Иван Дмитриев – Наследник. Обретение дара (страница 60)

Смысла оставаться тут не было. Нужно озадачить Кочубея этим интересным фактом. Пора возвращаться домой.

— Кто эти люди?! — накинулась девушка, стоило сесть мне в салон.

— Мародёры, — хмыкнул в ответ, разворачивая машину.

— То есть как? — прошептала девушка, приложив ладонь ко рту. — Откуда они тут взялись.

— Заплатили кому-то. Не спрашивай, сам не знаю, вернусь домой, поговорим с Кириллом. Может, он даст ответ.

— Но это ведь… Это же…как они посмели.

Положив руку на её ногу и погладив, я поймал её взгляд.

— Успокойся, я всё решу.

Дома, дав указание слугам отнести пакеты с покупками по комнатам, направился в свой кабинет.

Рабочие, которые должны были восстанавливать недавние разрушения, уже вовсю трудились. И в доме стоял гул отбойных молотков, перфораторов и болгарки. Что они ей пилили, для меня был огромный секрет. Но если нравится, то пусть работают. Ремонт в доме, волновал меня меньше всего. Так или иначе, я не чувствовал себя уютно в этом месте. Мне не нравилась планировка, не нравилось месторасположение.

Мне хотелось вернуться жить к воде. Купить небольшой катер. Желательно с закрытой кабиной, а не тентом. Этакой классической скандинавской кораблестроительной школы. Мы всё же не на лазурном берегу Ниццы. В Санкт-Петербурге тёплое лето, это уже сам по себе праздник. А в основном это плюс десять — пятнадцать и ветер. И зачастую дожди. Так, что идея с кабиной и печкой, это самое лучшее решение.

Но с другой стороны, имея катер с кабиной или целую яхту, я не смогу насладится каналами в городе. Где нередко самая высокая точка от воды до моста, это два метра. Но это дела будущего. А сейчас мне было всё равно, что происходит тут. Да и Юле, как, мне кажется, тоже. Она жила в дальнем крыле. Со своей столовой и выходом и не видела этот бардак. Так же часто, как я.

Лишь один дворецкий и горничные были недовольны происходящим. Пыль от этой стройки и ремонта, разносилась по всему дому.

Сев на своё кресло и вытянув ноги, я сделал несколько оборотов на кресле, прежде чем взяв телефон в руки набрать номер академии. Где меня обрадовали, что ректора нет и не будет.

Положив трубку на телефон и постучав по столу пальцами, я достал из ящика стола толстенную жёлтую книгу. Телефонный справочник.

Полистав страницы и найдя, нужное мне заведение, я с удивлением обнаружил, что телефон руководителя или приёмной в нём отсутствует. Дежурные, следователи, оперативные отделы, телефоны доверия, служба собственной безопасности. А вот руководители отсутствуют. Полистав ещё пару страниц, я бегло посмотрел на списки телефонов управления полиции и императорской канцелярии. В теории, я мог позвонить лично императору. Его номер присутствовал. С подписью, что работает он один час в неделю.

Захлопнув книжку и чихнув от пыли, вылетевшей из справочника. Я направился искать свою любимую охрану.

— Юль, можно? — приоткрыв дверь, я заглянул в комнату.

Девушка лежала на диване, в длинном голубом платье, погруженная в какую-то книгу в зелёном переплёте.

— Конечно, это же твой дом, — повернула девушку голову, отрываясь от книги.

— Ну…это же твоя комната, — развёл я руками, проходя внутрь.

— Что тебя привело ко мне? — посмотрела она на меня, опуская ноги на пол. Посмотрев по сторонам, она выткнула из подушки, пышное ярко-синие с зеленью перо и вложив между страницами книги, захлопнула её.

— Ты охрану нашу не видела? Весь дом обошёл, а их нет и никто их не видел. Как уехали утром с нами, так говорят, не возвращались, — произнёс я, усаживаясь возле неё.

— И ты думаешь, что они всё у меня? — хмыкнула она в ответ, убирая непослушную прядь за ухо.

— Твоя комната расположена ближе к гаражам, чем моя. Может, видела или слышала в окно их возвращение, — произнёс я задумчиво, пожимая плечами.

— Нет, никого не видела, — покачала она головой.

— Кстати, что за парень, приставал к тебе в магазине?

— Кир Ветров, — нахмурилась девушка.

— Так и кто это? — приподнял я бровь.

— Мой несостоявшийся муж. Лет пять назад мой отец с его решили строить торговые центры вместе. Гостиницы. Тогда и придумали, что будет круто, что бы наши рода породнились. Но потом, что-то между ними произошло. Чёрная кошка пробежала, и все планы и договорённости перестали существовать. А Кир, он понимаешь, Ветровы не аристократы. Не заслужили герб. А наша свадьба была шансом для них влиться в это общество, не как посторонние, хотя они ими и остались бы и дальше, но всего лишь на ступень ниже. А Кир и вовсе был бы уже аристократом. В общем их семья потеряла статус и огромные бонусы. С тех пор, наши родители хоть и недолюбливали друг друга, но их отношения были нейтральный. А Кир возненавидел меня. При каждом удобном случае пытается задеть. И вот…у, него получилось, — поникла девушка, не отрывая взгляд от стола.

— В смысле получилось? — удивился я. — Нормально же всё было, отбрила его, и он остался с ничем.

— И ты вызвал его на дуэль. Это по-твоему нормально? — фыркнула девушка.

— Это… — замялся я под его её взглядом. — Ой, да плевать на него. Набью ему морду, да и всё.

— Сергей! Я же сказала, он не аристократ. Ты не имел права вызывать его на дуэль… — недовольно произнесла девушка, хлопнув себя по коленям.

Похлопав в удивление глазами и почесав подбородок, я вздохнул.

— Неожиданно.

— Сергей, я понимаю, что ты не по рождению сын князя. И многое для тебя в новинку, но помни, что за каждым твоим шагом следят очень многие. Стоит тебе оступиться, то тебя сожрут.

Слушая девушку, моё лицо растягивалось в улыбке. Пугает она меня. Наивная.

— Ты зря ухмыляешься, Сереж, — ударила девушка меня по плечу своим кулачком. — Это очень сильные и влиятельные кланы и рода. Среди них есть люди императора.

— О! Я люблю людей императора…они весёлые, да и верещат прикольно, — рассмеялся я. Вспоминая последнего человека императора, с которым я пересекался.

— Дурак! насупилась девушка, скрестив руки на груди.

Облизнувшись от её глубокого декольте, я поднялся на ноги и подошёл к окну.

— Поживём увидим. Ты мне скажи, что с моей дуэлью и этим, — пощёлкал я пальцами. — Ну парнем.

— Ветровым, — подсказала девушка.

— Да, им самым, — кивнул я.

— Ничего, тебя вызовут в суд, где вы будете доказывать кто прав, а кто виноват.

— Суд? — повернулся я к девушке. — Ты вот серьёзно? Меня, точнее, тебя оскорбили, а отдуваться в суде? Доказывать, что я не олень, а верблюд?

На что она лишь развела руки и покивала головой.

— Бред… — произнёс я. Не отрывая взгляда от фургона въехавшего на территорию дома. На его борту было нарисован мультяшный усатый человек в красной кепке, в руках которого был молоток и пила.

— Это закон. Нанести урон чести человека может только равный ему по положению. Оскорбление, нанесённое низшим по рангу или социальному положению, как, например сын бизнесмена — дворянину, являлось нарушением права, и твоя честь дворянина, не задета. Поэтому его слова не могли стать поводом к дуэли. А нарушенное право следовало восстанавливать в судебном порядке. Вызов от низшего по рангу к высшему, при определённых обстоятельствах, допускался. В армии или твоей гвардии, младший офицер может вызвать старшего по званию человека. Однако неравное положение вызывающего позволяло вызываемому при желании отклонить такой вызов, не опасаясь за свою репутацию, — учительским тоном прочитала лекцию мне девушка.

— Всё то ты знаешь, — пробурчал я.

В это время из машины вышли пять человек. Трое из кабины и двое из кузова, у каждого из них были чёрные чемоданчики. До боли знакомые чёрные чемоданы. Не один час, мы провели в академии, укрывшись этим бронированным чемоданом раскладывающийся в щит.

Стянув кольца, я приоткрыл окно. Если это друзья, то сами виноваты. У меня паранойя, а они пришли без предупреждения. Вытянув руку в сторону машины, возле которой стояла пятёрка, я отправил ледяной шар в автомобиль. И сразу же повернулся к девушке.

— Бежим!

— Что? — растерялась девушка.

Но я не дал ей ответа. Схватив её за руку, я потащил в сторону коридора.

С улицы по окнам раздались выстрелы. В комнате послышался звон разбитого стекла.

— Скорее! Не тупи! — тянул я упирающиеся девушку.

Выбежав в коридор, я сразу же затолкнул девушку обратно.

Из кородира раздалась автоматная очередь, а в двери появились новые вентиляционные или смотровые отверстия.

Девушка заверещала, впав в ступор. Подёргав девушку за руку и поняв, что далеко мы так не уйдём, я, сделав подножку, уронил её на пол.

— Юля! Приди в себя! — тормошил я девушку.

— Почему? Почему это со мной происходит?! — шептала девушка. — Почему? За что это мне всё…

Дотащив девушку до дивана и уложив между столом и мебелью. Я повернулся к двери, делая пас рукой. Возводя в проёме стену льда. На какое-то время она их остановит. Но я сомневался, что люди, имеющие в снаряжение такой чемоданчик, не позаботятся о более серьёзном вооружение.

Думай, Серёга! Думай!