Иван Булавин – Те, кого нельзя называть (страница 42)

— Что там, на берегу? — крикнул я учёному, пытаясь перекричать завывания ветра снаружи, от которых не спасала даже звукоизоляция.

— Кайенна! — крикнул он в ответ, стараясь уберечь чемодан. — Французская Гвиана.

— Там есть большие здания? — спросил из кабины Лом, без устали боровшийся с ветром, борьба была столь суровой, что я переживал, как бы могучий ведьмак не оторвал штурвал.

— Да нихрена там нет! — отозвался Башкин и следом загнул трёхэтажный мат. — Деревня большая, тысяч на пятьдесят, не больше. И здания там соответствующие, и мутантов, скорее всего, до чёрта!

— Выбора нет, — сказал Коростин. — Садимся.

Посадка прошла не сказать, чтобы штатно, но хотя бы не разбились. Место было выбрано относительно удачно, с трёх сторон аппарат окружали большие дома, да и сам городок не отличался сильными разрушениями. Башкин был прав, большая деревня. Вот только деревня эта тут стоит уже не одну сотню лет, а значит, здесь имеются капитальные здания, за которыми можно пересидеть непогоду. Одним из таких зданий стала местная ратуша, или это была не ратуша, но здание оказалось добротным, в два этажа, кирпичное, явно построено в позапрошлом веке или даже раньше, даже крыша за столько лет не провалилась. Рядом стоял жилой дом, тоже кирпичный и, хоть и не такой старый, то целый, обвалился нижний балкон, выбиты стёкла, но остальное стоит крепко.

На борту имелись специальные «якоря», средства для закрепления транспорта в непогоду. Пришлось потратить ещё четверть часа на то, чтобы зафиксировать аппарат на земле. А сами мы отправились в старое здание, чтобы пересидеть непогоду там, поскольку аппарат наш даже на якорях ощутимо потряхивало.

Внутри имелось несколько помещений, двери местами сломаны, местами сгнили, но внутри всё ещё можно было прятаться от непогоды. Выбрав кабинет или комнату, достаточно просторную, чтобы вместить всех, мы остановились там. Единственное окно получилось закрыть массивной деревянной столешницей, длинный стол отлично встал от пола до потолка, после этого, слегка очистив помещение от мусора, мы стали располагаться на ночлег.

Топливо в наличии имелось, как в виде бурелома, так и в виде полусгнивших остатков мебели, но огонь разводить мы не стали. Чем меньше внимания привлечём к себе, тем лучше. Ужин готовили на газовой плитке, а для обогрева использовали одеяла, впрочем, обогрев пока не требовался, края тут тёплые, разве что, к утру похолодает.

— Давайте ставки делать, — предложил Винокур, грустно улыбаясь. — Кто к нам придёт сегодня ночью?

— Ставлю на людей, — сказал Башкин.

— Отчего так? — удивился офицер. — Никаких следов наличия тут людей нет.

— Они здесь были, — уверенно заявил Лом, охотник обладал умением впадать в транс, часами сидя на месте и глядя в одну точку, при этом всё видел и слышал и даже мог вставлять реплики. — Есть следы группы людей, старые, но есть.

— Старые насколько? — уточнил я.

— Примерно три-четыре недели, могу ошибаться, тут своеобразный климат, сохранность следов соответствующая.

— И? Что это были за люди? — спросил Башкин.

— Просто люди, относительно цивилизованные. Группа до двадцати человек.

— Ну, люди — это всё-таки не мутанты, с ними можно попробовать договориться, — сказал Коростин, разливая суп по котелкам. — В идеале, подкинут нам какую-нибудь информацию, расскажут, как тут обстоят дела с де… с ними.

— Это если во главе группы не стоят куклы, — уныло проговорил Башкин.

Ужин прошёл в молчании, мы были на новом месте уже три часа, а на нас до сих пор никто не напал, что радовало и настраивало на позитивный лад. Спать укладывались за полночь по местному времени, на часах остался Никита, да и Лом, даже спящий, мог многое услышать и почуять.

Глава двадцать первая

— Хорош спать, — кто-то невежливо толкнул меня в бок.

Открыв глаза, я увидел Винокура. Офицер был необычайно бодр и как раз занимался личной гигиеной, щёки у него были намылены, а на стене висело небольшое круглое зеркало.

— Сколько времени? — спросил я, попытавшись прижать к себе Марину, рука сжала пустое одеяло.

— Да какая разница, — Слава вынул бритву и начал скоблить щёки. — Солнце светит, буря закончилась, можно лететь дальше.

— Хочешь чаю? — рядом материализовалась Марина, тоже на удивление бодрая и полная сил, видимо, приступы тошноты прекратились.

— Спасибо, — я взял кружку из её рук.

Стоило мне отхлебнуть из кружки горячий сладкий чай, как в помещение ворвался Лом, охотник был чем-то взволнован.

— Что-то не так?

— Думаю, будет лучше, если мы скорее отсюда уйдём, — сообщил он, глядя через отсутствующее окно.

— Что-то новое выяснил?

— Да, лучше здесь не задерживаться.

— А подробнее? — Коростин присел рядом с Винокуром и, забрав у него бритву, тоже начал намыливать щёки.

— Здесь бывают люди, вооружённые, агрессивные.

— А чем вооружены? — спросил я, — палки и камни нам не страшны.

Вместо ответа он протянул мне раскрытую ладонь, на которой лежали две пустые гильзы. Я хотел было сказать, что это ни о чём не говорит, но тут же понял свою оплошность. Гильзы, как я понял, были заграничного калибра пять пятьдесят шесть, но важно не это, а то, что обе были без следов коррозии, словно их вчера принесли со склада.

— А есть на планете другие очаги цивилизации? — спросил Башкин. — Такого уровня, чтобы делать патроны?

— Есть несколько, но не здесь. Возможно, тут побывала какая-то рейдовая группа из бывших США.

— А там не только мирные фермеры живут?

— Очаги цивилизации находятся на западном побережье, да и цивилизация там относительная. Но патроны делали, скорее всего, там.

— Странно вы живёте, — сделал вывод Башкин. — Вроде, цивилизация, даже спутники есть, а не знаете, что творится на другой стороне глобуса.

— Знаем, более того, неоднократно пытались установить отношения.

— И?

— Не хотят, дальше разговоров по радиосвязи дело не пошло, видимо, у нас с ними разные цели.

— Что ещё нашёл? — Коростин закончил бритьё и протянул бритву мне, я поскрёб щетину и отмахнулся, так сойдёт.

— Гильзы там не лежали просто так, есть ещё два относительно свежих трупа, которых убили выстрелом в затылок. Руки связаны, в момент убийства стояли на коленях. Судя по состоянию тел, всё произошло позавчера.

— Что-то и мне здесь разонравилось, — я стал быстро надевать ботинки. — Давайте-как валить, пока целы.

Сборы заняли минут десять, завтракать придётся на борту, ну, невелика беда, переживём как-нибудь, хорошо, что хоть поспать получилось. Вообще, скорее бы на месте оказаться, хотя и неизвестно, что там встретим.

Но добраться до транспорта нам не дали, первыми шли мы с Мариной, чуть поодаль шагал Коростин, перенося большой мешок с продуктами и вещами. Стрельба началась неожиданно, с единственной стороны, с которой нас можно было увидеть. К счастью, ураганом огня там и не пахло, в постап мире следует беречь патроны, даже если умеешь их производить. Да и стрелять начали издалека, ближе подобраться не успели, теперь старались сорвать нашу посадку.

Пуля ударила по обшивке, отлетела рикошетом в грудь Марине, которая шла первой. Жена охнула и стала оседать на землю. Я, метнувшись вперёд, сбил её с ног и, как можно бережнее отволок в сторону. Выстрелы загремели чаще, какие-то люди шли между полуразрушенных домов и стреляли одиночными. Не дикари, вполне цивилизованные люди в военной форме.

Но выяснять, кто это такие, было некогда. Марина была в сознании, но на куртке спереди, в районе левой ключицы, расплывалось красное пятно. Её защитная экипировка в этот раз осталась на борту. Чтобы не возиться с застёжками, я вынул нож и распорол ткань.

— Нормально всё, — отозвалась она. — Я больше от неожиданности упала.

Нормального ничего не было, но и жизни её сейчас ничто не угрожало. Пуля, отрикошетив от борта, развернулась боком и боком же впилась в тело. Большая часть энергии была потрачена, а потому глубокого ранения не получилось. Овальная рана, кровоточит, но пуля явно где-то неглубоко. Потом, на борту, можно будет вытащить.

Вот только на борт следовало сперва попасть, а сделать это не так просто. Расстояние смешное, метров двадцать, не больше. Вот только среди врагов может найтись хороший стрелок, который возьмёт упреждение. Да и в способности своей жены быстро бегать я сейчас сомневался.

Оставив Марину лежать за бетонным обломком, который надёжно прикрывал от пуль, я дотянулся до ремня карабина и подтянул оружие к себе. Посмотрим сейчас, как у вас с храбростью.

Стрельба с той стороны начала стихать, и не потому, что патронов мало, просто два наших автоматчика, Коростин и Винокур открыли шквальный огонь по противнику, разом выкосив человек восемь, что так неосторожно стреляли с открытого места.

А следом из прорехи в крыше высунулся ствол штуцера Никиты, который редкими, но точными выстрелами стал последовательно выбивать тех, кому хватило ума спрятаться. Впрочем, укрытия их оказались ненадёжными, такой калибр запросто пробивал кирпичную стенку.

Принял участие и я, оптика давала некоторое преимущество над противником, расстояние чуть больше трёхсот метров, попробую справиться. Стоило навести прицел, как тут же разглядел половину головы, торчавшую из-за кучи кирпичей. Никита не видит, угол не тот, а мне повезло. Задержал дыхание, нажал на спуск, отдача мягко толкнула в плечо, а через доли секунды голова врага разлетелась кровавыми брызгами. Повезло мне с оружием.