Иван Дмитриев – Наследник. Обретение дара (страница 48)

— А швырять меня со второго этажа по лестнице тоже от незнания? Или от незнания порвать мой пиджак?! — пожал я плечом, где не хватало рукава. — Или от незнания он решил разбить мной, какую-то древнюю вазу из моей же коллекции!? Знаете, Мстислав Никитич, я вас лично уважаю, но этот придурок, просто незнанием не отделается.

— Да как ты смеешь щенок врать про меня! — взвизгнул мужчина.

— Николай Сергеевич, это правда? — нахмурился глава канцелярии.

— Да кому вы… — заюлил мужчина.

— Да или нет?! — в голосе старика сквозил холод.

— Да, я его вышвырнул! У меня не было никого, на этаже кто мог бы помочь. В противном случае я бы и пальцем это отребье не тронул. Нарожали всяких придурков…А мне мучатся с ними.

Бум! Моя раскрытая ладонь влетела ему в нос.

— А-а-а-а-а! — завыл он от боли.

Я же согнулся от боли и рухнул на колени, мне по печени прилетело анатомической железной дубинкой. На глазах выступили слёзы.

— Убью урода, — прохрипел я. Во мне закипала злость, перемешиваясь с яростью.

По рукам пошла волна холода.

— Сергей! Стой! Сергей! Бегите! Бегите отсюда! — раздался отчаянный крик старика.

Бабах!

24. Наказание или подарок?

По двору прокатилась волна холода. Покрывая жёлто-зелёную траву инеем. Вокруг меня началась вьюга.

Небо обложили тяжёлые снеговые тучи, и оно приобрело серый цвет. На улице стало пасмурно.

Мелкая снежная крошка стала сечь мне лицо.

— Сергей, прекращай! — раздался позади меня голос Мстислава Никитича. — Не нужно создавать проблем с пустого места.

— Оскорблять меня, это пустое место? — ледяным тоном произнёс я, поднимаясь на ноги.

— Он понесёт наказание от руки императора. Не тебе совершать суд над этим человеком, — произнёс старик, встав за огненным куполом, окружающим меня.

Во двор вбежало десяток полицейских. Которые растерянно смотрели на происходящее.

Посмотрев по сторонам, на вооружённых людей, взявших меня в прицел и ползущего по земле в сторону дверей хлыща, я лишь хмыкнул.

— Вы очень наивно полагаете, что я буду прислушиваться к вам в этомвопросе, — «выстрел» и вокруг ног щегла появилась ледяная цепь, прижавшая его к земле.

— Сергей! — в голосе старика слышался металл.

Очередной «выстрел» и лежащего на земле мужчину начало вдавливать в землю, разрезая его ноги, заставляя его заорать от боли.

— Ты зря это сделал, — с сожалением произнёс Мстислав Никитич, морщась от стоявшего ора. — Тебе придётся отвечать за свой поступок.

— Отвечу не переживайте, — хмыкнул я, подходя к огненному куполу. — А вам советую, уберите это недоразумение. Вы всё ещё в моём доме. И я расцениваю это, как нападение на меня.

— Ты опасен для окружающих! — зло крикнул старик.

— Я опасен для своих врагов, — процедил я.

Положив руку на купол, я начал вливать в него свою силу.

Заставляя его гудеть. Через мгновения вместо огня, по куполу понеся лёд.

— И вы должны были это понять раньше, — произнёс нейтрально, ударив по куполу льда другой рукой, заставляя её рассыпаться на тысячи мелких льдинок. — Вам тут больше не место Мстислав Никитич. Можете забирать этого дебила, — кивнул я на хлыща, вокруг которого сидело несколько человек в халатах и костюмах. — И вместе со своими людьми катится вон. В приёме в этом доме вам отказано навсегда. Хотя хорошо, своих людей оставляйте…безопасность императора нужно обеспечить.

Старик, с трудом и помощью своих людей поднявшийся с земли.

После того как рухнула сфера, он упал на спину и выслушивал меня, уже смотря в небо.

Махнув рукой, выгоняя полицию и окружавших его людей, он тяжело вздохнул и посмотрел на меня.

— Ты желаешь огромную ошибку.

— Вы мне тут ещё поплачьте, — отмахнулся от него.

Похлопав в ладоши, я привлёк внимание спрятавшихся людей.

— Работайте! Время не ждёт!

Развернувшись, я отправился в дом, нужно было переодеться, да и отдохнуть не помешает.

После обрушения купола меня начало потряхивать, а руку, которой вливал силу в стену огня, кололо тысячами иголок.

Рявкнул на очередную дорожную даму, которая развела истерику, когда я поднялся на этаж. Я рухнул на кровать.

Отдохнуть мне толком так и не дали. Я вдруг и неожиданно стал нужен всем подряд.

Какую скатерть уложить на стол, сколько нужно цветочных горшков выставить во дворе.

Откуда эти цветы вообще достали?

И такими мелочами меня дёргали постоянно, под конец я уже просто перебрался в кабинет на первом этаже и сидя в кресле, отвечал на эти глупые вопросы.

Вскоре во дворе начали появляться и гости.

Я стоял за шторой и смотрел в открытое окно, как небольшую сцену заняло пять музыкантов и наигрывали какую-то классику.

Там пампампам пам пампампам пам тудудудудууууу.

Но больше меня интересовали гости.

Вечерние длинные платья на женщинах разнообразных цветов и классические костюмы и фраки у мужчин.

У каждого в руках были бокалы и они начали делиться на небольшие группы, зачастую женщины стояли отдельно.

И кто эти все люди, я не знал. Да и не хотелось мне их знать.

Ладно, пора на выход.

Пусть привыкают к моему присутствию.

Подхватив бокал, я принялся разгуливать по двору. Не приближаясь к гостям и не концентрируя на нихсвоё внимание, я рассматривал украшения и лампы, которые развесили в огромном количестве по всем стенам.

И этим я привлекал к своей персоне неимоверное количество внимания. Десятки пар глаз, сверлили меня в спину и у каждого из них был один вопрос. Кто я?

Но ни один из них не подошёл ко мне. Предпочитая свернуть в сторону с моего пути.

— Серёга! Ты то откуда тут? — раздался позади меня голос Макса.

— Да вот…пригласили, — пожал я плечами, улыбаясь парню.

— Крутяк! Теперь мне не придётся одном гулять с нашими девушками, ты не поверишь, как они меня достали, на этом приёме. А пойдём туда. А пойдём сюда. Давай попробуем это. А почему нас вообще пригласили…радоваться нужно, что нас позвали, ты же тоже заметил, что в основном тут представители верхушки родов? — подхватив меня за руку, он потащил меня к одной из беседок.

— Да? Не обратил внимания, — покачал я головой задумчиво.

— А ну…да. Ты же не можешь их всех знать, — извиняющимся тоном проговорил парень. — Идём, я познакомлю тебя с моим отцом!

Его отцом оказался высоким мужчиной средних лет, с затянутым в высокий конский хвост тёмными волосами. Орлиный нос и цепкий взгляд будто проникал в самую душу.

Он стоял в окружении двух человек и заметив своего сына, махнул рукой, подзывая к себе. Мужчины, сделав небольшой поклон, оставили нас втроём.