Иван Безродный – Массандрагора. Зов Крысиного короля (страница 38)
Пашка немного успокоился. И понял, что он не просто проголодался, а очень даже проголодался. Бросив взгляд на безучастную ко всему происходящему программу, он вышел в зал «Макдональдса» и рассеянно уставился на музыкальный автомат. «Вот он, вот он, корень зла, с тебя все и началось», – устало подумал Пашка и пнул аппарат ногой. А тот вдруг щелкнул, зажужжал, на его корпусе весело замигали многочисленные лампочки, что-то там повернулось, щелкнуло, и тут заиграла музыка. «Любите, девушки, простых романтиков, отважных летчиков и моряков! Бросайте, девушки, домашних мальчиков, не стоит им дарить свою любовь…» – бодро запел Валерий Сюткин. Его мягкий, сладкий, убаюкивающий голос быстро заполнил собой пустое и мрачное кафе, многократно отражаясь эхом от его холодных, влажных стен.
Прошли сутки. И снова ничего. Ничего! Время неумолимо бежало вперед, но никто не возвращался. Не вламывался в двери, не молотил кулаком в окно и не кричал радостно: «А мы уже здесь, Паша! Давай-ка, накрывай на стол!» – За окном лишь унылые холмы, безучастное солнце и голубое небо. Ни облачка. Ветерок поднимает пыль и уносит ее прочь. А еще – изредка пролетающие стрекозы размером с ворону. И это все.
Пашка не находил себе места, хотя весь следующий день проторчал в контролерской, даже раскладушку себе в ней поставил – пост есть пост. Прошедшая ночь была длинной и ужасной как никогда – спал он очень плохо, постоянно вскакивая в холодном поту, и к рассвету совершенно вымотался. Утром, кое-как всухомятку позавтракав, Пашка нацепил наушники и красными от напряжения глазами несколько часов пялился в монитор, лишь изредка подбегая к окнам для контроля местности. Однако все было безрезультатно.
Он начал винить в произошедшем одного лишь себя. Вот зачем они с Тимохой поперлись на поиски дома на Фонтанке? Ну, приснилось ему там когда-то что-то, почудилось да привиделось, что с того? Сидели, квасили, как было чудесно! Разошлись бы, и ничего этого не случилось бы.
Но это еще куда ни шло. А зачем он связался с Лизкой и этим ее другом-альбиносом, у которого «немецкий акцент»? Как же, чудодейственные таблетки, ага!.. Шарлатаны. Однозначно. Но Гельмут-то этот из-за него пропал, из-за Пашки. Как пить дать…
Но если уж так, зачем он поехал с Лизкой на «свою» квартиру? Ах да – квартиру Соломона… Ну-ну. Как говорится, а был ли мальчик?.. Параллельные пространства, мать их за ногу!.. Если бы не поехали туда, то и… Ну хорошо, ладно.
А Семен? Бедный мужик! Как же его так угораздило?! Перед Пашкой как живой стоял сгорбленный Зайцев и смотрел на него своими грустными большими глазами, будто спрашивая: «За что ж ты меня так, что я тебе сделал, парень?» – Что, если бы Семен не прыгнул в яму? Или нырнул поглубже, а не болтался сверху плаксивой, истеричной куклой?
А самое главное, зачем Пашка вышел тогда в зал этого дурацкого Макдональдса?! Ему ведь что сказали? Правильно: сиди в контролерской, следи за монитором. А он что? Ну шумит там что-то и шумит, ему-то что за дело?! У него тут крайне важное задание, а что там гудит – не его забота! Почему же он вышел, почему пропустил подключение чекистов?!
«Если, если»… Слишком много «если». Невезуха. Рок. Судьба. Проклятая. неизбежность. Пашка клял себя и корил. Корил и клял. Матерился. Тоскливое отчаяние поселилось в его сердце. В который раз он прокручивал ролик с записью произошедшего на болоте, но ничего нового увидеть в нем не мог. Кочки и вода, капитан и Сармат, голодные зубастые рептилии, рука Федора показывает куда-то мимо камеры, затем побег и слепая темнота…
Во втором часу дня его вывел из незаметно навалившейся дремоты голос:
– Павел! Павел! Ну же! Ну что ты там, Паша? Ты меня слышишь?
Он чуть со стула не свалился от неожиданности. Голос был ясный и четкий, будто человек стоял тут же, рядом. Он испуганно оглянулся, но вокруг никого не оказалось. А человеком этим был… была…
– Заира?! – поперхнувшись, прохрипел Пашка. – Что?.. Как?..
– Паша… – Голос внезапно стал тихим и глухим. – Ну наконец-то! Это ты? Я вижу, вижу… да… Не может быть… Боже!
– Что? – растерялся Пашка. – Заира! Ты где? Ты меня слышишь?
– Слышу, Паша, слышу… – Голос отдалился, стал каким-то сонным и отстраненным. – Да-да, я слышу тебя, все нормально. И даже что-то вижу, но… Ты где?
– Я… я… – Пашка растерялся. – П-п-полигон номер двадцать шесть, тут кафе есть, «Макдональдс», – зачастил он. – Сармат и Федор ушли проходить этапы турнира, а Хранители…
– Что-что, Паша? Я не понимаю, о чем ты?.. – сонно протянула девушка. – Это ты, правда?
– Я, я! Павел Крашенинников, мы с тобой познакомились через Тимоху, в кафе, ты еще чай пила и…
– Да, я помню… – Голос стал совсем тихим и неразборчивым. – О каком полигоне ты говоришь, кто такой Федор? Я теряю связь…
Она не знает о полигоне и Федоре. Так.
– Ом, ом… – простонала Заира. Голос вновь стал четким и ясным. – Что с тобой происходит? Я вижу – они уже идут! Ты должен немедленно покинуть это место. Вы все в опасности!
– Что? Как?.. – растерялся еще больше Пашка. Ну вот, опять начинается! – Ты сама-то где? Ты можешь помочь мне?
– Я у себя дома… – медленно, словно в забытьи, протянула Заира. – Принимаю ванну и медитирую… Я… Ом, ом… Ом мани падме хум, ом мани падме хум…
Вот мы и приплыли!.. Она, оказывается, медитирует, да еще и в собственной ванне. Как удобно!.. Но как это вообще возможно? Чертовщина какая-то. Пашка стащил с ушей наушники и совершенно не удивился, когда прямо в центре его головы снова прозвучал голос Заиры:
– Паша, я не знаю, где ты и что с тобой. Но тебе нужно срочно уходить оттуда, к тебе направляется какая-то большая, очень большая, черная энергия… Плохая энергия! Но не бойся! Я знаю, ты справишься, ибо ты – Ключ, просто еще не знаешь об этом!.. Прошу, беги, беги скорее, потому что пока эта энергия сильнее тебя! Боже, ты погибнешь! Мы все погибнем!.. Все!
– Что? Что ты такое говоришь? – озадаченно пробормотал Пашка. – О чем это ты?
– Не бойся, Паша, – не слушая его, говорила девушка. – В тебе есть сила большая, великая сила! Ты победишь, но не сразу… Торопись!.. Ом, ом… Ом мани падме хум, ом мани падме хум…
Докатился. Галлюцинации. А что, в этих местах съехать с катушек запросто можно, и глазом моргнуть не успеешь. Ладно, пусть все эти параллельные миры – это реальность: и его двойники, и Хранители, и турнир с гравилетами и бластерами, и даже свинопсы. Но медитирующая Заира прямо у него в черепушке – это уже слишком. Это точно глюк.
– Ты у меня в голове, – устало произнес он. – Пожалуйста, оставь меня в покое.
– Паша, говорю, что вижу. Ты – Ключ!
– М-да? И где же замо́к, к которому я подхожу? – горько усмехнулся Пашка, блуждая рассеянным взглядом по стене.
– Не смейся надо мной, прошу! Ом, ом, ом… Верь! Паша… Ты должен спасти… спасти… весь наш…
– Мир? – хмыкнул он.
– Мир… Да, и мир тоже… – тихо подтвердила Заира. – Миры. Всю Вселенную.
Пашка усмехнулся. Ну да, точно. Он же Избранный! Уникальный и самый крутой, а как же иначе? Как Человек-Паук и Супермен, вместе взятые, и потому спасение Вселенной – его обязанность. Мечта идиота, в общем. В награду – красавица, а может даже, несколько! И половина королевства в придачу – между прочим, по юридически составленному договору. Тут, главное, от налоговой правильно отмазаться…
– Беги, Паша! – закричала Заира. – Беги! Тебе нужно… тебе нужно в Центр, в горах. Большое здание, много зданий, сила и энергия, миры и люди… Это Выход. Вход и Выход. Я вижу его… Он говорит со мной!
Она о замке на горе, что ли? И откуда девчонка про него узнала, вот интересно? Произнося мантры, наверное? Выход и Вход. Вход и Выход. Звучит, конечно, интригующе, но…
– Вы все связаны, и это… удивительно, – прошептала Заира. – Я не понимаю… Ом, ом… Но ты – не есть ты!
«Конечно, я – не я, – усмехнулся про себя Пашка. – Я же Соломон».
– Бойся Рыжего Дьявола! – воскликнула вдруг девушка. – Рыжего, сильного, хитрого… Он – не он! Это его энергия – энергия мрака! Да-да!
Рыжий Дьявол? Ну, ясен пень, Тунгус, кто ж еще! И этот тоже – «не он». Ах, какая неожиданность! Кажется, мы уже повторяемся. Но чего еще ожидать от
– А как ты меня нашла? – с подозрением спросил он. – И как ты вообще видишь?
– Медитация, Паша, просто медитация! Тонкие материи, сложная техника, а еще нужно иметь природный дар… Извини, но я не могу долго удерживать контакт! Поторопись же! Беги! Беги…
Ясно. Уставший мозг спасается галлюцинациями, ищет объяснения происходящему и пытается заставить его что-нибудь сделать. А самое простое – это бежать. Точно. И нет никакой Заиры. Есть только он один, испуганный и растерянный.
– Алло, как это я спасу мир? – спросил Пашка. – Каким образом? Объясни мне, я не понимаю.
Тишина.
– Алло?
Нет ответа. На самом интересном месте сеанс связи по буддийскому протоколу закончился. Голова у него была дубовая, но пустая, эдакий деревянный бочонок на плечах. Пашка взвыл. Что же это такое происходит?! Сгоряча он саданул кулаком по столу. Боль оказалась реальной. А Заира? Она – реальна? Сошел ли он с ума или… Впрочем, с учетом всего произошедшего что еще могло удивить его после липовой Петропавловки, живых трилобитов и кипятка с неба? Предположим, весь этот диалог – галлюцинация, и это он сам с собой разговаривал – вот откуда «Заира» узнала о замке и Тунгусе. С другой стороны, она понятия не имела о капитане. Странно. Пашка же о нем знал! И что же тогда ему делать? Правильно – ничего. В смысле продолжать дежурить у компьютера, стараться не паниковать и не пить воду из-под крана.