Иван Чернышов – Есть только дорога… (страница 17)
Спустя какое-то время Леший тихонько собрал свой рюкзак. Гитару пришлось оставить под Жекину ответственность, ибо Жека как раз вошёл в раж и разыгрался. Космонавт с ещё несколькими людьми ушёл по лесенке наверх, на второй этаж, и закрыл за собой люк…
– Полина, Лосик, Света, Леший, – представил Манул подошедших девушек. "Красивые", – подумал Леший.
– Очень приятно. На Песчаное?
– Не. "Илья в воду нассал"67, купаться уже не стоит. Пошли на писаницу.
– А это где?
– Здесь недалеко. На одной из скал в лесу, на восточном склоне Медвежки.
– Я в бытность студентом Лестеха на Медвежке орхидеи считал.
– Башмачки. Цветы лесных грибов…
– Ну что. Тудуп. Тудуп. Туду-туду-тудуп… – Леший пропел мотив из "Розовой Пантеры"
– Потопали.
Бригада из пяти человек захлопнула за собой калитку и отправилась по пыльной грунтовке, мимо дворов с лающими собаками, стрекочущих кузнечиков в сырой траве и первых сосен в сторону Северской Писаницы.
Сначала шли по грунтовке. Пересекли ЛЭП, затем на развилке грунтовки повернули налево. Ночью дорогу было заметно также, как днём. Более светлый гранитный песок выделялся на фоне густой черноты леса и глубоко синего звёздного неба. Ночных животных и птиц слышно не было, только стрёкот кузнечиков.
"А вот здесь я ещё не был, – подумал Леший, – пойду здесь днём – не найду места, наверное"
Манул свернул с дороги на какую-то тропинку. Теперь ветки начали хлестать по лицу, и стало совсем темно. Процессию замыкал Леший. Идти приходилось, ориентируясь на силуэт впереди идущего. Скоро показался разрыв в кроне леса, а под ногами обнаружились брёвна. Впереди чернел гранитный останец.
"У нас тут дрова припасены, так что костёр разведем. Увидишь всё сам, если впервые здесь", – сказал Манул.
Девушки тоже взяли с собой рюкзаки. Из рюкзаков они достали пледы и свечи.
Леший с Манулом стали разводить костёр. Несмотря на росистую сырость, разгорелось всё быстро. Пламя костра озарило скальную стенку четырёхметровой высоты. На ней были изображены люди в воинствующих позах и знаки, изображающие водоплавающих птиц.
– Древние плавили здесь металл и приносили жертвы. Точнее жертвы приносили шаману. В обмен на связь с предками, колдовские обереги и орудия, которые делали мальчика мужем, а девочку – женщиной. Сюда приносили дрова из леса, и подбитых уток с озера. Зимой здесь дули сильные ветра, и шаманы сидели в уединении. Как они не замерзали сейчас сказать тяжело. Но они жгли огонь, плавили медь и общались с духами. Некоторые из них общались и с будущими шаманами.
– Откуда это известно?
– Во-первых, я сам шаман, – посмеялся Манул, – Во-вторых, только что из археологической экспедиции приехал. Копаем мы недалеко отсюда, в Палкино.
– А здесь тогда не было леса?
– Лес был, но ниже. Здесь, на вершинах сопок, были пустоши. Там, где сейчас болота, были озёра. А ещё раньше здесь вообще была тундра. И жили мамонты, шерстистые носороги, бизоны, степные лошади и северные олени. Северный олень, кстати, сюда на зимовки приходил ещё в начале двадцатого века.
– Интересно…
…Тихонько потрескивает костёр. Девушки зажгли свечки в обрезках пластиковых бутылок и расставили их на скале. Ощущение, что "все знают своё дело", было для Лешего странным. Но ореол чуда и чувство "правильности" происходящего немного успокаивало Лешего.
– У меня ощущение, что не я вас позвал в лес, а вы меня.
– Может и так. Скорее всего, сошлось несколько факторов.
– Мне иногда снится человек, представляющийся Волком. Он говорил однажды, что на Северке я встречу шаманов.
– Волк? Опиши, как он выглядит?
– Короткие волосы, высокий, с небольшой бородой. Шрам на верхней губе. Одежда разная.
– А место? – спросила Полина
– Не помню. Всегда по-разному. А почему вы спрашиваете?
Манул вздохнул и начал.
– Волка никто из нас не видел здесь. Только во сне. Но он часть нашей "рабочей группы". Косвенно мы выяснили, что он живёт где-то на Южном Урале, в горах.
– Рабочей группы? Чем вы занимаетесь?
– Ну, так и не скажешь. Можно сказать, "энергуйством". Так будет понятнее тем, кто остался в доме у Космонавта. Храним равновесие. Помогаем Земле.
– А зачем Волк свёл меня с вами?
– Это ты у него спроси.
Полина проговорила:
– Не знаю, насколько ты знаком с видением. Кроме всяких энергуйских штучек-дрючек про ауру и перетекающие энергии. Мы совсем не об этом. Умение видеть вне времени и расстояния. В разном ходе времени и разном пространственном размере. В этом ничего сложного. Просто надо рассредоточить свои пространственно-временные координаты. Так вот. Жизнь на нашей Планете – это явление, появившееся с самой планетой. Причём всё – от молний и красных спрайтов до кристаллов и шума океана есть жизнь. Она делает друг другу плохо и хорошо. Лучше, конечно, делать хорошо. Человек был создан Землёй, чтоб вернуть на поверхность планеты захороненную энергию Солнца. Земле от этого, конечно, больно, но ещё больнее от ненависти и страха.
– Что-то такое я на философии читал.
– Если вам на философии рассказывали про описанные Грофом68 трансперсональные переживания, то браво вашему преподавателю.
– И помню, что целительными для Земли являются танцы первобытных народов.
– И танцы тоже. Но важнее быть целостным и осознанным.
– Сейчас подобным занимаются разные люди. В том числе и наша "рабочая группа", – сказала Света.
– И что мне делать с этим?
– Жить как жил. Просто более осознанно. Волк даст подсказки.
– Один мой друг говорил. Точнее, Мир говорил через него, – проговорила молчавшая до этого Лосик, – что в некое время мир начал разваливаться на кусочки. На каждом из кусочков был свой маленький демон, который властвовал на этом кусочке. Все эти демоны знали друг друга и сотрудничали. Но люди, жившие в этих кусочках мира, ненавидели людей из других кусочков. Так ими было проще управлять. Им внушили, что там, за границами их маленького кусочка живут и не люди вовсе. Но потом появились штопщики69. Те, кто штопал порванную ткань мироздания. Странники, бродячие певцы, художники, музыканты, поэты, мастера. Они стали ходить из кусочка в кусочек, стягивая их между собой невидимой нитью. Они показывали, что в других кусочках мира те же люди, что они поют те же песни. Они учили людей петь добрые песни, радоваться и любить. Естественно, это не понравилось демонам. Демоны стали отлавливать штопщиков, отбирать у них невидимые нити. А потом демоны просто создали свою паутину по образу и подобию нитей штопщиков.
– Интернет?
– Не только. Создаётся вещь или явление вроде бы для удобства, а на самом деле закабаляет людей. Штопщики всё равно продолжали ходить и штопать рвущуюся ткань мироздания. И продолжают до сих пор.
– Стопщики-штопщики.
– Часть стопщиков действительно такие.
– Поэтому я здесь?
Повисло молчание. Лишь костёр потрескивал в ночи.
– Вы что мои мысли читаете?
– Нет. Мысли мы не читаем. Их не обязательно читать, чтобы понять, о чём ты думаешь. Некоторые вещи написаны на лице, – ответил Манул
– Кто ещё в вашей "рабочей группе"?
– В нашей группе ты всех видел. Теперь здесь и ты. А вообще таких групп много. Иногда они пересекаются между собой. Ты сам до этого дойдёшь.
Леший призадумался.
– Что вы ещё делаете?
– Мы? Да много всего. Общаемся-поём-рисуем, – сказала Света, – да и вообще жизни радуемся. А в миру разным занимаемся.
– Все путешествуем по мере возможности, – подхватила Полина.
– Да вы прямо джедаи какие-то.
– Ага. Время доставать световые мечи!
Манул выхватил палку из костра, на другой стороне то же самое сделала Полина. Они начали меж собой "фехтовать", и горящие головни оставляли огненный след на фоне тёмного леса. Всё это сопровождалось смехом и матом, и было тяжело поверить, что несколько минут назад все сидели у костра с видом заговорщиков, обсуждающих план захвата мира.
Потом Манул взял большое бревно и выгреб часть углей из костра на полянку. Лосик расчистила сосновые иголки вокруг.