Иван Безродный – Массандрагора (страница 62)
– Да как вы можете! – возмутилась Алина. – Мы спасли вас, а вы!..
– Ясно… – протянул Кулебяка.
Молот тут же вскинул пистолет и начал медленно приближаться к ним. Тамара подняла руки:
– Ну давай, стреляй, стреляй, чего ждешь?!
– Тамарка, перестань! – закричал Пашка.
– Тома! – взвизгнула Алина.
– Перестаньте все! – Пьер вскочил со стула. – Что за дурдом!
Громко заревел чей-то ребенок.
– Не подходите ко мне! – крикнула Тамара, не обращая внимания на друзей.
«Что она делает? Зачем она провоцирует их?!» – раздосадованно подумал Пашка.
– Всем оставаться на своих местах! – приказал Пьер, выставив перед собой ладони. – Я кому сказал?!
Парализатор! Пашка как бы невзначай потянулся к карману. И это оказалось ошибкой.
– Комендант, обыщите его! – крикнул Молот, заметив его движение. – У него что-то есть!
Пашка замер.
– А ну-ка! – Кулебяка повернулся к нему и протянул руку. – Что у тебя там?
– Я держу его на прицеле! – Молот подошел еще ближе. – Осмотри его полностью, идиот! Чего возишься?!
Комендант, несколько удивленный фамильярностью «охранника», знаком приказал Пашке подняться и начал обшаривать его карманы. Тот с досадой поднял руки. Не везет так не везет.
– И что же это такое? – Кулебяка поднес к очкам парализатор. – Фонарик? И что?
– Всем руки вверх! – вдруг закричала Тамара. Все обернулись, уже успев позабыть о девушке. В руках она держала лазерный пистолет.
– Тамара! – удивленно прошептала Алина. – Ты что?!
«Вот ведь бестия! – растерянно подумал Пашка. – Она не спрятала его в электрощите! Специально или просто забыла?» – И покосился на парализатор, который держал Пьер. Вырвать его из рук? Попросить отдать?
– Брось пистолет! – крикнул Молот. – Живо!
– Сам брось! – парировала Тамара, нервно переминаясь с ноги на ногу.
Пашка вцепился в руку коменданта:
– Отдайте, это мое!
Все произошло мгновенно. Кулебяка отпрянул, сзади на Пашку кто-то налетел, он упал, женщины завизжали, и тут грохнул выстрел.
– Тамара! – истошно закричала Алина.
– Вы что сделали? Что вы творите? – сорвавшись в фальцет, заорал комендант. – Немедленно прекратить, я приказываю!
Пашка, еще не веря в произошедшее, поднялся и, словно в тумане, на ватных ногах развернулся к Тамаре. Она лежала на мраморе, раскинув руки, а под ней медленно растекалась лужа крови. Бластер валялся здесь же, но подбежавший отец Афанасий отпихнул его подальше ногой.
– Что же это такое, а, люди? – пробасил он, потрясая руками. – Как же вы допустили это?!
– Убили! – визжали женщины. – Убили!..
Молот, ухмыляясь, стоял на месте и теперь держал на прицеле Пашку.
– У меня все под контролем! – прохрипел он. – Диверсанты остановлены.
Пашка с Алиной кинулись к Тамаре. Она тяжело дышала, слабо улыбаясь.
– Вот видите, как получилось… – прошептала она. – Как-то неважнецки, правда? Слишком быстро…
– Тихо, тихо, молчи, – Алина пыталась зажать рану в ее боку. – Тебе нельзя разговаривать!
– Врача, врача! – заорал Пашка, кинувшись на священника. – У вас же есть врач?! Аптечка имеется?!
– Да, да… – растерянно пробормотал тот, но тут же взял себя в руки: – Александра! Александра, мать твою… прости господи, неси скорей медикаменты!
К ним суетливо подбежала маленькая сухонькая монахиня, бабушка, что называется, божий одуванчик.
– Сейчас-сейчас, миленькие мои… – приговаривала она. Старушка несла сумку, туго набитую, видимо, банками-склянками, порошками и бинтами.
Кулебяка в это время подобрал маленький бластер и теперь удивленно рассматривал его.
– Ну и как вы это объясните? – спросил он. – Кто вы?
Не ответив, Пашка решительно развернулся и медленно пошел на Молота, не сводя взгляда с его равнодушно-тусклых акульих глаз.
– Стой! – выкрикнул бандит. – Стой, я сказал!
– Паша! Прошу! – Алина умоляюще посмотрела на него, но он не отреагировал.
Пашка кинулся на Молота, обхватил его за пояс, и они повалились на пол. Грохнул второй выстрел, на этот раз в пустоту. Пашка нанес сокрушительный удар, еще удар, блок, перехват… Пистолет отлетел в сторону. Казалось, удача была на его стороне.
– Остановитесь же! – кричал Кулебяка. – Немедленно прекратите!
Однако силы были не равны. Оправившись, бандит без особого труда подмял его под себя, ударил в челюсть раз, другой и, перевернув на живот, заломил руку за спину.
– Пацан, ты же ценный кадр… – тихо прошипел Молот, чтобы остальные не услышали, – и мы оба это знаем. Но я тебя все равно пристрелю, если еще хоть раз выпендришься, так и знай.
– Сука, гнида, я прикончу тебя! – рычал Пашка, извиваясь.
– Ничего ты не сделаешь, а эта твоя бабеха только мешалась. А где вы надыбали такой клевый пистолет?
Молот начал было подниматься на колено, и тут Пашка изо всех сил ударил бандита затылком в нос, а затем локтем в шею. Вышло не очень сильно, но тот ослабил хватку. Пашке удалось вырваться, и он вскочил на ноги. Правда, тут же с досадой поняв, почему Молот фактически отпустил его.
– Оставайся на месте! – Перед ним стоял комендант, целившийся в него из пистолета Молота. Бластер теперь держал отец Афанасий, с недоуменным лицом крутивший на нем регуляторы. – Нам больше не нужны жертвы. Иди ко мне! Медленно.
Пашка, вытирая сочившуюся из губы кровь, с ненавистью оглянулся. Молот сидел на полу и нагло улыбался, считая, видимо, что получил в глазах руководства очередной «плюс к репутации».
– Вы делаете ошибку, большую ошибку! – сказал Пашка Кулебяке. – Он же бандит! И даже не…
Договорить он не успел. На перроне громыхнуло, ухнуло, и возник вибрирующий гул, внезапно сорвавшийся в тихий шелест. Через мгновение ударила тугая волна горячего воздуха. Женщины снова в страхе закричали, а отец Афанасий перекрестился. Из левого туннеля практически бесшумно выплыла огромная, длинная штуковина белого цвета и размером немногим меньше вагона. У нее не было колес – она просто висела в воздухе! По бортам торчали явно пушки и другие штуковины, уже непонятные, переднего обзорного стекла не было – только блестящая белоснежная поверхность. Летающая тарелка! Это была самая настоящая летающая тарелка. Еле заметно покачиваясь, неизвестный аппарат причалил к перрону.
– Матерь Божья… – Священник выронил лазерный пистолет на пол. – Не успели…
Сбоку гравилета или того, чем это являлось, откинулась дверца, и на перрон выскочило трое незнакомцев. Не узнать Хранителей было невозможно, хотя на этот раз они оказались в военной форме такого же белоснежного цвета с несколькими ярко-синими полосами. В руках незнакомцы держали серьезное на вид оружие, которое тут же направили на онемевших от удивления и ужаса людей. Все они как две капли воды были похожи друг на друга, немного отличаясь только ростом и оранжевыми знаками различия на груди и плечах.
– Не двигаться! – прокричал один из них на довольно чистом русском. – Мы будем вынуждены стрелять!
Они подбежали к Пашке, переглянулись между собой и быстро окружили его.
– Ты идешь с нами, – ткнул в него бластером самый высокий. – Идем!
– Я… я не пойду… – Пашка попятился. – Я не могу… Почему я?!
Из огня да в полымя?!
Один из Хранителей показал на Алину, прижимавшую к себе Тамару, и что-то произнес на своем языке, больше похожем на воронье карканье. Первый кивнул и рявкнул:
– Она тоже идет с нами. Собирайтесь!