Иван Донцов – Боевой маг: Первый курс. Том 1 (страница 34)
— Я уже выбрал. — твёрдо сказал.
— А что с Лиской? — она посмотрела на меня внимательно.
— Мы друзья, и друзьями останемся.
— Так скажи ей, не томи девочку, она же мучается, она вообще последние дни не своя. — мать сжала мою ладонь. — Поговори, объясни.
— Я боюсь…
— Да не тронет она тебя, о чём ты! — воскликнула мама. — Ну может немного совсем, переживёшь.
Я покачал головой, улыбнулся и ответил:
— Я боюсь, что сломаю её внутри, она ведь на самом то деле очень ранимая и нежная девушка.
— Прежде всего — она носительница дара, и уже потом всё остальное. Ты должен быть честен с ней. — покачала головой мать. — Завтра, если ты сдашь экзамены, а я верю, что у тебя получится, у нас с тобой будет последний день, я возвращаюсь на Север.
Грустно посмотрел на неё, улыбнулся. Мы с ней провели всю жизнь вместе, за редкими исключениями, когда она сама уходила в долгие походы за стену. Я любил свою единственную маму. Вспоминая прошлую жизнь, детдом, воспитателей, я понимал, как мне повезло. Нет, там тоже всё было нормально, но мама — это мама.
—
(2 - высокий слог.)
Она снова улыбнулась, встала и молча ушла из моей комнаты.
За две недели я тут неплохо обжился. В единственном шкафу для вещей почти все полки забиты книгами для подготовки к экзаменам. Тут же три кресла и широкий большой диван, в углу кровать, на полу постелен ковёр. Это не дешёвая гостиница, а пятиэтажное здание в центре города, недалеко от университета. За дверью коридор и вход в местный аналог душа и туалет. С туалетом всё понятно, а вот душ меня, конечно, удивлял несказанно.
Это была кабинка, почти как те, которые я знал из прошлой жизни, только вот вода шла сверху из множества отверстий. Можно было регулировать напор и температуру, выбирать что ты хочешь — дождь, какой именно, с какой стороны. Мне это понравилось даже больше, чем когда-то привычный душ. А если учитывать, что тут ещё можно было включать «мыльную» воду на несколько секунд — конкурентов этому не было ни в одном из миров.
Я снимал комнату на вроде как свои деньги, их у меня оказалось достаточно много. Тётка Агла за почти двадцать лет визитов перетаскала для нас с мамой в Империю кучу слитков келемита в бездонном мешке. И всё это она сдавала в местный банк. Я теперь имел целое состояние, и это если ещё не учитывать то, что складировано в нашем с мамой доме. А как она сказала — это тоже теперь только моё, ведь ей вернули имя. Оставалось непонятным на что всё это тратить. Дом у меня и так был, оружие лучшее что может быть — из келемита. Разве что в Империи келемит ценится потому, что его можно зачаровывать как хочешь, а у меня стандартный меч для носителей дара.
В комнату тихо вошли девушки и сели с двух сторон от меня, я улыбнулся обеим, спросил:
— Что дальше, пол дня осталось, есть что-то, чего я не знаю?
Девушка закусила нижнюю губу, виновато на меня посмотрела, потом с опаской на Кристу, сказала:
— Вообще то мы почти прошли программу первого курса, конечно в тонкости не углублялись, но по большей части…
— Так ты… Так ты… — Криста чуть не задохнулась от возмущения. — Так ты специально тут ошивалась, толкала его своим выменем, хотя знала, что он уже готов, но продолжала!
— Я бы всё равно рекомендовала тебе, Тош, посещать лекции, ты ещё многого не знаешь, но теперь будет гораздо легче. — закончила девушка, не обращая внимания на баронессу.
— Нет, ну свинокошка драная, ну… — бесилась Ашер.
— Я свинокошка, у меня значит вымя?! — в этот раз возмутилась Эви. — Да ты доска кентрийская, да тебя…
Слышал я про Кентрию — большое государство где-то на юге. Его последние лет сто раздирают войны внутри страны, постоянные набеги со стороны Нанбу и Истры. Местные женщины имеют странную особенность — у них очень маленькая грудь и они совершенно худые, почти как мужчины тут в Империи.
— Тихо! — крикнул я что есть силы и стукнул по столу уже второй раз за день.
Они замолчали и уставились на меня. Я же развернулся и пошёл к шкафу. Открыл нижнюю дверцу, достал то, что приготовил заранее, положил на стол. Они смотрели и не понимали, а я сказал:
— Спасибо за то, что помогали мне готовиться, я не знал как вас отблагодарить, и вот решил сделать вам небольшие подарки.
На столе стояли две достаточно большие статуэтки, изготовленные из Келемита. Одна изображала Мару ант Хил, основоположника направления теоретической магии. Человек, что когда-то на заре становления Империи решила структурировать все данные по заклинаниям и описать это в одном труде. Она придумала множество методов, которые позволили будущим поколениям облегчить создание новых заклинаний и изменение старых. Это была легенда среди магов и магов-теоретиков. Изображение я взял с картин в галерее недалеко от Красного Замка. Мастер точно воспроизвёл старую женщину в одеяниях учёного с посохом и спущенным с головы капюшоном.
Вторая статуэтка изображала Энти инт Ашер, основательницу рода Ашер и пра-пра-пра и много ещё «пра» бабушку Кристы. Ашеры конечно были и до неё, но титул получила именно Энти. Она, кстати, была боевым магом в прошлом. И изображение я взял из архива куда меня проводила тётка Агла. Женщина в отличие от первой статуэтки, была изображена в молодом возрасте. Нетрудно было заметить некоторые сходства лиц Кристы и её предка.
— Тош, это же келемит. — Эви расширила глаза, смотрела ошарашено, прикоснулась к своей статуэтке. — Это же целое состояние… Я не могу… Я не смогу…
Я, кажется, понял о чём она, поэтому просто сказал, улыбнувшись:
— Это твоя вещь, ты можешь делать с ней что хочешь, не мог же я просто подарить тебе слиток?!
— Я же теперь смогу осуществить мечту, да что же ты делаешь, Тош! — она подбежала и поцеловала меня в щёку.
Девушка была так счастлива что открылась мне, и огорошила целым ворохом чувств. Восторг, влюблённость, благодарность, восхищение.
— Ты издеваешься? — Криста наоборот надулась. — Ты правда думаешь, что я тебе помогала не просто так?!
— Крис, я не хотел тебя обидеть, это подарок от всего сердца, не более! — попытался оправдаться я. — Вы очень мне помогли, я бы без вас не смог подготовиться, да даже в фехтовании ты мне помогала!
Тут в дверь постучались и спросили знакомым голосом:
— Гостей принимаете?
— Все мы здесь гости! — невольно улыбаясь, ответил я.
В комнату зашли Альви и Кира, тут же подбежали и поцеловали меня в щёки, кивнули девушкам в знак приветствия. В этот раз на них была чёрная форма и знаки различия офицеров –серебряные треугольники. На головах треуголки, сапоги они, как и все мы, сбросили у входа.
— Я пойду, Тош! — нетерпеливо сказала Эви.
Кивнул и удостоился ещё одного поцелуя в щёку, девушка тут же сбежала. Криста ушла за ней, ничего не сказав и кажется очень злясь. Оставшись наедине с двумя своими подругами, я улыбнулся и тут же получил два поцелуя в губы — от одной и второй.
Мы немного пообщались, выпили чаю. Оказалось, что они не учувствовали в боевых действиях, а просто координировали доставку оружия, техники и бойцов к стене. Сказали, что восстановление стены уже началось, и больше опасность не грозит никому.
— Куда это она? — спросил я удивлённо.
Альви вдруг встала и выбежала из комнаты. Лира придвинулась, поцеловала меня своими зелёными губами, прижалась.
— Эй, ещё же только начало вечера. — улыбнулся я.
— Всё верно. — сказала Альви, вернувшись, она похоже ходила закрывать дверь. — Завтра у тебя экзамены, поэтому ночью нужно спать, а пока…
Они обе начали меня раздевать.
***
Когда девушки ушли, я открыл окно и долго смотрел на один из больших проспектов столицы. Кажется он так и назывался — «центральный проспект». Спать совершенно не хотелось, тем более что девушки мучали меня по несколько раз и всё заканчивалось одинаково. У них светились глаза, и они стонали так громко что в итоге нам уже стали стучать по потолку и что-то кричать.
Я вздохнул, улыбнулся устало. Уже собирался принять местный душ, потом прилечь и попытаться заснуть. Но не тут-то было — в дверь кто-то позвонил, услышал переливчатый «треньк». Накинул рубашку и простые домашние штаны, подошёл и дёрнул за ручку.
— Привет… — на пороге стояла раскрасневшаяся Эви.
— Ты… — начал я.
Не успел ничего сказать — девушка порывисто оказалась рядом и поцеловала. Целоваться Эви умела, ох как умела. Выглядела она, конечно, целомудренной, но возможно это у неё в крови — всякое бывает.
Мы быстро переместились к кровати, и я не выдержал — сорвал с неё платье. На ней оказалось красивое бельё, которое тут же улетело в тот же угол куда и остальные обрывки одежды. Остались только белые чулки, и сама девушка. Небольшая полнота ей очень шла, а эта грудь, эти бёдра — я просто пропал
— О-о-о, Тош! — она застонала, кажется, даже громче моих предыдущих подруг.
Я понял, что снова, совершенно не желая этого, перехожу в свою вторую форму и выплёскиваю кучу энергии. Девушка затряслась, глаза засветились золотым словно у гномки, предметы в комнате поднялись в воздух. Даже кровать взлетела.
— К-к-как же это хорошо, Тошечка, милый…
Она поцеловала меня в грудь, шею, щёку. Потом пошла вниз и опустилась к животу, ещё ниже. Я думал, что уже не смогу, но похоже ошибался…
Встречал рассвет на широком подоконнике, довольный как отлично погулявший по весне свинокот. Мне было хорошо — впервые в двух своих жизнях я чувствовал себя просто отлично и знал, что буду делать дальше.