Иван Безродный – Массандрагора. Взломщики (страница 59)
– Аминь, – внезапно успокоившись, подтвердил Фаронов. – Пошли выпьем – сегодня можно.
Ночь была темна, хоть глаз выколи – звезды на полигоне не зажигались, а для местной луны было еще рано. Но все должно было скоро измениться, и измениться коренным образом. Потому что наступали великие времена.
«Одиннадцатое июля. Работы идут полным ходом! Сложно, но безумно интересно. Да, это факт: программные внутренности полигона мало соответствуют интерфейсам собственно Машины, ее процедурам, классам, структурам данных… Пожалуй, Макс был прав по поводу того, что это разные части чего-то большего, или наоборот – все это никак напрямую не связано. Именно поэтому у нас получается-таки ломать П-26 – с помощью Железной Леди. Саму себя она бы точно не стала ковырять. Хотя кто знает гаджеты этих Предтеч? Каковы их изначальные цели? Почему порталы с артефактами до сих пор функционируют? В каких взаимоотношениях все эти вроде бы разрозненные части? Почему в некоторых мирах Машина присутствует, а в других, похоже, нет? Получается, Предтечи не вездесущи? Или они никогда и не стремились к полной гегемонии над Мультивселенной? А вдруг Предтеч, в смысле, их цивилизаций, было несколько, так сказать, параллельных?! Слишком много вопросов! Причем хреновины эти: Машина, блобы, а также Большое Метро – еще и эволюционируют, самообучаясь и отвечая на влияние извне, то есть со временем они изменяются, а значит, то, что работает сейчас, может перестать работать в будущем. И никто не знает, когда наступит это самое будущее. Поэтому мы спешим!
Пятнадцатое июля. Я суперкрут! Создал офигительное звездное небо – причем некоторые созвездия рисовал вручную (хотел даже что-нибудь написать, но потом раздумал – успеется), ближайшие холмы заселил деревьями – посмотрим, как они приживутся, а также забацал небольшое озеро с камышом, но рыбу туда пока не запускаю – надо сначала с водорослями разобраться, мидий туда закинуть, раков, червей и лягушек (получается, и комары понадобятся?!). Да, братцы, экология – тяжелая штука! Чуть что не так – и передохнут все эти твари через неделю, даже блох не останется (водяных).
Фокус заключается в том, что, как только мы отвязались от высокоуровневых услуг полигона по созданию целостной и самодостаточной экосистемы, мы взяли на себя ответственность и за режим саморегуляции местной флоры и фауны. А как его осуществить, этот режим – кто-нибудь знает?! Не, вручную сложный мир здесь не создать, это практически невозможно! Но ведь и не особо нужно… Короче, такое положение дел – не совсем то, что мы задумывали, полная самостоятельность нам ни к чему, нам все-таки необходим определенный автоматизм, к чему эти гнилые понты: это с нуля, то с нуля, все вокруг с нуля?.. Думаю, скоро придем к некоему балансу: что-то доверяем создавать полигону (но почти без возможности повлиять на результат), а что-то «допиливаем» сами. Короче, видно будет.
Шестнадцатое июля. Разбирался в атласе озерных рыб. Том первый: «Средняя полоса России». Жуть. Никогда мне этого не одолеть: кто с кем дружит, а кто кого жрет, кому какая вода подходит (или температура) или кому на завтрак водоросли, а кому личинки … Может, попросту поселить пираний? И подкармливать их тушами быков, сбрасывая те с вертолета. Вот будет потеха!.. Короче, решение принято: пускай полигон сам наведет порядок в этой области. А там, глядишь, такую рыбалку организуем – закачаешься!.. А еще хочу водопад тут поблизости забацать. Вот только откуда будет течь вода и куда она потом денется? Зациклить ее по кругу, что ли? А это идея!.. В любом случае надо создавать целую систему рек. И фонтаны соорудить, как в Петергофе. Макс на меня уже подозрительно косится: кажется, скоро даст новое задание, не связанное с благоустройством – ведь его и так почти все устраивает.
Семнадцатое июля. Я точно настоящий интуит, мне и бабушка об этом говорила (не надо ржать!). Как только я прибыл на полигон, Макс с ходу выдал мне важное задание: найти мир, в котором не только не было бы никаких посвятов и который стоял бы на достаточно высоком, как у нас, уровне развития (в смысле никакого постапокалипсиса или паровых машин – а есть и такие), но и вообще не был бы задействован в системе контроля Машины. На самом деле неизвестно, существуют ли такие островки спокойствия. Разнообразные легенды утверждают, что подобных мест до фига, и сокровищ там, конечно, немерено – излюбленная тема многочисленных сталкерских эпосов и саг. Другой вопрос, как попасть в них, а главное – как вернуться, что намного сложнее. Так вот: надо в этом разобраться, потому что типа пригодится. И должны были пригодиться такие миры скоро.
Меня поначалу это удивило: как можно через Машину найти то, чего в ней по определению не регистрируется? Но задача, если мы имеем прямой доступ к мощностям Предтеч, на самом деле не такая уж и сложная. Главное, правильно рассчитать координаты прыжка. Дело в том, что параллельные миры расположены друг от друга на математически выверенных интервалах, как страницы в книге, а зная толщину и номер этой страницы, можно примерно вычислить ее местоположение или сдвиг относительно вас самих – это и будет являться вектором для прыжка. Когда же подготавливается собственно перемещение, Машина выдает специальный внутренний сигнал, как бы эхо, отраженное от границы принимающего мира, мол, данная Земля мне знакома, полет безопасен, вы сможете вернуться. Этот сигнал могут ловить только те, кто подключен непосредственно к Железной Леди, остальным эта роскошь недоступна (иначе все незанятые миры давно бы уже стали занятыми – впрочем, это и нужно проверить). Таким образом, если «эхо» не получено – вот она, свободная вселенная! Делай там что хочешь.
Но прыгать в такие места наобум, конечно, нельзя. По той самой дурацкой причине – риска невозврата. Когда-то в этой ситуации мне помогли Шары, но такая помощь бывает раз в жизни, и то далеко не для всех. Значит, с собой нужно перемещать и ретранслятор. Но с ним неудобно, так как агрегат должен остаться на месте. А вдруг понадобится прыгать несколько раз? Скажем, если попадешь в мир динозавров, апокалипсиса или фашистского режима… Мы ведь телепортируемся не всегда точно и к тому же не куда угодно, а плюс-минус, как повезет. Математика и интерфейсы – это, конечно, хорошо, но лишь теория – у Машины свои бзики и иногда бывают «нюансы». Это поначалу нам наивно казалось, что в этом направлении мы раскололи Машку, постепенно же выяснилось, что все не так однозначно… Но не будем о грустном.
Короче, с ретрансляторами может быть гемор. А я ведь раньше предлагал Максу самим стать передатчиками команд Машине: физически, биологически и как там еще!.. Все было бы у нас в ажуре! Но раз это напрямую связано с нашими идентификационными метками, то опять же надо сначала эти метки взломать… Макс работает над этим.
Двадцать первое июля. Программа по сканированию миров была написана за полчаса – плевое дело, и я сразу запустил ее в бесконечное море Мультивселенной, пускай выискивает жемчужины!.. И вот сегодня был получен первый результат: найден мир, свободный от Машины! По крайней мере, никакого «эха» от него не приходило. Перепроверил двадцать два раза – все правильно. Макс пришел вдруг в неописуемый восторг, чем здорово удивил меня – он всегда такой серьезный… «Это то, что надо, чувак, – восхищенно сказал он, – по тебе же Нобелевка плачет! В общем, готовься к рандеву – сегодня вечером сделаем вылазку. Есть что надеть приличное?»
Осталось дело за малым: собрать пару ретрансляторов, и желательно компактных. Ведь мы же хотим вернуться оттуда?!»
Приглушенный свет, цветные пятна, мерно и томно извивающиеся тела: полуобнаженные, жаждущие, ищущие; море взглядов: горячих, похотливых, зовущих, а также глаза закрытые – к чему тут зрение? Ритм: бьющий наотмашь, пульсирующий, без остановки притягивающий. Тела все ближе, они трепещут в унисон, у них одно желание, одна цель, уже совсем близкая, осталось немного… Люди вокруг, люди вокруг! Колышущееся поле голов, как цветы лунной ночью, под ветром; в воздухе алкогольные пары. Здесь один организм на всех, коллективный, бессознательный, чувствующий и думающий одинаково.
– Это самый модный русский клуб Нью-Йорка! – орал Тунгус на ухо Соломону. – Классно, правда? – Вокруг него, извиваясь словно огромная кобра, крутилась рыжеволосая девушка в серебристом костюме. «Рыжий рыжего видит издалека», – смеялся про себя Павел. Юная особа соблазнительно прижималась к Фаронову бедрами, шлепала его по груди, спине, приседала и смешно вытягивала губы, желая, чтобы партнер ее жарко поцеловал, но Тунгус был пока неприступен.
– Ага, – отвечал ему Соломон, – тут неплохо! – Он пританцовывал между двумя брюнетками-близняшками, их отличали лишь черные обтягивающие блузки: у одной вышита на правой груди вишенка, а у другой – груша. Впрочем, эти дамы были полностью погружены в себя, Павлом не заинтересовались, к тому же они совершенно не говорили по-русски, в отличие от рыжей, которая, коверкая слова, все-таки что-то связное донести до хакеров могла. Впрочем, Соломон относительно неплохо знал разговорный английский, а в этом мире тот был практически не отличим от английского его родной вселенной.