Иван Афанасьев – Марк 3.0 Примарат Фортис (страница 14)

— А ты меня уже похоронил? — спросил Марк, — брось разрядник!

— Какой разрядник? Это просто… — Фёдор начал поднимать забинтованную руку, но Марк не дал ему договорить и выстрелил.

Боль, резкая пульсирующая боль и подкатывающая тошнота. Дарья непроизвольно застонала. Яркий поток света вдавил глаза в череп, как только она их открыла.

— Тихо, тихо, — услышала она голос откуда-то издалека. — Сейчас всё пройдет, потерпи, — кто-то взял её за руку.

— Что со мной? Марк, это ты? — она попыталась привстать и посмотреть на источник вроде знакомого голоса, но новый приступ боли вынудил её снова лечь.

— Да, я. Мне пришлось тебя разбудить. Я уже вколол обезболивающее, скоро полегчает на некоторое время. Лежи пока.

— Фёдор, он… м-м-м… — она не смогла договорить из-за нового приступа тошноты и замолчала.

Она лежала и слышала, как Марк чем-то гремит, что-то передвигает. Через некоторое время красные пятна под закрытыми глазами побледнели и она смогла видеть, хотя и прищурившись. Она по прежнему была в гараже бункера Марка, лежала в эвакуационной капсуле. Голова действительно немного успокаивалась, тошнота отступила и захотелось пить. Очень захотелось пить, а ещё сходить в туалет.

— Марк, Марк! — позвала она, — скорее! — Звук собственного голоса грохотал в голове и отдаваться пульсацией вен на висках.

— Что случилось? — Марк подбежал и склонился над Дарьей.

— Мне срочно надо в туалет, скорее, чёрт, как больно.

Марк помог ей велезти из капсулы и встать на ноги. На ноги? Дарья почувствовала, как правая нога, вернее её остатки на что-то опираются. На культю был надет протез, больше похожий на подпорку, но сидел удобно и придавал уверенности. Боль в бедре от соприкосновения остатков ноги с протезом почти не ощущалась. С его помощью, опираясь на Марка, Дарья добрела до туалета в спальне. От помощи она на этот раз отказалась. Облегчившись, умывшись и жадно выпив воды прямо из-под крана она почувствовала себя немного лучше. Выйдя из туалета в его спальню, держась за стенку, она увидела Марка, держащего её импровизированный костыль из винтовки.

— Откуда протез? Что вообще произошло, — спросила она.

— Сядь, я все расскажу. А лучше ляг, — порекомендовал Марк. Он встал с кресла, на котором сидел и подошёл к ней, помогая добраться до кровати.

Она последовала совету. Лежать действительно было легче. Марк рассказал, что Фёдор украл продовольственный транспорт и открыл стрельбу, когда Марк прилетел узнать, что происходит. Он разрушил его коптер, взорвал часть транспортного корабля, сжёг свой бункер и всю оставшуюся технику и улетел на челноке. Марку удалось запустить сбитый им же второй коптер и долететь сюда. Здесь он нашел Фёдора, укладывающего Дарью в капсулу. Он принял его перебинтованную руку за оружие и выстрелил. Мощность была выше травматической. Фёдор пока жив, но без сознания, скорее всего в коме. Разряд мог необратимо повредить мозг, плюс от конвульсий разошлись швы, и в боку открылось сильное кровотечение. Марк его остановил как мог, но, скорее всего, Фёдор не выживет.

Дарья помолчала, немного шокированная произошедшим и поведала, что происходило с ней. Она рассказала, как услышала оглушающие взрывы над бункером. Взяла выданное Марком оружие и поднялась наверх. Там она увидела человека, который стреляет по двери шлюза, и выстрелила в него несколько раз. Человеком оказался Фёдор. Ей пришлось оттащить его волоком в гараж и оказать первую помощь. Он рассказал ей, что Марк погиб, что на планету кто-то напал и устроил диверсию. Фёдор пообещал спасти Дарью, отправив её в капсуле спасательного челнока на некий крейсер, который должен был прибыть в систему Лаланд. Она помнит как уснула, и потом проснулась с дикой болью.

— Это отходняк от транквилизаторов, — пояснил ей Марк, он сидел рядом на краю кровати и вертел в руках адвизор. — Я не знал на сколько он тебя усыпил. Может на сутки, а может на неделю. Поэтому решил разбудить и затем усыпить заново. Организму это на пользу не пойдет, зато ты гарантированно не проснешься посреди космоса. Но похмелье у тебя будет самое сильное из того, что ты испытывала.

— Откуда ты знаешь, что я испытывала? — медленно и безэмоционально произнесла Дарья. Она лежала с закрытыми глазами и ощущала полнейшую пустоту в голове — никаких чувств, никаких мыслей.

— Ну не знаю, барышни твоего круга вряд ли злоупотребляют дешевым пойлом и веществами, — предположил Марк. Его адвизор пискнул, Марк посмотрел что-то на экране и снова выключил его.

— Плохо ты знаешь барышень моего круга, — всё так же индифферентно ответила Дарья. — А откуда протез?

— Фёдор сделал, — ответил Марк, посмотрев на созданное его напарником творение. — Он обещал, когда ты только появилась. Я и не ожидал, что он сделает его.

— Он удобный. Он точно не выживет? — Дарья почувствовала, что ей жалко Фёдора. Она так старательно его зашивала, останавливала кровь. И все напрасно. Даже если он действительно предатель, он помнил о ней, сделал протез.

— Не обольщайся, — Марк будто знал, о чем она думает, — возможно ты ему была нужна, и на двух ногах с тобой путешествовать проще, чем на одной. Зачем-то же он тебя хотел отправить на какой-то крейсер. Кстати, он не говорил название или ещё какие подробности?

— Нет. Он просто хотел меня спасти, — ответила Дарья.

— Он тебя видел первый раз в жизни, он пытался убить меня и уничтожил все пути спасения. С какой стати он будет просто так спасать тебя?

— Ты тоже меня не знал, но ведь хочешь спасти? — Дарья открыла глаза и поймала взгляд Марка. — По крайней мере я на это надеюсь. Может это ты предатель, а он пытался от тебя спастись? — Дарья разозлилась. Хоть какие-то чувства вернулись.

— Всё может быть, — неожиданно спокойно ответил Марк, и снова что-то сделал на экране адвизора, чем ещё больше разозлил её. — Тебе придётся довериться мне.

— Извини, — Дарья сделала пару глубоких вдохов и постаралась взять себя в руки, — возможно ты прав. Что нам делать дальше?

— Теоретически у нас два челнока, — Марк оторвался от адвизора и посмотрел на Дарью. — Капсулу Фёдора я притащил сюда и пытаюсь её настроить. Он сбил дефолтную программу отправки в Солнечную систему, и я не могу ее вернуть. — Марк показал Дарье экран своего компьютера, на котором горел какой-то чёрно-красный интерфейс, — Если не получится, придется лететь в одном катере.

— А мы поместимся?

— Придется, иначе никак, — ответил Марк и повел взглядом вдоль тела Дарьи. Она была, конечно, высокого роста, отнюдь не тростиночка, но должно получиться.

— Он хотел переделать программу в обеих капсулах чтобы лететь к крейсеру, — сообщила Дарья, снова закрыв глаза.

— Видимо не успел, в моей остались координаты Земли.

— А может, если прилетит крейсер, с ним можно связаться? Может это ваш крейсер рейнджеров? — поинтересовалась Дарья.

— А…не получится. Чувствуешь, жженым пластиком воняет? Он сжег все компьютеры. Вентиляция не справляется. Всё, что у нас осталось от техники — это две капсулы, ровер и микроволновка. Спастись мы сможем только на капсулах, от остального пользы мало, учитывая, что еды почти не осталось. По-любому надо улетать, иначе мы тут не проживем, — объяснил Марк.

— Ясно, — вздохнула Дарья и посмотрела на Марка. — Я могу чем-то помочь?

— Нет, отдыхай пока. Я принесу воду. Я приду, когда что-нибудь получится с челноками.

Марка не было, наверное, час. Может больше. Дарья, похоже, задремала и потеряла счёт времени. Делать всё равно было нечего. Она чувствовала себя овощем. Так же хотелось постоянно пить и впитывать тепло. От инъекций, затормаживающих метаболизм, её знобило, и она никак не могла согреться. Когда Марк вернулся, она опять засыпала, закутавшись в одеяло.

— Вставай, — услышала она и открыла глаза.

— Всё получилось?

— Нет, — ответил Марк, — всё плохо. Челнок настроить не удалось. Фёдор… сердце остановилось. Я положил его в челнок — там есть режим консервации, на случай если пилот не доживёт до спасения. Собственно так и случилось. В конце концов сюда прилетят снова и о нём позаботятся.

— Как мы поместимся вдвоём в капсулу? — спросила Дарья.

— Оденем лёгкие скафандры, лечь придётся на бок, там на самом деле места вполне достаточно.

Спасательный челнок только изнутри наводил мысли о гробе, в котором тебя замуровали. Находиться в нём можно только в положении лёжа. Сверху, очень близко — крышка люка с мониторами, по бокам на расстоянии вытянутой руки — немногочисленные органы управления. Иллюминаторов нет. Но на самом деле это полноценный корабль, катер, размером с автобус. Большую часть, как обычно, занимают двигательная и энергетическая установки, топливные баки. Для стабилизации взлета у челнока есть хвостовое оперение. Чем-то он похож на те древние рисунки сигарообразных ракет из той эпохи, когда человечество только собиралось выйти в космос, и как выглядит ракета никто не мог себе представить. Кресло для пилота, а, вернее, для пассажира, так как пилотировать вручную челнок нельзя, достаточно просторное. Вдвоём Марк и Дарья, конечно, будут прижаты друг к другу, но определенная степень свободы сохранится. Хотя двигаться необходимости не будет. Большую часть путешествия, несколько дней, человек внутри спасательного челнока проводит в искусственном сне. Специальные препараты замедляют метаболизм, обеспечивают организму минимально необходимый уровень питательных веществ, блокируют органы чувств и усыпляют его. В идеале капсула должна быть подобрана до того, как её содержимое проснётся. Выход из искусственного сна — долгая и сложная процедура, постепенно включающиеся внутренние органы отзываются болью на такое насилие над ними. Именно благодаря космическим путешествиям сохранилась профессия наркологов. Только они могут грамотно вывести человека из сна, и вывести из человека всю химию.