Иван Дмитриев – Наследник. Обретение дара (страница 51)

— Как интересно, — задумчиво произнёс я. — Хорошо, почему им должны найти защитника, я понял. Но я то какой к чёрту защитник? Меня бы кто защитил.

— Твой защитник — это твоя сила. И статус возрождения Великокняжеского рода. К тебе сейчас будет огромное внимание. И лезть на тебя сейчас это самоубийство. Ну, утрирую, конечно, если захотят, тебя убьют, но тут поверь, все невиновные рода, будут требовать крови виновника, — произнёс император, перекладывая бумаги на столе.

Почесав висок и обдумав слова императора, я задумался над одной проблемой.

— Слушайте, а я значит буду в клане Оболенских? Ну раз женюсь на девушке.

— Если хочешь, можешь войти, не хочешь-то можешь и дальше по традиции своих предков быть нейтральным родом. Это иногда намного выгоднее, — пожал он плечами.

— Так…ага. Тут я понял… — я погрузился в размышления, что мне ещё нужно знать. И не находил вопросов. То, что они появятся через час или завтра, я был уверен, но согласятся ли мне дать ответы на них, через это время.

— Время Сергей, мне нужно твоё согласие и ваша подпись под брачным договором, — поторопил меня император.

— Точно! Почему вы решили за меня, на ком я буду жениться? А как же любовь там…чувства.

— Первую жену выбирают родственники, а тут уж извини, после ритуала призыва я, можно сказать, самый близкий тебе человек, — хмыкнул он в ответ. — Кавендиши это политика, тут извини, это будет выгодно всем, да и тебе тоже. А третью, можешь брать хоть кого, там ты сам себе хозяин. Четвёртая жена может быть, но это не особо популярно у нас в стране. Пятых жён и вовсе не может быть. Это уже табу. Любовниц, фавориток, ты можешь пользовать сколь тебе душе угодно.

— Ну Кавендиши ладно, мне она тоже понравилась, — хмыкнул я. — Значит, три жёны и множество любовниц, ну хорошо…убедили.

— Тогда сейчас подписываем документы и пойдём представлять вас нашим аристократам, — счастливо потёр руки государь. — Кирилл! Заходите!

Но спустя минуту дверь так и не открылась.

— Кирилл! Ты где там?! — крикнул ещё раз император.

Приподняв бровь, я посмотрел на императора.

— Сходи, — кивнул он.

Поднявшись на ноги и дойдя до двери, я прислушался, но союза дверью была тишина. Пожав плечами, я распахнул дверь. Увиденное настолько повергло меня в шок, что я захлопнул дверь и, прислонившись спиной, со страхом посмотрел на императора.

— Что там? — нахмурился Николай.

— Она там…мой дом разрушает, — нервно произнёс я.

Лицо императора вытянулось от удивления.

— Не понял?

— Там стоит такая же сфера, как у вас во дворе, а внутри Юля кидается всякой магией, половину коридора уже в решето превратила.

Бам! Это император уронил голову на стол.

— Как же вы меня бесите все…

— А я-то чё…я вон, согласный на всё. Это она… — дёрнул я головой от такой несправедливости.

Подняв голову и протерев ладонями лицо, он тяжко вздохнул. Поднявшись на ноги, он направился к двери.

— Угу, я вижу. Двигайся, сейчас разберёмся с этой проблемой.

Отступив на пару шагов в сторону, я выглянул в открытую дверь из-за плеча императора.

Ситуация стала ещё хуже, чем, была чем в первый раз.

В стенах зияли уже сквозные отверстия огромных размеров судя по всему, какие-то стены не выдержали буйства девушки и обрушились.

— Сергей, в комнату зайди! И не высовывайся, — обернулся ко мне император, доставая коробочку из кармана.

Кивнув и захлопнув дверь, я дошёл на всякий случай до кресла.

Через три минуты в комнату ввалился злой император, несущий на плече Юлю. Сзади за ним шёл Кирилл Борисович, на руках которого была старшая Оболенская.

— Да я же не хотел… — говорил ректор.

— Я щас тебе покажу…Не хотел он. Устроили тут…цирк идиотов. Ремонт дома за свой личный счёт будешь делать! И смету сделают люди из Каменного приказа! И ремонт они будут делать.

— Так, они они же с меня стрясут как за весь дом, — поник Кочубей.

— И что? — бросив мне в руки девушку, он повернулся к ректору. — Я должен оплачивать эти разрушения? Или империя?

— Да нет… Ну…,может, без приказа? У меня неплохие строители в академии есть, — усадив женщину на стул, он опустил глаза на пол.

— Так, Кирилл! Я всё сказал! Барклай-де-Толли, приводи свою жену в чувства! Чего сидишь, глазами хлопаешь?

— Да, сейчас, — кивнул я. Подумав пару мгновений, я решил пойти по самому простому варианту.

Это в сказках, спящую красавицу целуют и она просыпается, и живут они потом долго и счастливо. Но что может быть лучше, чем, ущипнуть её за щеку? Правильно щекотать. Чем я и занялся.

Правда, на полученный эффект я не рассчитывал.

Она начала дёргаться с такой силой, что я не удержав её, уронил на пол.

— Ой! — воскликнул я.

— Девушку в кровать кидать надо! — наставительно произнёс император, с интересом смотря на злую Оболенскую, которая пыталась подняться на ноги.

— Прибью… — шипела девушка.

— Так, Оболенская! Ротик прикрыла и села на стул! — произнёс император, нависая над девушкой.

Кротко кивнув и бросив на меня испепеляющий взгляд, она села на стул рядом со мной.

— Ирина Львовна, вы пришли в себя? — спросил Николай, усаживаясь во главе стола. — Согласны на мою кандидатуру?

— Да государь, — кивнула женщина.

Кивнув, государь взял два листка и протянул нам с Юлей.

— Ну и отлично. Так, дети, подписываем бумаги. Быстрее начнём, быстрее закончим.

— Я не хочу подписывать, — насупилась девушка.

— Юля! — в негодование воскликнула её мама.

А я, бросив императору ухмылку, принялся читать документ. Эти споры и ругань меня не волновали…

К моему удивлению, там не было ничего стоящего. Я такой-то беру в жены такую-то. В качестве приданного мне передают ровным счётом ничего. Все мои активы, этомои и к жене они не сейчас ни в будущем относится не будут. Претензий не имею и место под число и подпись. Махнув мысленно рукой, я поставил свою подпись и подняв голову, встретился взглядом с Юлей, которая неотрывно смотрела то на менято на мою подпись.

— Чего? — поднял я брови.

— Ничего, — помотала девушка головой и прикусив губу, поставила свою подпись на втором экземпляре.

— Ура! Поздравляю молодожёнов! — похлопал нас император. — Всё, на выход, нас ждут дела! Великие дела!

Впереди нас шёл император, как и в первый раз все расступались и склоняли голову. За ним шли Оболенские, увидев которых, по гостям пронеслись шепотки и удивлённые восклицания. А замыкали уже мы с Кириллом. Не заслуживая никакого внимания.

Судя по тому, как люди опасались даже смотреть на Кочубея. Мои гости просто не хотели его никоим образом провоцировать.

На сцену первым поднялся император.

Оболенские замерли у первой ступеньки, остановленные церемониймейстером.

— Вот и наступил момент, когда мы перейдём от грустных моментов нашей жизни, к более позитивным. Каждый из вас, кто сегодня откликнулся на моё приглашение, поневоле задумывались, почему я выбрал это место. И я вам отвечу. Это место, где закончилась жизнь и история одного рода и где возродится жизнь, а также начнётся новая глава одного из старейших родов нашей империи. С вашего разрешения, я хочу представить вам главу рода Барклай-де-Толли. Сергея Алексеевича.

— Иди давай, — подтолкнул меня в спину Кочубей.

Поднявшись на сцену и встав по правую руку императора, я сделал небольшой поклон.