Иван Афанасьев – Марк 3.0 Примарат Фортис (страница 17)

— Рассосите, — сказала она, протягивая лекарство Марку, — это поддержит вас во время путешествия.

Марк рассосал. Они вышли из его медицинской палаты друг за другом. Впереди его личная медсестра, потом Марк, сзади майор. Обычные правила конвоирования. За дверью палаты оказался длинный коридор с точно такими же дверьми. Они дошли до его конца, где их уже ждал лифт. Они секунд пятнадцать-двадцать с хорошим ускорением поднимались вверх. Лифт довез их на стартовую площадку на крыше здания. Наконец-то Марк оказался под открытым небом родной планеты. Небосвод был окрашен в красивый оранжевый цвет угасающего Солнца. Время действительно было вечернее. С крыши была видна простирающаяся пустыня с одной стороны и бескрайний океан с другой.

— Где это мы? — спросил Марк.

— Аравия, — ответила лейтенант.

Смешно, но, похоже, это и есть тот самый Аравийский полуостров. Марк вспомнил про Дарью. С Аравии началось её приключение, и тут же оно и закончилось, если она ещё здесь. Может, её тоже увезли в этот «дом отдыха». Марка посадили в белоснежный коптер без опознавательных знаков, раза в два больший, чем его на Лаппинкотте и раз в десять комфортабельней. Аппарат взмыл вверх, включил ускоритель и унёсся в сторону заката.

Ещё в госпитале Дарье позволили увидеться с сестрой. Вероника разрыдалась, когда увидела её в больничной одежде, без ноги, с пластиковой лысиной на голове. Перед посещением некий майор Берёзов порекомендовал обоим не затрагивать тему произошедших с Дарьей событий. Но на самом деле и разговаривать то было особо не о чем. Родителей, как оказалось, известили совсем недавно, но они уже прилетели. Пропажу Дарьи обнаружили тоже не сразу, все знали, что она на своём пляже в Аравии одна, а глупые роботы-слуги не поняли, пропала их хозяйка или просто ушла. Сначала думали, что она куда-то уехала. Пока обзвонили знакомых, подруг — прошло время. Как только поняли, что видимо что-то случилось, отец сразу поставил в известность АВБ. Они дали поискам первоочередную важность, но все их агенты на всех планетах не смогли ничего выяснить. В итоге агентство сообщило, что Дарья нашлась, уже когда она была в госпитале. Родителям разрешили поместить дочь в частную клинику в Восточной Европе и порекомендовали ждать там. Отец, конечно, сильно разозлился, но как-то они его уговорили.

После визита сестры её продержали ещё дня четыре, судя по периодичности приёма лекарств. Ни окон, ни часов в палате не было, а персонал — Наталья и ещё медсестра, ни на какие расспросы не отвечали. Дарья понимала, что, видимо, спецслужбы её просто так не отпустят, но хотелось более человеческого отношения, а не как к пленнице. С другой стороны их можно понять. Человек неизвестно как совершил путешествие на другой конец изведанной части галактики, неизвестно что там пережил. При этом не просто человек, а член семьи главы одной из самых влиятельных корпораций, наследница. Независимо от того, кто она — жертва возможного похищения или шпионка тайной организации, она бы тоже сама себя изолировала до выяснения. В прочем, жаловаться было не на что. Её спасли, оказали медицинскую помощь, согласились выполнить условия отца о её дальнейшей судьбе. Ещё бы они не согласились. Одна только мысль беспокоила Дарью — судьба Марка. На него могли пасть подозрения, что это он похитил её и устроил весь этот кошмар, который им пришлось пережить на Лаппинкотте.

В день так называемой выписки её врач сообщила радостную, по её мнению, новость, что отец Дарьи, мистер Вонгер согласился с предложением АВБ, и персонал частной клиники в Чешском регионе Славянской Федерации любезно согласились принять у себя Наталью, и вместе с ней, Натальей, продолжать лечение девушки. Кроме того, с ними полетят двое сотрудников АВБ, которые будут обеспечивать безопасность. Иными словами, Дарья будет под круглосуточным наблюдением так долго, как это нужно спецслужбам, независимо от того, где она будет находится — в больнице на Земле или у себя дома на Марсе. Когда Дарья оделась в предложенную ей казённую спортивную форму, они с Натальей вышли, наконец, из палаты. Снаружи был всё тот же белый однообразный интерьер с одинаковыми дверьми которые, казалось, уходили в бесконечность. Врач и её поднадзорная пациентка поднялись на крышу госпиталя, где, к радости Дарьи, их ждал личный оранжево-красный, в цветах Марса, коптер отца и личный пилот Дарьи — Марта Вивина. Марта помахала рукой из кабины и показала пальцем на двух одинаковых мужчин в черной военной форме, скорчив при этом гримасу. Видимо, это и были те самые сотрудники АВБ, которые будут обеспечивать безопасность Дарьи в больнице и следить за ней. Снаружи было утро и Дарья почувствовала знакомый морской бриз. Аравия. С неё всё началось, тут всё и закончилось. Хотя, если подумать, до конца ещё далеко. Коптер мягко взлетел и, подгоняемый ветром с моря, устремился на север, в Европу.

Частная клиника «Свата Крев» — «Святая Кровь», занималась лечением высокопоставленных и богатых пациентов, пострадавших в какой-либо катастрофе. Хирургия, протезирование, имплантация, пластика, ортопедия, психология — основная специализация клиники. Естественно, если требуется помощь в какой-то иной области, то в распоряжении клиники практически любые специалисты в мире. Пациенты имеют возможность сделать такое предложение, от которого никто из врачей не может отказаться. Обычно в больнице лечатся несколько клиентов, кто-то восстанавливается после неудачного падения на альпийских курортах, кто просто проходит курс реабилитации, отдыхает. Для Дарьи «Свата Крев» был освобождён полностью. Она была единственным их подопечным. Неизвестно, чья это была идея — её отца или АВБ, скорее всего в этом их желания совпали. Отец, как власть имущий мира, естественно, хотел предоставить дочери максимальный покой и отсутствие чужих глаз, а спецслужбе нужно было, собственно, тоже самое — отсутствие посторонних и спокойная обстановка в которой они могут работать. Как бы им не хотелось всеми руководить, но реальная власть находилась у глав корпораций, и если они хотят что-то получить от наследницы одной из них, то должны соблюдать приличия и уважать её желания.

В «Свата Крев» её встретила вся семья — заплаканная мать, грустный отец, такая же сестра. Дарью проводили в её номер с окнами на побережье. В соседнем расположилась Наталья Кануки — её врач-надзиратель. Парней из АВБ отправили на первый этаж в крыло для прислуги. Впрочем, один из них всё равно постоянно дежурил у дверей апартаментов Дарьи, а второй бродил вокруг особняка клиники — патрулировал периметр, как они это называют. Собственная охрана клиники тоже была, как и серьезная пропускная система, забор, сигнализации и прочее. Это тоже было дополнительным плюсом для АВБ, благодаря которому они согласились, что Дарья будет находится здесь. Сестра и мать остались с Дарьей, а отца звали дела, бизнес, политика. Но перед отлетом они поговорили. Она рассказала ему всё, что произошло, что помнила и что смогла понять. Он сказал чтобы она не скрывала ничего от АВБ, он лично контролирует ход расследования, и у них договор, по которому АВБ отправляет ему копии всех материалов. Отец подтвердил, что именно мисс Кануки занимается расследованием. Одним из условий было то, что к Дарье не будут допущены никакие следователи и прочие офицеры из АВБ. Скорее всего кто-то из персонала клиники тоже завербован — это у них происходит быстро. Если надо, правительство не жалеет средств для поощрения и не стесняется грязных приёмов для запугивания.

Беседа в отцом успокоила Дарью. Он поведал, что приказал заменить весь парк обслуживающих их резиденции роботов на новые модели и перекупил у Гейтсов компанию, которая занимается разработкой искусственного интеллекта для них. Если бы эти железки в Аравии правильно среагировали, то и поиски были бы начаты раньше, и последствия, возможно, были бы иные. Ещё он запретил Дарье путешествовать в одиночку и сказал что лично будет проводить собеседование её друзей и подруг, прежде чем позволит им сопровождать дочь. В общем тотальный контроль и геноцид. Хотя ближайший год она точно проведет тут, в «Свата Крев», а за это время отец наверняка остынет и поймет абсурдность своих мер предосторожности. Но путешествовать в одиночку Дарья и сама вряд ли захочет. Можно, кстати, использовать Марту — ей и отец доверяет, и она сама относится к Дарье, как к подруге. Семья Вонгеров много для неё сделала, и она совершенно бескорыстно и всей душой любит их, как и они её.

Мать тоже скоро улетит, сообщил ещё отец, а вот Вероника будет официально следить за лечением Дарьи, как представитель семьи. Когда было принято решение использовать «Свата Крев», сестра переехала в славянскую резиденцию «Верите Вин» — своей винодельческой компании, унаследованной от матери, и будет находится в этом регионе столько, сколько понадобится.

Вечером Наталья познакомила Дарью с Тамарой — молодой симпатичной чернокожей медсестрой «Свата Крев». Как сказала врач, Тамара будет её личной помощницей на весь период выздоровления и реабилитации, она будет выполнять любые просьбы и пожелания. «Вот, значит, не прошло и дня, как АВБ уже распоряжается сотрудниками частной клиники,» — подумала Дарья. Видимо это и есть то, о чем говорил отец про вербовку персонала больницы. Наталья и медсестра ушли, но Тамара тут же вернулась с креслом-каталкой.