Иван Безродный – Массандрагора. Зов Крысиного короля (страница 49)

– А чего тут понимать?.. – пробормотал орк. – Все это непостижимо…

Он стоял рядом с клеткой, широко расставив ноги-тумбы, и размышлял. «Давай, давай! – мысленно поощрял его Пашка. – Ну же!»

– Мы шли из детского сада, было уже поздно – я задержался на работе, отчет за месяц, будь он неладен! – начал вдруг рассказывать людоед, сначала медленно и неуверенно, но постепенно оживившись и начав даже яростно жестикулировать. – Случилась дождливая погода, холодно и сыро. Марина замерзла. Боялся, что простудится. И решил сократить путь, там у нас есть секретная дорожка через парк, ну и… Они напали внезапно, ударили меня чем-то сзади, я упал. Черный минивэн, трое в масках. Схватили Марину, затащили в кузов… Думал, насильники или выкуп будут требовать. Но они и меня туда запихнули. Затем что-то вкололи, я потерял сознание. Очнулся уже здесь, ну, в смысле там, на Базе… С этого все и началось.

Он резко замолчал. Всплеск энергии прошел, будто его и не было. Монстр стоял мрачный, опустив руки и потупив взгляд. «Так-так, на самом интересном месте…» – подумал Пашка, впрочем, обрадованный, что процесс сдвинулся-таки с мертвой точки.

– А дальше? – спросил он.

– А ничего, – буркнул орк. – Марина уже, наверное, месяца три в заложниках. А мне вот дали это тело. Не спрашивай – как! Ненавижу все это! Они настоящие демоны, демоны! – Он снова начал заводиться.

– Но…

– Хочешь знать, что происходит, да? Я тебе скажу! Это просто какой-то эксперимент, безумный эксперимент, я знаю! Никто не хочет в нем участвовать, вот они и хватают обычных людей на улице, а потом…

– А потом?

– Суп с котом! А также с людьми и прочими существами, что здесь проживают! – заорал что есть силы людоед. – Тебе еще не ясно?!

– Н-н-нет…

– Они заставляют меня пожирать других! Пожирать, понимаешь?! Бегаю тут по окрестностям и ловлю, кого прикажут. На этот раз оказался ты. А сами снимают это на видео, берут анализы, заставляют проходить всякие психологические тесты… Мол, изучение возможностей тела монстра! Он сказал, что отпустит нас, как только… как только будут достигнуты нужные результаты и понятен метаболизм… этого гребаного чудовища! Мол, еще парочка таких, как ты, и… И он вернет мне мое тело, отдаст Маришечку, и мы уйдем.

Обалдеть…

– И ты веришь во все это?! – воскликнул Пашка. – Что отдаст и отпустит? Они же чокнутые бандиты!

– А у меня есть выбор?! И не надо мне петь сказочки о том, что выбор есть всегда! Прости, чувак, за каламбур, но ты не бывал в моей шкуре!

Что верно, то верно…

– А что бы ты сделал на моем месте, а? – прищурил глаза монстр. – Нет, ты подумай, не отвечай сразу.

Пашка промолчал. Что он сделал бы? Ну, людей точно бы не ел!

– Но ты Марину-то хоть видел? – перевел тему он.

– Видел, – буркнул орк. – С ней-то все в порядке, в отличие от меня…

– Все будет хорошо, – заверил его Пашка. – Правда.

Людоед не обратил на его слова внимания.

– Вот только никто из подобных тебе, кого я ловил, не знал, кто я, не знал моего имени и вообще… – задумчиво произнес он. – Странно все это! Даже не знаю, в общем. Кто же ты такой?

Так, момент, кажется, настал! Вот она, слабина. Решимость монстра поколеблена, он растерян, лед в общении расколот.

– Слушай, Леша, отпусти меня, – начал Пашка. – Ну, скажи начальству, будто я сбежал, или ты вообще не видел меня, а? Ну что тебе стоит?

– Я тебе не Леша! Леша не ловит и не ест людей! Он не общается с демонами! Я – монстр! Монстр!

Ну конечно, Леша хороший, Леша людей не кушает. Это же орки плохие, вали, вали все на них.

– Ладно, ладно, извини, я не хотел, – попытался успокоить его Пашка. – А зачем ты разбил ту штуку, ну, под лампой? Я даже проснулся. Что это?

– Ту штуку? – не сразу понял людоед. – Ах, это… – Он хмыкнул. – Это и есть голографическая камера, для съемки которая. Офигительный девайс, кстати. Думаю, у нас в продаже таких еще нет. Да-а-а, тут много чего есть, в этом сатанинском мире! Эта пещера – еще что, видел бы ты их лаборатории, но даже здесь тебе пожалуйста: водопровод, канализация, электричество, посуда «Цептер», жидкость для розжига и даже поваренная книга. Ну, ты понимаешь, мне она нужна, – понизил он голос, – рецепты там всякие и вообще… Правда, они наказали готовить только на костре, углях или камнях, никаких микроволновок и газа. Типа единение с природой…

Единение с природой?! Жесть.

– …а потом я к ним хожу, или они ко мне сами прилетают. Ем я, правда, один, они ни разу не пробовали, но говорят, что все чувствуют, мол, датчики во мне многочисленные или что-то типа того. Затем дают новое задание… Только холодильника у меня нет: не знаю, почему, я спрашивал – не отвечают. Наверное, еще одно правило. Так что мясо быстро портится… А я люблю свежее! Знаешь, оно реально так тонизирует, и настроение сразу как-то повышается…

Пашка почувствовал, как к горлу подкатывается комок тошноты. Ну, монстр – он и есть монстр! Нет в нем давно уже никакого Алексея Михайлова.

– Но ты же сломал ее? – спросил он. – Камеру-то?

– Сломал… Так получилось. Думал я, видать, слишком много. Говорят же – много думать вредно. А все из-за тебя! И что мне теперь делать? Что они мне скажут на это? Не в добрый час я поймал тебя, ох, не в добрый…

– Ну, может, тогда отпустишь?

– Да что ты все заладил? – возмутился орк. – Хватит уже! Сегодня в обед я зажарю тебя, и баста. Прими это как факт. Умри же как мужчина.

Вот и приплыли! Пашку прошиб холодный пот. Как же так? Ведь хорошо поговорили, все всё поняли, наладили, так сказать, мосты дружбы, уже почти знакомы – и на́ тебе!

– Погоди… – пробормотал он. – Я подумал, что… мы поняли друг друга, что ты не будешь меня… э-э…

– Да пойми же ты наконец! – вскричал монстр, заламывая руки, словно истеричная матрона. – Я не могу рисковать жизнью своей дочери, не могу, просто не имею права!

«Какие красивые слова, ага! – подумал Пашка. – А людей пожирать, значит, право имеешь». Вслух, правда, он этого не сказал.

– Я должен ее спасти, должен! – кричал громила, чуть ли не плача. – Это же моя вина, что она здесь, что я тоже здесь да еще и в таком виде! Значит, ты будешь принесен в жертву, и точка. Свою вину я искуплю один, никто мне не поможет! А ты наконец успокойся! Замолчи!

– Но у тебя сейчас ничего не получится! – воскликнул Пашка.

– Почему это? – оторопел людоед. – Ты чего это задумал?

– А как, сам подумай? Ты же разбил камеру? Разбил. Поэтому я и думаю, что в этот раз было бы лучше, если бы… ну…

Пауза затянулась.

– Что? – нетерпеливо рыкнул людоед.

– Отведи меня к боссу! – выпалил вдруг Пашка.

– К нему? – вытаращился орк.

– Ну да! Записать отчет отсюда ты не сможешь, так?

– Ну?

– А если вызовешь ремонтников, возникнут ненужные вопросы, правильно?

– Это какие еще?

– О твоей неблагонадежности конечно же! Одна твоя вспышка ярости, вторая, технику ломаешь, дисциплину нарушаешь, распорядок дня и все такое прочее… С чего им тебе потом доверять? Но ты же не хочешь, чтобы эксперимент провалился, так? Ты же хочешь обратно свое тело?

– Ты к чему это клонишь, я не пойму?

– Отведи меня к своим, на Базу, а там – делай что хочешь, предложи им новый эксперимент, ну, при них там меня зажарить, снять голограмму и прочую фигню, только не приводи их сюда, а наоборот – меня отведи к ним. Я более чем уверен, что твоему боссу я буду интересен точно куда больше, чем те, прежние, понимаешь? У меня Голос, ты же знаешь! В итоге – и себя не подставишь, и меня им покажешь, такого необычного, ну и я… не сегодня умру. А? Что скажешь?

– Это как-то… того… – зачесал затылок орк. – Неожиданно как-то! Непривычно.

– А ты подумай.

– Я не знаю. Не знаю, правда. Но вот твой Голос – это да. Это странно. Я все время думаю о нем. Не пророк ли ты?

– Да-да, именно, пророк! Наконец-то ты понял! Я же ценнейший, еще не исследованный твоими профессорами ресурс! Потерять меня – реально невосполнимая утрата! Думаешь, они простят тебе это? Сомневаюсь. Как бы чего не случилось. А тебе нельзя рисковать! На тебе ответственность!

– Да, но…

– И пойми самое главное – время дорого! – продолжал убеждать Пашка, пока «железо было горячо». – Ты когда им должен был предоставить отчет? Они ведь знают уже, что ты поймал меня, да?

– Знают…

– Ну вот. А вдруг они сами сюда заявятся? Определят, что камера не в порядке, и прилетят. И я тут такой лежу, уже нафаршированный опятами. Прокол, однако! Босс будет недоволен. А оно тебе надо? Сам подумай.

– Да, ты прав! – воскликнул, встрепенувшись, людоед. – Оно мне вовсе не надо. Идем же скорее!

Получилось! Получилось, черт возьми! Немного хитрости и… Но что потом? Как удастся сбежать? А видно будет! Нечего загадывать.