Иван Андрющенко – ТАЙРАГА – Путь светлых. Том-2. (страница 15)

Не желая слышать этого властного и наглого человека, привыкшего в своей жизни всё измерять своими капризами, Светослав спокойно и твёрдо произнёс:

– Заткнись и слушай, Пётр Давидович! Я хочу, чтобы ты знал, что есть законы мирские. Нарушение этих законов по незнанию не освобождает от наказания. А есть законы мироздания, они называются Здравомыслие и Разумная достаточность. За незнание этих законов, наказание наступить не может. Но если тебе о них рассказали, то нет другого пути, как жить и руководствоваться только ими! Так вот Пётр Давидович, он же – Сова. Я объявляю тебе, что сорок пять лет назад, на трассе, в сорока километрах от этого города ты убил мою мать и бросил меня в кучу мусора умирать. Твой подельник Зяба моему отцу проломил битой череп, после чего тот ослеп и до сих пор живёт с этим недугом. Я тебе, подонок… Объявляю, что людей ради наживы убивать нельзя. Не для этого люди приходят в этот мир, не для того, чтобы жрать, бесцельно размножаться, ублажать себя, поглощать всё вокруг, теша самолюбие. И самое гадкое – делать всё это ради денег. Которые ты «делал» даже не понимая зачем нужна очередная их порция… «Делал» впрок! Делал их на крови, даже не задумывался об этом. Ведь ты же продал ту машину…? Да-да я знаю… Продал. Перекрасил, перебил номера и продал на барахолке. И таких машин было мно-о-го… И жизней тоже… Потом, ты свои поганые, руки замарал кровью своего подельника Зябы. Которого называл другом. Хочешь, скажу почему?.. Потому, что ты – сука, вдруг собрался идти в политику. Тебе твоя змея Эльвира, подсказала это сделать… пообещав своё покровительство, и удачу во всём, как и тогда… В детстве… Да? И ты был рад такому обороту… Но было одно – «НО». Кореш твой – Зяба, не хотел менять свой образ жизни. Бабы, водка, наркотики… Он стал не только продавать их, вместе с тобой, но и нет-нет, да и употреблять. А знал он мно-о-го… И вот беда – в угаре опьянения стал язык распускать… А тебе, будущему владыке жизни, это могло помешать… и серьёзно! Поэтому, выход был один… Зябу ты зарезал. Ну а почему бы и нет?.. Умеючи-то… Да…? – спросил Волох Сову.

Сова слушал внимательно и не перебивал. Не потому, что слова Светослава возымели на него какое-то действие, а потому, что тужился понять, что это за человек перед ним? Откуда он взялся в его размеренной жизни? Откуда он всё знает? Как с ним быть дальше?

Лицо незнакомца Сове ничего не говорило, и, по сравнению с ним, нежданный гость был намного моложе. Но он называл такие подробности, о которых знали немногие: Эльвира и ещё один человек…

Суматошно перебирая в голове разные варианты, Сова наконец выпалил:

– Да ты, кто такой…? Кто прислал тебя?.. Что тебе нужно?..

– Да, извини, не представился… – спокойно произнёс охотник. – Светослав… А пришёл я, по своей воле… Не мог пройти мимо такой твари, как ты. Пришёл, чтобы напомнить о долгах твоих. Всё, что ты забрал у людей, ты брал в долг…

– Да ты Господь Бог, что ли судить меня…?! – крикнул, срывая голос, Сова.

Сова хотел было продолжить, но вдруг почувствовал, как на горло ему легла невидимая рука и сдавила так, что воздуха хватало лишь для того, чтобы еле дышать.

– О! О боге вспомнил!.. Это хорошо! А ты вспоминал о нём…?

Светослав вытащил из кармана носовой платок и брезгливо взяв, видневшуюся на шее мерзавца, золотую цепь, потянул на себя.

Из-под расстёгнутого ворота рубашки показался золотой крест, украшенный мелкими бриллиантами.

– Наверное, когда он из золота да с инкрустацией, Бог лучше слышит, и по-отечески закрывает глаза на «мелкие» шалости чад своих.

Отпустив крест, Светослав продолжил:

– Ты вспоминал о своём Боге, когда людей жизни лишал? – спокойно и почти безучастно спросил он. – Там же, в вашем писании, сказано: «не убий»…

Сова, еле дыша и не имея возможности пошевелиться, вдруг вспомнил свой сон, и страх, сковывавший его сущность тогда, вернулся, парализовав волю. Таким беспомощным он был только один раз в жизни, в ту роковую ночь, когда встретил Эльвиру.

Чувствуя, что конец близок, но он не может пошевелить даже пальцем, Сова заплакал. Внешне его гримаса, синеющая от недостатка воздуха, оставалась неизменной, но вот внутри, в душе, его жгла по-детски горькая обида, от безысходности и невозможности ответить. По щекам потекли слёзы.

– А как хочется сказать мне что-нибудь в ответ… Правда?.. – спросил его Светослав. – Что-нибудь придумать и соврать на ходу в своё оправдание… Нет, Сова! Не дам я тебе этой возможности. Ведь ты же не дал той девчонке сказать, что она ни в чём не виновата. Та проститутка, что пьяная спала у Зябы. На которую ты повесил убийство своего друга. А потом подонкам… заплатил, чтобы её в камере удавили. Она ведь кричала и просила пожалеть её, но её никто не слушал. Её просто душили и ждали, пока тело дёргаться перестанет, чтоб закончить уже скорее.

Светослав тяжело выдохнул. Было невыносимо видеть и считывать всё это… с мерзкой сущности Совы, да ещё и озвучивать.

Сделав короткую паузу, он продолжил:

– Ты думаешь я пришёл убивать тебя…? Не-е-т!.. – Светослав улыбнулся. – Нет, Сова! Будешь лежать здесь! И гадить под себя… Пока не закончится боль потока искалеченных тобою судеб. Я отдаю тебя им! Именно они определят, как долго это будет длиться. Выдержишь, будешь жить дальше, но только, как растение… А нет… – добро пожаловать в Тёмную Навь, без права возврата. Ты ведь думал, что все свои делишки обстряпал в тайне, и никто ничего не узнает. Нет, Сова, ты заблуждался! Там в Нави, – Волох большим пальцем правой руки указал вверх, – известно всё и о всех… одновременно. Я Волох, и у меня есть силы, чтобы снять, над тобой барьер Яви, что хранит тебя и тебе подобных. Добро пожаловать на Кон… – Светослав замолчал и опустив голову чуть задумался, потом посмотрел ещё раз в глаза Сове и сказал: – То, что произойдёт, для твоей сущности станет только во благо! Времени у тебя будет достаточно, чтобы понять мои слова.

Закончив фразу, Волох встал и вышел из спальни с одним желанием, срочно умыться. После того, как он прикоснулся к сущности Совы, ему казалось, что грязь всего мира прилипла к нему. Найдя туалет, он долго мыл руки, потом лицо и наконец, взглянув на себя в зеркало, вслух сказал:

– Да… бороду нужно в порядок привести.

Войдя в комнату охраны, он, не говоря ни слова, достал из кобуры начальника пистолет, висевший у него под левой рукой, потом вытянул из-под стола системный блок, который осуществлял видеозапись и разрядил в него всю обойму.

Охранник Сергей и его руководитель Геннадий сидели, даже не пошевелившись.

– Молодцы, мужики…! Геннадий… Так держать! – без улыбки проговорил Светослав, потом вытер пистолет и положил его на стол охранника.

В тот день Полина возила Волоха по городу до самых, поздних сумерек. Удовлетворяя своё любопытство, она пыталась узнать, нашёл он кого искал или нет, но всё, что ей удалось услышать это – «нашёл» и «вернул долг».

Охотник давно не был в этом городе, и ему хотелось увидеть всё, что он пропустил за время своего отсутствия. Его интересовали не столько внешние перемены, сколько люди и то, как они изменились.

После того, как Светослава в парикмахерской постригли налысо и значительно укоротили бороду, он с Полиной бродил по знакомым когда-то улицами и с интересом разглядывая молодых людей. Как Волоха, его удивил цвет их тонких тел. Тёмные тона он почти не встречал, но и насыщенно светлых тоже.

«Может всегда так было… – отметил он про себя, разглядывая очередную пару – проходивших мимо парня и девушку. – Просто раньше я не мог это видеть».

Его смутило то, что в большинстве своём они не были заполнены… то есть, практически не имели цвета.

«Как «мёртвое дерево» – отметил он про себя.

И много было тех, кто имел красный окрас различных оттенков. Его имели те, кто находился в состоянии опьянения. Такой же цвет тонкого тела он видел, у Михаила, когда тот выпил полстакана самогона.

Ночь уже давно зажгла огни города – в окнах домов и на фонарных столбах. Когда Полина и Светослав проезжали по одной из улиц частного сектора, Волох попросил Полину остановить автомобиль. Выйдя из машины, он долго стоял и смотрел на один из домов. Потом, пройдя по улице туда и обратно, вслух сказал:

– Хорошее место…

– Какое? Вот это? – Полина указала рукой на старый, бревенчатый дом с заколоченными окнами, в котором явно никто не жил.

– Да именно это… – Волох утвердительно кивнул головой.

– А чего в нем хорошего? Дом как дом. Старый… Почернел вон весь от времени. Стоит-то крепко, но вся ограда бурьяном заросла.

– Я не о доме, а о том месте, где он стоит, – чуть помолчав, он продолжил: – Запомни это место. Если не трудно узнай всё об этом доме, кто хозяева, почему пустует. Хотя почему… – мне понятно. И если возможно, пусть сдадут в аренду.

– Кому…? – недоуменно спросила девушка.

– Мне, – коротко ответил Волох.

– А как же-е-е…!

– Здесь мне будет комфортней. – Потом видя растерянность и вопрос в глазах Полины, добавил: – Не могу долго находиться в многоквартирном доме. Тесно, душно… Гнетёт. В общем, трудно мне там. Я бы и тебя с собой забрал. Если… Если ты не против…

– Я за… – скороговоркой выпалила девушка.

–Ты-же у нас – казначей? Скажи… денег нам на машину и дом хватит?