Иван Дмитриев – Цель рода (страница 5)

— В него, — согласно кивнул Юсупов и закрыв глаза, задремал.

Ехать мы решили через Киров на Пермь. Останавливались лишь по нужде, меняясь за рулём. Несколько раз над нами проносились самолёты, но определить, кому они принадлежат, было затруднительно. Армейских частей, мы не встречали, а чем дальше мы отъезжали от Москвы, тем больше убеждались, что страна живёт своей жизнью и граждане, возможно, даже и не знали, что произошло вчера.

— Люди или глупые или слишком безалаберно относятся к своей жизни, — произнёс Юсупов, когда мы обогнали несколько машин с прицепами, где располагались катера и лодки.

— А будь на их месте ты, что бы делал? — усмехнулся я, на его слова.

— Готовился бы к войне, поднимал бы свою гвардию, князя бы, ходил, донимал, что нужно быть готовым, — уверенно произнёс он

— Ты так уверен, потому что ты знаешь о произошедшем. А если бы не знал? Ты ведь заметил, что ни по каким радио каналам нет новостей о случившемся. И это, очень нехороший звоночек. В кремле произошёл теракт, в Москве находились войска враждебной нам страны, а в эфире тишина. То есть логично можно предположить, что за этим стоят высокопоставленные люди и они нам не союзники, раз это скрывают, — говорил я, доставая и бутылочку воды и делая глоток.

— Но Багратион и Вяземский мертвы, — задумавшись над моей речью, спустя пару минут произнёс тесть.

— Именно. Впрочем как и наш император, а кто теперь руководит страной большой вопрос.

— Так Настя же жива. Она и императрица.

— Это мы знаем, что жива и немцы, а остальные? — тяжело вздохнул, я посмотрел на него.

— Думаешь, за этим всем, стоят ещё другие? — выгнул он бровь в недоумении.

— Думаю да. И Насте очень нужно будет постараться, чтобы вернуть власть в свои руки, — произнёс я, не отрывая взгляд от поля картошки, которое простиралось по правую руку. По которому как мне показалась, едет техника,

— Не понял, о чём ты, Дамир? — удивлённо произнёс мой собеседник, перестраиваясь в левый ряд для обгона, очередных неспешных попутчиков.

— Настя не должна была выжить, да и Людвиг удивился, её появлению. Думается мне, что слух, что Романовы мертвы, прошёл по всем официальным представителям других стран, — проговорил я, в очередной раз замечая, на поле столб пыли.

— Мне кажется, у тебя паранойя, — усмехнулся Юсупов, возвращаясь обратно в правый ряд.

— Гони! Быстрее! — крикнул я, увидев как над полем на очень низкой высоте, летели вертолёты.

— Что? — опешили мужчина, надавливая педаль газа.

— Вертолёты справа, давай гони, гони! — крикнул я, откидывая спинку сиденья вниз и отстёгивая ремень безопасности.

— Вертолёты? — успел произнести Юсупов, когда машину, ехавшую впереди нас, окутало взрывов. — Твою же мать, — выругался он и переключив передачу вниз, заставил двигатель взреветь и ускорится.

— Уроды, — прошипел я сквозь зубы, открывая напольную крышку и вытаскивая винтовку.

— Куда ты собрался? — крикнул мне Юсупов.

— Стрелять!

— Нет, только внимание к нам привлечёшь!

А я лишь скрежетал зубами от бессилия. Он прав, нам не нужно лишнее внимание. А мой тесть, нажав на газ, выехал на левую полосу.

Но это всё, что он успел сделать, а я увидеть. Очередной взрыв, настиг нашу машину.

Открыв глаза, первое что я увидел, были горящие свечи, сто́ящие на столе и подсвечивая, скудную обстановку. Покрутив головой, я осмотрелся. Тёмная, с низким потолком комната, по левую от меня руку, было просто неимоверно маленькое окошко с мутными стёклами. Справа судя по теплу, была печь.

— Мяу, — прыгнула на меня белоснежное животное.

Поглаживая животное по голове, я пытался вспомнить, кто я и как я тут оказался. Но всё было впустую. Голова, такое чувство, что раскалывалась.

— Бабушка, он очнулся! — раздался, звонкий голос от стола, где горели свечи.

— Не кричи Катенька, — послышался скрипучий голос. — Ну и как вы себя чувствуете молодой человек?

— Не знаю, голова болит. А так вроде всё хорошо. Кто вы? И где я? — произнёс я, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Ты в моём доме. Я Варвара Петровна, это моя внучка Катеринка, — махнула старушка рукой в сторону стола, а сама усаживаясь на кровать возле меня и кладя свою руку на мой лоб.

— А как я оказался у вас? произнёс я.

— Я тебя и подобрала, у дороги. Лежал весь в крови израненный.

Ещё сутки, бабушка Варя, как она попросила её называть, не позволяла мне вставать с кровати. Поила куриным бульоном и сама помогала мне дойти до туалета. А по вечерам её внучка Катя, рассказывала последние новости, днём-то они были на огороде и ухаживали за скотом.

— А я в это время на огороде, картошку пропалываю, смотрю сперва, вертолёты пролетели, а потом танки едут. Ну, думаю учения какие. Где ж это видано, чтобы война-то была в сердце страны. Они мимо проехали, а через двадцать минут, слышу взрывы. Я Катеньку-то в подпол в сарайку отправила, а сама туда. Пока доковыляла, а помогать-то уже некому, везде убитые, машины горят, а вражины эти уже далеко уехали. Ну я и походила по округе, слышу, кто-то кричит. Каждый раз и всё тише и тише. Пока нашла откуда. А ты бедный в луже крови, у белой машины лежишь, в осколках стекла, только автомат у тебя в руках, да пиджак горит. И кричишь что-то неразборчиво, — рассказывала Варвара Петровна на следующий день за завтраком.

— Да уж. Я теперь вам жизнью обязан, получается. Спасибо вам большое, — произнёс я, задумчиво и встав со стула, поклонился.

— Ой да ладно. Это ведь каждый на моём месте сделал, — махнула она рукой, но по её глазам было видно, как ей приятно.

— А давайте, будем тебя называть Ваней? — произнесла Катя, нарезая хлеб на ужин.

— Почему Ваней? — улыбнулся я.

— Не знаю, ты своего имени всё равно не помнишь, а так сильно похож на героя сказок, — покраснела девушка.

— Хорошо, буду Ваней, — пожал я плечами и мы принялись за скромный ужин. Отварная картошка, зелёный лук и молоко.

А следующим утром, услышав, как начали просыпаться и собираться гостеприимные хозяева, встал и я. Перекусив остатками картошки, я вышел на улицу.

— Внучек, ты то, что поднялся в такую рань? — крикнула мне бабушка, выпускавшая коров.

— Неприлично спать гостю, когда хозяева работают, — крикнул ей в ответ.

— Ну и спал бы дальше, мы уж тут и без тебя сможем.

— Не переживайте за меня, баб Варь, — улыбнулся я женщине и пошёл за ворота.

Деревушка или село, точно не уверен, но говорят, разница какая-то есть. Центральная дорога, домов штук тридцать, неподалёку речка. Вдалеке виднелась и дорога, откуда меня наверно и принесли.

— И кто же я? — вздохнул я, оглядывая стадо коров, которые шли в мою сторону.

— Герой сказок, я ведь говорила, — ткнула меня локтем в спину Катя.

— Да если бы, — грустно проговорил я, поворачиваясь к девушке.

Катя, на вид лет двадцать, высокая, с копной кудрявых светлых волос. С хорошенькой фигурой и ярко-зелёными глазами. Курносый носик и родинка над губой, добавляла ей какого-то шарма. Оторвав взгляд от её пухлых губ, произнёс:

— А ты куда?

— Коров пасти, сегодня наша очередь, — грустным тоном произнесла девушка.

— Ни разу таким не занимался. Наверное, — неуверенно проговорил я, почёсывая голову и натыкаясь на огромную шишку на затылке.

— Это очень скучно, сидишь и смотришь, что бы они далеко ни убежали. Ладно, я побежала. Пока — пока! — махнула она рукой и пошла за прошедшим стадом.

А я, окинув взглядом покосившейся забор, пошёл к бабе Варе. Сидеть без дела нехорошо будет. А так хоть полезным займусь. Видно, что мужской руки в доме не хватает.

А в моей голове пронеслось странное воспоминание. Какой-то мультяшный страус в военной форме, лёжа на завалинке с травинкой в клюве, произнёс, — Солдат спит, служба идёт.

Отмахнувшись от этой ерунды, я спросил у хозяйки дома, где лежат у неё инструменты.

Взяв молоток с гвоздями и топор, я сделал шаг вперёд, но наткнулся взглядом на дровницу, в ней оставалось совсем мало, на несколько дней. А не расколённых пеньков, было огромное количество, плюнув в усе на забор, я взявшись за топор, начал заниматься колкой дров.

— Ты передохни, милок. Сколько уже наколол. Нам теперь надолго хватит, можно и баньку истопить. Если воды натаскаешь, — раздался в стороне голос старушки.

— У вас и баня есть? — удивлённо спросил её.

— Есть, муж покойный с братьями делал, но дров мало было, мы два вёдра воды нагреваем, чтобы сполоснуться.

— А воду, где набрать? — задал ей вопрос, воодушевившись идеи с баней.

— Так на речке, — улыбнулась старушка.