже кровный враг моего рода, я сделала бы тоже самое, не думая. Потому что честь для аристократа превыше всего.

— Это ты прости меня, Сор... Тош, ну, за то, за ту ночь. — неуклюже извинилась Баста, смешно смотря в брусчатку под ногами и переминаясь с ноги на ногу. — Ладно?

Она сейчас и правда выглядела как ребёнок лет семи, который внезапно осознал что то, что он сделал — это плохо. Я не знал как на это реагировать, и поначалу тоже стушевался. Пришлось взять себя в руки, чтобы никого не задерживать и не затягивать паузу.

— Да без проблем! — сказал, протягивая ей руку.

Девушка ответила рукопожатием, улыбнулась виновато и я впервые заметил на её щеках румянец. Когда наша Гора улыбалась, видно было что она очень даже симпатичная девушка. Именно так её нарекла наставница, из-за разницы с нами в росте

Территория университета оказалась открыта, и мы видели площадь перед кампусом, но выходить конечно же никто не стал. Боевым магам первые полгода запрещалось покидать место обучения без сопровождения в виде наставницы. Были в уставе ещё какие-то исключения — вроде ректора, офицеров особой службы и обычных офицеров во время боевых действий. Но как мы все понимали, к нам это не относилось. Интерес вызывало что произойдёт если мы выйдем за высокую преграду через главные ворота. Может быть нас просто задержат, а может умные заклинания в стенах университета каким-то образом поставят барьер для непутёвых курсантов. Мы не хотели этого проверять, и просто двинулись вглубь университетского городка, к казарме и наставнице.

— Сорняк, ровно, прямо!

Приказ от командира мне пришёл сразу же, как только я с остальными вошёл на территорию нашего курса. Причём она командовала только мной, и больше никем. Девушки остались стоять и смотреть вопросительно то на меня, то на неё.

— Ветка, разоружить Сорняка, забрать пояс и перевязь!

Следующий приказ уже был отдан оранжевоглазой Ани. Оружия у меня не было, но пояс с местом под него оставался. Девушка умело расстегнула всю перевязь и сняла с меня.

— Стой прямо, Сорняк, и не двигайся. — процедила сквозь зубы наставница.

Все замерли, включая меня, ничего не понимая. Я даже сначала подумал, что всё — меня решили исключить. Но через пару мгновений наставница внезапно ринулась на меня, выхватив оружие из ножен, и крича:

— Прямо я сказала!

Я не сдвинулся с места, и ничего не произошло. Мне пришлось пару раз моргнуть, чтобы капелька пота со лба не попала в глаз. Наконец то понял что только что произошло — ментальная атака, наподобие той, что я недавно пережил. Наставница же сказала:

— Сорняк, ты идёшь к себе, сегодня броска не будет, отдыхаем. — она оглядела девушек. — А с вами сейчас разберёмся, кто и когда будет его учить ставить барьеры и отличать реальность от направленных мыслей.

Я поплёлся к казарме, понимая, что следующие недели две меня ждёт весёлое времяпрепровождение. Побудки среди ночи, резкие выпады в ментальном плане, и всё ради того, чтобы я не был так уязвим и больше того, что случилось сегодня, не повторилось. Вздохнул, сел на свою лежанку и погладил Пи. Малыш выбежал и обдал меня своими радостными эмоциями.

— Пи? — пискнула моя зверушка.

— Вот тебе и Пи... — сказал я, опрокидываясь на кровать.

Глава 17

Две недели я выдержал, и теперь запросто отличал направленные на меня мысли от реальности. Это, в конечном счёте, оказалось не так сложно, как пережить все издевательства. Девушки, да и сама наставница, могли наброситься на меня в любой момент. При этом остальные обычно находились рядом чтобы если что перехватить и не дать ответить. Я не понимал поначалу зачем это всё было нужно, тем более так быстро, но потом стало ясно.