Иван Черных – Тайфун (страница 23)

- Что ж, теперь я не командир и не волен тебе приказывать, - с грустной улыбкой заметил Родионов. - Пусть будет по твоему. Только без всяких горячительных.

- По сто пятьдесят-то можно?

- Ни грамма. Если хочешь выпить, сделаем как вчера, у меня дома...

Воспоминание о том, что ему снова надо возвращаться в пустую, опостылевшую квартиру, болью отозвалось в груди и вызвало грустные раздумья. "Судить тебя будем! Военным судом!" - колоколом зазвенели в ушах слова генерала. В тюрьму, разумеется, им упрятать его не удастся, не все же в правоохранительных органах такие упертые дураки; повесить на него убийство они не смогут. А вот убедить судей, что Веронику он привез в гарнизон небескорыстно и что без интимной связи не обошлось, постараются большинство людей давно утратили чувство благородства и взаимоотношения строят на взаимовыгодных условиях: ты мне, я тебе; особенно в нынешнее время. И каждый будет судить по себе: зачем везти в квартиру лишнего человека, когда самим жрать нечего... Попробуй докажи, что ты не верблюд... Пусть так считают. Но за прелюбодеяние в тюрьму не сажают. А вот из армии уволят... И что он будет делать без самолетов, без неба? - снова встал вопрос. В грузчики податься, в сторожа? Отбарабанил положенное время и пей, гуляй... Нет, это не для него. Лучше сразу пулю в лоб... Хотя, как сказал поэт: "В этой жизни помереть не ново..." Надо найти Ольгу...

- Можно и по вчерашнему варианту, - прервал его мысли Кононов.

- А скажи, у тебя нет знакомых в административной службе аэропорта? спросил Родионов.

- Если надо, поищем. Смотря для какой цели.

- В журнале отлетающих пассажиров поискать фамилию Калашниковой Ольги Ивановны. За ноябрь прошлого года.

- Понял, Владимир Васильевич. Буду искать подход.

- Время не терпит. - Родионов понимал, насколько это сложное и деликатное дело - залезть в прошлогодний архив, искать среди тысяч фамилий одну. И не каждого в архив допустят... - Придется все же просить помощи у следователя.

- Можно и его, - согласился Кононов. - Но он тоже не сразу бросится в архив. У него дел поболее наших. Будем действовать параллельно...

Уже подъезжая к аэропорту, Родионов обратил внимание, что за ними неотступно от самого города следует "Волга". Случайность, или они уже кого-то заинтересовали?

Кононов припарковал "Жигули" на площадке около ресторана. Невдалеке остановилась и "Волга". Из неё вышла парочка - молодой мужчина и девушка и тоже направились в ресторан, вслед за Родионовым и старшим лейтенантом. И сели невдалеке так, чтобы хорошо все видеть. Похоже, не случайные попутчики. Кого же мог заинтересовать визит двух офицеров? Скорее всего, Мацевича. Так быстро организовать слежку мог только он - у него своя служба безопасности... Да, с нынешними бизнесменами шутки плохи, и добрые намерения могут принять за опасную игру. И когда Кононов после обеда хотел отправиться на поиски знакомого летчика, чтобы через него выйти на нужного администратора, ведающего летной документацией, Родионов отговорил его:

- В другой раз. Сегодня надо встретиться со следователем...

От аэропорта и до поворота в гарнизон их сопровождала уже не "Волга", а "Тойота". И хотя в кабине находилась не та парочка, а двое пожилых мужчин, Родионов пришел к убеждению, что это люди из одной "конторы" и преследуют одну цель.

Обратил внимание на слежку и Кононов.

- Командир, а не кажется вам, что за нами "хвост" прицепился?

- Кажется, Виталий. Чем-то кого-то мы заинтересовали.

- А вы говорили - без оружия обойдемся. В наше время и в туалет надо с пушкой ходить.

- Видно, не без греха новые бизнесмены, которых мы посетили. Переполошились, сволочи. Надо следователя на них натравить...

К сожалению, капитана Врабия в гарнизоне они уже не застали. Дежурная по гостинице сообщила, что следователь рассчитался полностью и уехал.

3

После допроса Оксаны Наливайко, бухгалтера фирмы "Моррыба "из Петропавловска-Камчатского, Врабий пришел к окончательному выводу, что её любовник Эдик, не кто иной как вор-рецидивист Фонарев Павел Семенович. Познакомилась с ним Оксана два месяца назад. Как-то, выходя утром на работу, встретила его у подъезда. Он поздоровался. Оказалось, они живут в одном доме, в одном подъезде, только на разных этажах. Эдик представился инженером геологоразведки. Не женат. "Все некогда, - пошутил он. - Да и в тайге, в тундре невесты не водятся". И Оксане надоело разных мужиков принимать, каждый раз со страхом проверяться, не подцепила ли какой болезни. Стали встречаться. Эдик ей понравился - самостоятельный, уравновешенный. Пил в меру, не хвастун, скорее молчун, лишнего ни о себе, ни о работе не скажет. Любил больше слушать о её жизни и работе. Как-то в начале мая вдруг заговорил об отпуске. Не плохо бы, мол, махнуть на юг, к Черному морю, где все уже в зелени, в цвету, где от медвяного запаха белой акации, как от молодого вина, голова кружится, кровь играет и душа поет. Оксана сказала, что отпуск ей положен только осенью, сейчас её никто не отпустит. А на другой день он снова заговорил о юге, о теплом море, о людях, которые загорают, купаются и, кроме удовольствий, ни о чем не думают. Так растравил душу женщине, что она в конце концов согласилась просить отпуск за свой счет.

"А зачем просить? - возразил Эдик. - Давай уедем просто так, никого не предупреждая."

"А как же без денег?" - не поняла, к чему клонит возлюбленный.

"Разве у вас в кассе нет денег?"

"Ты что?! - возмутилась Оксана. - Это же чужие."

"Вот именно, - Эдик обнял её ласково и прижал к себе. - Чужие. А чьи именно? Вашего босса Швендика Ивана Яковлевича. А где он взял столько денег, чтобы закупить пять рыболовецких судов? Не знаешь? А я знаю, Украл. Так почему бы ему не поделиться с нами? Если мы возьмем у него пару миллионов, что он обеднеет?"

"Двух миллионов на дорогу не хватит", - возразила Оксана.

"Два миллиона долларов," - уточнил Эдик.

"Нет, нет, - замотала головой Оксана. - Я не смогу".

"Я помогу," - стоял на своем Эдик. И в конце концов уговорил. В канун выходных они похитили из кассы полмиллиона долларов - больше не оказалось, взяли билеты на самолет до Хабаровска, где, по всей вероятности, Эдик собирался поступить с возлюбленной как и с Бакурской, чтобы окончательно замести следы - искать-то будут бухгалтершу Наливайко Оксану, а не его. Зачем он поехал в гарнизон к Кононову, можно только гадать: возможно, чтобы удостовериться как прошла акция с первой жертвой, возможно, ещё за чем-то. То, что он чуть не столкнулся нос к носу со следователем, спасло Оксану от участи Бакурской. А то, что в выгребной яме туалета найден труп бухгалтерши из Южно-Сахалинска, Врабий был уверен на девяносто девять процентов. Следовало только подтвердить свое предположение анатомическими или дактилоскопическими данными. А их раздобыть можно было только в Южно-Сахалинске...

В фирме "Росяпонрыба" уже стали забывать о кареглазой бухгалтерше, сбежавшей с миллионом долларов, смирившись с пропажей, не веря, чтобы органы правосудия серьезно взялись за поиски преступницы; и сотрудники фирмы были приятно удивлены, когда узнали, что к ним по делу Бакурской прибыл следователь из Хабаровска.

Сбор необходимых сведений Врабий начал с отдела кадров. Здесь он раздобыл не только фотокарточку преступницы, но антропометрические данные рост, вес, группу крови, снимок зубов; - характеристику от начальников и сослуживцев: женщина не глупая, себе на уме; близких подруг не имела. С мужчинами на работе держалась строго, но её частенько видели в ресторанах. С моряками, вернувшимися из длительных плаваний, с командированными. Любила красиво одеваться и вкусно поесть: всегда на работе в холодильнике держала деликатесы - икру, крабы, шоколадные конфеты. В общем, не бедствовала. Квартиры, правда, собственной не имела, жила у приятельницы, работавшей судовым поваром и почти все время находившейся в плавании. Обе мечтали накопить денег и уехать в Крым, купить там себе квартиры...

Сведения важные, но не исчерпывающие. Следователю же нужны были такие, которые можно сопоставить с данными эксгумации. А Марина, по словам сослуживцев, никогда не болела и ни в какой поликлинике на учете не состояла. И особых анатомических примет никто не мог припомнить.

После долгих расспросов и поисков, Врабию удалось наконец выйти на одного из любовников Оксаны, военного моряка, капитан-лейтенанта. Офицер вначале отнекивался, мол, встречался с Оксаной всего пару раз и ничего серьезного у них не было, и лишь когда капитан сообщил ему о предполагаемом убийстве женщины и для чего ему нужны сведения, признался: да, переспал он с ней однажды. Женщина она темпераментная, с прекрасной фигурой. А вот особых примет он припомнить не может.

- За один раз разве запомнишь, - смущенно пожал плечами капитан-лейтенант.

- А что так? Не понравился ей?

- Не то, чтобы не понравился, - ещё больше смутился офицер. Помялся и признался: - Обманул я её. Она боялась забеременеть и просила надеть "резинку". А у меня не было. Я порылся в кармане, показал ей какую-то бумажку. Потом она, конечно, поняла, возмутилась. Я успокоил, что все, мол, будет в порядке. А когда через три месяца вернулся из плавания и зашел к ней, она по физиономии мне заехала. Сказала, что пришлось из-за меня в больницу ложиться...