Иван Булавин – Уполномоченный (страница 29)

Не так уж и тяжело. Глеб, хоть и был тяжелее, старался помогать, цепляясь за малейшие неровности скальной стены. А враги атаковали. У Саввы как раз кончились патроны, внизу послышались выстрелы из револьверов. Антип не подпускал орков к скале.

Дотянув Глеба, когда тот ухватился руками за край обрыва, Иванов оставил верёвку и забрал карабин у Саввы. Спешно начал пихать патроны в магазин. В прицел глянул мельком, Антип всё ещё стоит. Орки подбираются, прячась за неровностями. Впрочем, он ведь их не видит, или видит плохо. Только бы успеть.

Кто-то из орков выстрелил. Пуля полетела в цель, но, Антип остался стоять. Следом раздались щелчки, видимо, луки или арбалеты. А потом Иванов начал отстрел. Завалить удалось двоих, одного насмерть, второму прострелил ногу, которая торчала из-за камня. Остальные успели уйти от расплаты. А когда патроны закончились, оставшиеся снова кинулись в атаку, теперь уже слаженно, организованной толпой.

Три выстрела из револьверов, потом, видимо, патроны закончились, и два оставшихся орка с каким-то оружием кинулись на высокую фигуру Антипа. Иванов выругался, вырывая из кобуры Маузер, не попадёт, так хоть отгонит, если не поздно ещё.

Но Антип его удивил. Оказалось, что владение шашкой у него прокачано на высшем уровне. Два движения с поворотом корпуса – и оба нападавших уже откатились. Один упал и не двигался, второй принялся отползать, придерживая вываливающиеся из живота внутренности. Молодец парень.

Оставив бесполезный уже карабин, Иванов снова взялся за верёвку. Тянуть Антипа было нелегко, силы уже были на пределе. Он и мазать начал оттого, что руки тряслись от напряжения. Каждый рывок поднимал парня на метр, а метров этих было ещё много. Савва несколько раз выстрелил вниз уже из своей винтовки. Возможно, попал в кого-то, но без ночного прицела это был только беспокоящий огонь. Мелькнула мысль, чего можно наворотить, имея пулемёт, но тут же и пропала. Не было у него пулемёта, и взять его негде. Даже насквозь коррумпированный Охрименко такого не продаст.

Когда Антип наконец перевалился через край поляны, они смогли осмотреться. Итак, девочка – балласт, бежать или даже идти самостоятельно она не может, только мычит и слюни пускает. Придётся нести, но это невеликая ноша. Ранен Глеб. Ранен серьёзно, пуля прошла вскользь, но вырвала из тела кусок мяса, боль, должно быть, чудовищная, да и крови вытекло уже прилично, вон, вся куртка от крови чёрная. Ранен и Антип, но его легко зацепили кинжалом, прорезав одежду, а до тела достали только самым краем. Рана неглубока, да и кровоточит слабо. Итого: два трёхсотых, а им надо бежать. Орки (это было понятно и без наблюдения) собрались в отряд и направились в обход. Радовало только то, что идти им долго, часа четыре, если бегом. За это время люди уже в лодке будут, на пути домой.

Девочку он взвалил себе на плечо. Совсем лёгкая, и тридцати килограммов, наверное, нет. Винтовку повесил на плечо, а Савве, идущему в головном дозоре, выдал фонарик. Скрываться уже не от кого, требуется скорость и ничего больше. Впереди ещё проклятый мост, как переходить с такой ношей?

Бежали они так, словно уходили от смерти. В каком-то смысле так и было, вот только смерть не нагоняла их сзади, а стремилась отрезать путь к дому. Савва на бегу объяснял, что в их случае драться будет бесполезно, поскольку орков придёт куда больше, чем было в деревне. Уже все окрестные кланы извещены и отправили гонцов на выручку. А кто-то живёт куда ближе к цели, значит, времени у них ещё меньше. Бежать, даже вниз, с горы, было всё труднее, пот заливал глаза, дыхание сбивалось, проклиная старость, Иванов старался хотя бы не подвернуть ногу. Обидно было, что старый Савва, который старше его на пятнадцать лет, если не больше, хоть и дышит тяжело, но темп выдерживает, а он уже свалиться готов.

В ту сторону они двигались больше двух часов, обратно добежали за сорок минут. Савва окриком остановил их и предупредил, что впереди мост. Самое сложное. Девочку, которая постепенно приходила в себя и даже довольно внятно попросила пить, ради безопасности привязали к спине Иванова. Тут бы кого полегче найти, он и сам-то под центнер весит, а тут ещё тридцать сверху. Дерево может и не выдержать. Зато он тут самый сильный, так что двигаться с такой ношей сможет.

Пошёл последним, так, чтобы на той стороне держали дополнительную верёвку, привязанную ему за пояс. Хоть какая-то страховка. Двумя руками вцепившись в верёвки, он сделал шаг. Дерево затрещало, но не сломалось. Но это здесь. А на середине напряжение достигнет пика. Ещё шаг. Он старался ставить ноги шире и не отрывать подошву от дерева, просто скользил ботинками с места на место. Фонарь с той стороны освещал лестницу. Каждую перекладину видно отчётливо. Так, ещё шаг. Руки дрожат от страха и напряжения. На спине мелко дрожит его ноша, девочка уже почти пришла в себя и могла видеть всё, что происходит.

Шаг – и поперечная перекладина ломается пополам. От испуга он дёрнулся, зашаталась вся конструкция. С того края натянули страховочную верёвку, давая понят, что так просто упасть не дадут. Ещё шаг, ещё, вот и середину миновал. Осталась едва четверть. Тут мимо с воем пролетела пуля, а с задержкой в долю секунды послышался и выстрел. Их догнали. Оглядевшись, он понял, что стреляют издалека, с соседней вершины. Это не те орки, явно из другого клана, вышли осмотреться и увидели свет фонаря. Пусть стреляют, попасть из гладкоствола можно только случайно, тут метров триста расстояние.

Тем не менее, вторая пуля пролетела в метре от него, но в этот момент ноги уже ступили на твёрдую землю. Савва, увидев это, схватил топор и начал рубить мост, правильно, его уже спалили, теперь он, если и будет служить, то уже не людям. Лучше сломать.

Савва, несмотря на возраст, с работой справлялся отлично. Жерди были перерублены минут за пять, мост с треском полетел вниз, те верёвки, что его страховали, оборвались и отправились следом. Можно было бежать дальше, но Глеб был совсем плох, парень от потери крови терял сознание, пришлось потратить на перевязку несколько минут. Светили фонарём, уже без разницы, их заметили. Теперь каждая минута задержки уменьшает их шансы на спасение.

Савва и Антип подхватили Глеба под руки и двинулись первыми, Иванов с девочкой на плече, замыкал шествие. Девочка уже вполне оклемалась, но была ещё слаба, не выдержит темпа.

Бежали всё по той же тропе, теперь взошла луна, идти было легче, справа и слева от падения предохраняла густая растительность. Иванов периодически подносил к глазу прицел, чтобы осмотреть окрестности. Красных пятен не видно. Орки или отстали, или пошли другой дорогой. Думать, что они не найдут место спуска к воде, было бы наивно, эти горы – их дом, это люди здесь пришлые. Наверняка уже несколько групп движутся туда, чтобы перекрыть пути отхода.

- Надо перезарядиться, - крикнул на бегу Иванов. – Там могут нас ждать.

- Уже, - хрипло отозвался Савва, заметно было, что он на последнем издыхании. – Даже Глеб перезарядился, стрелять придётся точно.

Это было отлично, если столкнутся с группой, смогут на какое-то время обеспечить огневое превосходство. Может быть, и не завалят всех, но смогут прорваться к лодке. Лодка, кстати, тоже уязвима, прострелят резину и всё. Накрылось плавание. Хорошо, если до того берега дотянут.

Ночь уже заканчивалась, когда вдали послышался плеск воды, на востоке небо осветилось бледными лучами встающего солнца. Отлично, в том смысле, что теперь есть глаза у всех, а не только у одного.

Метрах в пятидесяти от берега Савва вдруг велел остановиться. Надо отдать ему должное, всю жизнь прослужив в разведке, он обладал отличной наблюдательностью. Что-то насторожило его, а тепловизор, которым можно было прощупать окрестности, теперь был бесполезен.

- Засада, - уверенно сказал старик и, отпустив Глеба, выхватил револьвер.

Глеб был в сознании, поэтому не упал, а всего лишь мягко опустился на траву, подхватывая свой дробовик. А орки, поняв, что обнаружены, кинулись в атаку. Окрестные кусты ожили, из них выскочило не меньше двух десятков клыкастых воинов.

Но начало схватки осталось за людьми. Огнестрел у орков был примитивный, кремнёвые ружья, которые, как известно, палят с задержкой, да и при выстреле можно увидеть вспышку затравочного пороха, которая демаскирует стрелка.

Группа успела броситься врассыпную, четыре пули прошли мимо, а ответный огонь разил без промаха. Выстрелив один раз из Карабина, Иванов отбросил его на траву и выхватил пистолет. Дистанция слишком короткая, а целей слишком много. Стрелять приходилось в упор, постоянно отступая. А зеленокожие твари, рассвирепевшие от запаха крови, своей и чужой, кидались в бой, не обращая внимания на ранения, даже пуля в грудь останавливала не сразу.

Подстрелить удалось семерых, когда затвор Маузера замер в заднем положении. Пистолет полетел в сторону, а вытащить обрез не удалось. В его сторону уже летел наконечник копья. От удара он ушёл, копьё пронзило воздух у него под мышкой, слегка распоров рукав куртки. Иванов тут же пошёл на сближение, но орк не успел воспользоваться ножом. Он даже достать его не успел, когда увесистый кулак прилетел ему в челюсть. Большая масса не дала противнику свалиться в нокауте, но он поплыл, дав возможность человеку вытащить из чехла обрез.