Иван Безродный – Массандрагора. Взломщики (страница 62)
– …Ни у чего нет изначального предназначения, Соломон, – сладко потягиваясь, говорил Тунгус, – все это идеалистический бред. Ни у этого солнца, ни у песка или королевской креветки. Хотя нет, вон та краля, в микробикини, точно имеет интересное предназначение. Ну вон, справа, башку поверни: видишь? А если серьезно, то это мы, люди, придаем смысл новым сущностям или меняем его у старых.
– Но Машина – это не естественный объект, – заметил Павел, разглядывая пышногрудую блондинку, дефилирующую мимо них с совершенно невозмутимым видом. – Она возникла не случайно и не на пустом месте! Когда-нибудь мы, в смысле человечество, обязательно поймем, для чего она предназначалась и в чем заключалась ее
– Да не было никакой главной задачи, как ты изволил выразиться. Не знаю, что уж ты такое видишь в ее коде… Давно доказано: Машка – просто саморазвивающийся искусственный интеллект, пусть и нечеловеческий, подключенный ко вселенскому генератору материи. А что там было сначала и что от нее хотели Предтечи, теперь и не важно! Наверняка они просто решили забацать всеобщую гармонию, попутно решив проблему парниковых газов, рака, голода и неинтересных сериалов по телику. Но теперь она сама себе хозяин и программист. И вообще, может, эта железная стерва и уничтожила своих создателей, мешать они ей стали – ты не думал над этим? И вот тебе ни телика, ни голода! – Фаронов хохотнул над своей шуткой.
– Может быть… – вздохнул Соломон и невольно поежился – по плечу ли им справиться с неведомым устройством? Когда-нибудь оно захочет дать им сдачи…
– Ну а мы все равно подчиним ее себе, – убежденно продолжил Тунгус. – Вот как два пальца об асфальт – расковыряем. Если есть хоть одна лазейка в ее клятой безопасности – в этом, как ты считаешь, священном коде – мы тут как тут, мы проникнем внутрь! Как говорится, незапертая дверь выглядит приглашением к визиту. А для чего там была предназначена эта чертова Машина – какая разница? Главное, что именно мы сможем заставить ее сделать для нас!
– Это верно, так и есть, – кивнул Соломон. – Но я вот иногда думаю, а что будет потом? Мы же не только ради этого стараемся, – он обвел рукой пляж, – всё это мелочи. Вопрос в другом: как наши исследования согласуются с тезисом свободы истинного хакерства? Мы вот сейчас сверхсекретны, это оправданно, это понятно – так, пожалуй, и останется в среднесрочной перспективе. Ну а потом? Мы когда-нибудь выложим исходники на всеобщее обозрение? Поделимся с миром своим опытом? Отдадим технологии в хорошие руки? Или мы…
– И кто же будет определять, чьи руки хорошие, а чьи нет? – перебив друга, ухмыльнулся Тунгус и смачно сплюнул на горячий песок. – Как, расскажи-ка мне! Опять грузишься не по делу.
– Не хочу, чтобы у нас тупое крэкерство вышло, – помолчав, ответил Павел. – Это не совсем то… на что я рассчитывал. Хакер должен ценить и отстаивать свободу информации. Разве это не один из главных принципов нашей деятельности?
Фаронов рассмеялся и похлопал партнера по плечу. Тот невольно поморщился.
– Свобода информации – это хорошо… – задумчиво протянул Тунгус. – Но и анархию допустить мы не можем. По-моему, все очевидно: мы с тобой – классические серые хакеры. Разве плохо?! Ну а крэкерство… При чем тут оно? Мы же вреда никому не приносим, правда? Только забавляемся. Электростанции не отключаем, денег со счета ни у кого не снимаем, сервера́ не рушим, информацией не торгуем… Ну подзаработали немного, чисто на жизнь, хотя и неплохую, чего уж там… Но ведь не украли, золотишко-то было настоящим, разве нет?! Это важно.
– Не украли, – кивнул Соломон, – я ж и не говорю ничего такого.
– Ну и в чем тогда проблема? – удивился Тунгус. – Еще скажи – атомы подделали! Мы ведь уже не раз говорили на эту тему. На самом деле это офигительное, крутое открытие! Целый ворох открытий! Тебя это разве не заводит? Меня вот заводит. Ух как заводит!.. Как сказал великий Крис Касперски, компьютер позволяет ощутить превосходство над окружающими. Но наша Машина, Соломон, дает реальное превосходство, да еще и над целой Мультивселенной! – Тунгус приподнялся на локте и внимательно посмотрел на Павла. – Слушай, а с тобой точно все нормально, а? Странные вопросы задаешь! Может, на работе проблемы? Метростроевцы ничего не подозревают? Совесть, что ли, мучает?
– Да нет, все нормально, – отмахнулся тот. – Все нормуль. Правда.
– Уверен? Тогда к чему этот очевидный базар? Разберемся мы с твоими хакерскими принципами, знаю я их все – ты меня тут не подловишь! Но тебя что, реально распирает от доброты душевной, с миром поделиться охота: фотки в «Одноклассниках» выложить, расписать на конференции принципы взлома Машины или позвать на рыбалку друзей, к нам, на полигон? Как у тебя там рыбка, кстати, размножается, ест червяков?
– Да ладно тебе! – нахмурился Соломон. – Ничего меня не распирает! Зачем так утрировать-то? При чем тут «Одноклассники»?!
– Ты должен понимать, что на наших плечах лежит огромная ответственность – именно по поводу не очень хороших рук, – начал Тунгус своим противным менторским тоном и перевернулся на живот, смахнув со лба капли пота. Когда он так изъяснялся и делал масленые глаза, Павел не особо доверял его искренности, хотя слова тот всегда говорил правильные. – Технологии Машины уж лучше никому не давать, чем какому-нибудь отморозку или типу, не умеющему держать язык за зубами. Ламерам здесь не место!
Спорить тут, собственно, было не о чем.
– Ламеры точно дров наломают, – согласился Соломон, – понахватаются основ да верхушек и давай кнопки жать, считая себя крутыми хакерами… Ох, если такие типы до Машины дорвутся!..
– Вот-вот! – важно поднял палец Фаронов. – А если вандал какой заинтересуется? А такие типы точно отыщутся! Хлоп – и уничтожил целый мир, просто так, забавляясь… Ты хоть представляешь себе это?! Так что погодить надо с обнародованием всего этого. Да и посвяты разные не дадут этого сделать, ты же понимаешь? Они – наша главная головная боль. В общем, принципы – вещи хорошие, но не всегда применимые на практике. Это раньше было просто и понятно, лет тридцать назад, а сейчас… Золотой век хакерства прошел. Эра монетизации, мать ее за ногу! Многим лишь бы карманы набить, не видят они великого, измельчали дружки наши, хакеры да крэкеры! Стыдно за них часто бывает. Так что какая там Машина в общем пользовании, брат… Нет, погодить надо, погодить.
– Так и я о том же говорю! – горячо поддержал партнера Соломон. – Нашему движению требуется возрождение, настоящее обновление! Мы очистим наши ряды от криминальных элементов и прочей бестолковщины и вернем нам истинное уважение общества. Делом вернем! Я много думал над этим и… Ведь не предлагаю ничего нового, это все уже известно – но в том-то и дело! Мы должны вернуться к истокам…
– Да кто ж спорит-то, Сол? – хохотнул Фаронов и снова перевернулся на спину. – «Много думал» он… «истоки»… Что ты заладил одно и то же? Давай мы сами с собой для начала разберемся, ладно? А потом уже и до общества руки дойдут, поможем мы ему, не боись, и ряды свои очистим тоже. А так – мы самые добрые на свете волшебники. Без вариантов. – Он посмотрел на часы и озабоченно покачал головой: – Засиделись мы тут с тобой, парниша. А ты уже, наверное, обгорел по самое не хочу? Лично я чувствую себя запеченной на углях картофелиной… Да и наше безопасное время в этих местах уже истекло. Хочу предложить тебе кое-что поинтереснее, опять на Гавайях. Неплохое там местечко, согласен? Вот-вот. Короче, ты с парашютом прыгал когда-нибудь? Нет? Ну и славно, значит, научишься… А действующий вулкан фоткал? Тоже никогда?! Это же гигантское упущение! – Фаронов опять захохотал. Подтрунивание над Соломоном ему доставляло истинное удовольствие. – Тогда айда, надо опять на полигон вернуться – скрыть наше с тобой тут пребывание, и потом – в погоню за новым адреналином!
«Третье августа. Офигеть. О-фи-геть. Какая же неделя выдалась! Ну кто бы мог подумать?! Вот только сейчас добрался до своего компа. Утром в Метрострой первый раз за все это время заскочил! Гордееву сказал, что «Офелия» превыше всего, типа некогда мне тут с Шустриком кабеля́ по туннелям таскать, ну а Караваевой пришлось выдать кое-какие решения по поиску не занятых Машиной миров, чтобы успокоилась. Оказывается, «Кентавры» и так уже фактически догадались, что такие существуют, и вовсю пеленговали близлежащие вселенные, хотя не в том диапазоне и не тем сигналом, я только подтолкнул их в нужном направлении (этот секрет не особо нас заденет – сколько миров-то вокруг, пущай собирают, тем более их отдел все равно скоро прикроют, а я, надеюсь, найду способ выбивать вселенные из списка Машины). Василина была довольна, хотя виду как всегда старалась не подать, и мои прогулы сошли с рук. А вот Шустрик, зараза, что-то подозревает!
Короче. Макс, конечно, еще тот фрукт! А то таким серьезным, правильным хотел сначала показаться!.. Старшой, блин. Гулена, каких еще поискать! Хотя, конечно, я его понимаю – несколько месяцев практически безвылазно проторчать в своей Норе… Почти что тюрьма. С другой стороны, кто ему мешал подругу завести, а то и двух сразу, и жили бы они там вместе с ним припеваючи. Не вижу особых проблем. Но, кажется, Макс уже так экспериментировал, не один он там куковал на этой космостанции, по крайней мере поначалу! Точно не знаю – как только я пытаюсь у него что-либо узнать о его Норе, как он нашел ее, как вообще жил раньше, до Метростроя, – молчок! Тут он по-прежнему секретен донельзя. Даже будучи пьяным, отлично контролирует себя – уже проверено (я отрубался куда раньше)… Ну и ладно!