Иван Беляев – Вацлав Гавел: жизнь в истории (страница 20)

Гавел в 1968 году. США и Франция

Возможность оппозиции

«Смелые решения, которые принял январский пленум ЦК, привлекли к Центральному Комитету, и в особенности к новому руководству, значительные симпатии. Большинство честных людей, преданных социализму, высоко оценили моральную силу нашей партии и ее смелый подход к устранению ошибок прошлого периода», – рассказывал в интервью партийному еженедельнику «Трибуна» функционер КПЧ Алоис Индра118. В апреле ЦК принял обширный документ под названием «Программа действий коммунистической партии Чехословакии».

«Этот документ отталкивался от того, что коммунистическая партия из-за совершенных ошибок теряет доверие общества, которое она должна вернуть <…> Отныне КПЧ должна была функционировать как классическая политическая партия с возможностью ведения внутренних дискуссий, критики, определения собственного курса», – рассказывает историк Ольдржих Тума119.

Руководящая роль КПЧ в политической жизни страны, однако, сохранялась. «Не надо забывать, что в основном это были нормальные партийные бюрократы с соответствующим партийным псевдообразованием, с соответствующими иллюзиями, привычками и предрассудками, с соответствующей биографией и с соответственно ограниченным горизонтом, правда, с некоторой долей свободомыслия и несколько приличнее тех, кого они сменили. Так, они постоянно оказывались в состоянии легкой шизофрении: они симпатизировали этому подъему и одновременно боялись его, опирались на него и одновременно хотели его затормозить», – скажет двадцать лет спустя Гавел120.

Шаги «сверху» чередовались с инициативами «снизу». 27 июня, на следующий день после официальной отмены цензуры, писатель Людвик Вацулик публикует свой громкий манифест «Две тысячи слов». Автор не стесняется в выражениях и упрекает компартию в том, что она из «идейного союза превратилась во властную организацию, притягивающую властолюбивых эгоистов, трусов и людей с нечистой совестью». Вацулик признает, что процесс демократизации запустили сами коммунисты, но подчеркивает, что это «лишь погашение долга всей партии перед некоммунистами, которых она удерживала в неравном положении»121. При этом в манифесте утверждается, что продолжение реформ возможно только в союзе с коммунистами, а раз так – нужно поддерживать их либеральное крыло и настаивать, чтобы на ближайшем партийном съезде был избран новый состав ЦК, больше отвечающий запросам общества. Появившись в печати, манифест фактически превратился в петицию. К ней присоединились больше ста тысяч граждан Чехословакии и десятки знаменитостей, например олимпийские чемпионы Эмиль Затопек и Вера Чаславская, путешественник Иржи Ганзелка.

«Документ этот – достаточно откровенная, хотя и слегка замаскированная банальными словесными реверансами по адресу социализма, платформа тех сил в Чехословакии и за ее пределами, которые под прикрытием разговоров о “либерализации”, “демократизации” и т.п. пытались перечеркнуть всю историю Чехословакии после 1948 года, все социалистические завоевания чехословацких трудящихся, подорвать дружбу чехословацкого народа с народами братских социалистических государств», – припечатала текст Вацулика советская пропаганда122

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.