Иван Дмитриев – Цель рода (страница 36)
Я стоял в Кремле. Возле припорошённых снегом могил двух моих жён, Акено Фудзивара и Безухова. За это время её облагородили, поставили небольшой каменный памятник с фотографиями. И хотя, на территории уже не осталось следов того дня, но вместо здания, где и был тот последний бал. Теперь был большой мемориал, с огромными списками погибших. Который окружили небольшими деревьями. Теперь жизнь до бала казалась, будто из другой жизни. Чем-то невероятным и счастливым.
— Дамир Александрович, мы прибыли, — раздался голос Андрея Швеца.
— Хорошо, — кивнул я и повернувшись к парню произнёс. — Рад тебя видеть.
— Как и я вас, — кивнул он.
— Распутин всё сделал? — спросил я, шагая в сторону западных ворот Кремля, через которые мы сбежали после теракта.
— Да, армия стоит в полной готовности, Новосибирск уже перешёл под наш контроль, Владивосток, как вы помните, отказался. Томские и Омские княжества, ждут отмашки — кивал парень. — Императрица говорит, что Османская империя, уже готова войти с юга, ждут сигнал.
— Хорошо, — кивнул я. — Анжела тут? — спросил я между делом. Размышляя, о турках, которые вновь пойдут по русским землям.
— Нет, она осталась дома, — покачала она головой. — Она ведь беременна, куда ей в таком состоянии ехать-то? — усмехнулся Андрей.
— Беременна… — тихо прошептал я.
— Двойня, — кивнул парень.
— Ты иди, я догоню… — остановился я, садясь на землю.
— Уверены? — в сомнениях спросил парень.
— Андрей, пойди, а? Я догоню, — махнул я рукой.
Кивнув, он пошёл дальше.
А я, достав телефон, листал фотографии. Свадебные фотографии. На них мы были счастливы. Всё вместе… Анжела и Надя, Шина и Лена. Живой Юсупов и Багратион, Демидов и Безухов. Ещё друзья. Тридцать первое декабря, последний мирный день.
— Соберись, тряпка! — прорычал я на себя и ударив несколько раз себя по щекам, поднялся на ноги.
Бросив ещё раз взгляд на часы, десять утра. Тридцать первое декабря две тысячи двадцать второго года. Я в этом мире год и четыре месяца.
Убрав телефон, бросился догонять Андрея. Нам ещё слишком много нужно подготовить, к приезду представителей Казанской республики и делегации Германии с Речи Посполитой.
Как бы я ни подгонял в тот день Настю, отплыть мы смогли лишь через неделю. Пока наше такси заправили и загрузили продуктами. Пока экипаж нагулялся по Токио, на своих выходных. Пока девушка нанесла несколько визитов. На которых меня не позвали.
Но я был негордый, злопамятный разве что.
На корабль, я прошёл уже ночью. А всё, путешествие я провёл в каюте. Доверять команде, у меня не было никакого желания. А попасть в страну, я хотел не привлекая внимания. Хотя Настя и смеялась над моей подозрительностью и говорила, что эти люди преданы ей, как никто. Я был непреклонен и никуда не выходил.
А находясь в Питере, я связался со своим княжеством. Распутин и Андрей, прилетели на следующий день.
Посадив рядом Настю, я заставил её рассказывать, всё, что она знала, про нынешнюю обстановку. А Распутин и Швец, дополняли девушку. А я, развернув карты, водил по ней ручкой и напряжённо думал.
То, что моё появление, ничего не изменит. Понимали все, кроме Насти. Наивная девушка. И тридцать первого числа, Казанские устроят бойню и найдут виновника, который укажет на моё княжество. И уже следующий год, посвятить, захвату Уральского княжества. Под прелого, что мы убили императрицу. Для всего мира это будет отличным аргументом.
— А что с Турцией? — поднял я голову, на споривших Распутина и Настю.
— С кем? — не понял Андрей.
— Османы, неуч необразованный, — отвесил подзатыльник Распутин парню
— Так что? — надавил я.
— Союзники, — пожала плечами девушка.
— Звони, — подвинул я её телефон.
— Кому? — опешила Настя.
— Султану наверно, или кто там сидит на троне, — пожал я плечами.
— Зачем? — не понимала она.
— Романова, не беси меня, звони! — надавил я на девушку голосом.
С турками договорится оказалось легко. Попросив подержать, несколько человек, для получения титула великих князей, они гарантировали, что из войска высадится в Новороссийске, Севастополе и Сочи.
А Распутин, подумав. Связался, с кем-то из Сибирских кланов. И пока мы с Настей договаривались с турками, он наводил суету в Сибири.
— И что ты там, организовал? — с любопытством, смотрел на него.
— Восстание, — довольно проговорил мужчина.
— Где? — вскочила Настя.
— В Сибири, Дальний Восток, отказался, — грустно проговорил он.
— А нас хватит? — спросил Швец.
— Да, туда мы отправим несколько рот гвардии и сотню пилотов шагоходов.
— После Казани, нам придётся перебрасывать войска на запад, — задумчиво произнёс я.
— Если они не отступят, плюс Османы помогут. Ничего страшного, — пожал плечами Распутин.
— Тогда мы едем в Москву, а вы возвращайтесь домой, — поднялся я со стула, заканчивая наше мини-совещание.
— А моё мнение, не учитывается? — спросила Романова, смотря на меня прищурив глаза.
— Нет, — покачал я головой. — Ты не сможешь нам ничего сказать, чего бы трое людей с военными опытом, не придумали бы сами.
— А, так вы тут спецы, — фыркнула она.
— Всё, мужики. Пока! Мы поехали, пока она вам мозг не съела, — пожав им руки, я схватил Настю, за руку и потащил на выход.
Глава 16
В Москве мы разделились. Девушка отправилась домой. А я снял квартиру на окраине города. Объявление, я нашёл в интернете. На встречу со мной пришло три человека. Исхудавшие, с тоской и грустью на лицах, на поясе у одного из мужчин, была кобура с пистолетом, травматическим, а второго парня, были на поясе баллончики с перцовкой. Разговорившись с ними, я узнал, что это семейная пара и отец девушки. А ходят они всегда так. С оружием или на худой конец баллончик. Потому что в городе развелось, очень много преступников. Всё искали, возможность найти продукты питания, да и не только. Москва была потребителем. Производства хоть и были, но мало, А самое главное это нехватка сырья. А в нынешних реалиях. Когда торговля между Московским княжеством и Казанской республикой велась очень плохо, в столице были проблемы со всеми продуктами и вещами.
Поговорив и выпив между летом стакан чая, я выложил на стол пачку купюр. А хозяева квартиры, не верующие смотрели то на деньги то на меня. Настоящие бумажные деньги, оказалась сейчас самым ценными и в то же время редкими. Деревенские, которые сейчас оказались, основными поставщиками продуктов, наотрез отказывались иметь дело с электронными счетами и требовали только наличность. Которую привозили в банки раз в неделю и туда выстраивались очереди, чтобы успеть снять со своего счёта.
А я слушаю всё это, просто поражался, как Настя и её советники, умудрились всё развалить.
На следующий день в город начали прибывать гвардейцы моего рода. Двойками или тройками. Чтобы не привлекать внимания, все они двигались на разном транспорте и по совершенно разным маршрутам. Кто-то напрямую самолётом, кто-то машиной или автостопом. Кто-то через Грузию и морем до портов. Кто-то из Перми морскими путями. Технику и боевые доспехи, вместе с шагоходами, везли на север и морем до Санкт-Петербурга. Откуда уже спокойно всё это шло к Москве. В одной из таких групп прибыл Давыдов, который засучив рукава, принялся наводить порядок в остатках армейских частей.
— То есть, вы хотите сказать, что всех военных, которые против меня и не верят в империю. Вы хотите отправить в полицию? — спросила Настя.
— Именно так, — кивнул Давыдов.
— А зачем? — задала вопрос девушка.
— Настя, ты уже спрашивала это, пять минут назад, — устало вздохнул я.
— И я не получила ответа! — посмотрела она меня. — Зачем мне нужна полиция из людей, которые хотят меня свергнуть?
А я, переглянувшись с командующим Уральских войск. Тяжело вздохнул.
Мы находились в небольшой каюте, на яхте, которая медленно плыла по Москве реке.
— Полиция в городе нужна. Ты же видишь, что творится на улицах. Люди подходят к черте, после которой они тебя сами палками погонят, — произнёс я.
— Люди понимают, что это не я виновата! — возмутилась девушка.
— А ты не решаешь проблемы! — отрезал я.
— Я не решаю⁈ — закипала девушка.