Ива Лебедева – Теория двойного предательства (страница 4)

— Вы советовали отложить книжки, — развела я руками.

— Ну-ну, — поморщилась вахтерша.

В библиотеку я пришла за полчаса до назначенного времени, но оказалось, что Микаэль уже был здесь, устроился в небольшом эркере, скрытом от посторонних глаз лабиринтом стеллажей. И ничем, кроме как добрыми отношениями с нашим главным библиотекарем, я не могу объяснить, что, кроме книг, на столе стояла хрустальная вазочка с горкой шоколадных конфет, чайник на львиных лапках, пара чашек. Никогда бы не подумала, что Микаэль сладкоежка. Может, после того, как я уйду, свидание с какой-нибудь аспиранткой? Но эту мысль я отогнала. К девушкам наш книжный червь точно равнодушен. Наверное, он просто хотел создать приятную атмосферу для работы? Да и шоколад, я слышала, полезен для мозга. Или все же свидание… Впрочем, думать о том, что после меня он здесь встретится с другой, стало неожиданно неприятно.

— Добрый вечер, — улыбнулась я, стараясь, чтобы голос звучал как обычно.

— Юна? — Он отвлекся от книги, посмотрел на меня немного растерянно. — Ты рано.

— Извини, не хотела мешать. Я вернусь через…

— Нет-нет, — замахал он рукой. — Я не это имел в виду. Я просто удивился. Я ждал тебя. Садись.

Он встал из-за стола и поспешно отодвинул для меня стул, будто мы были не в библиотеке, а в кафетерии.

Вся неловкость исчезла, как только я получила обратно брошюру с корпусом Дакийской гробницы. Микаэль предусмотрительно открыл разворот с девятым стихом.

— Видишь разницу?

— Да.

— Ты изучала классическое восстановление старых книг, а здесь оно было использовано в комбинации с иллюзией, поэтому ты и не заметила подмену рун. Андрахарская фишка.

— Андрахарская? — переспросила я.

— Ты не ошиблась, — улыбнулся он.

Понятно, Юна, ты попалась в расчетливую ловушку…

Я отодвинула брошюру, и в этот момент Микаэль увидел у меня на пальце кольцо. Выражение его лицо изменилось моментально.

— Это еще что?! — жестко спросил он.

Глава 5

— Это? — Я вздрогнула и подавила порыв спрятать руку за спину. — Кольцо…

— Еще вчера на тебе его не было. Сомневаюсь, что ты хранила его в тумбочке и внезапно решила носить.

Я пожала плечами:

— Мой парень подарил как символ наших отношений.

Откуда такой пристальный интерес? Всего лишь полоска металла на пальце.

Микаэль сощурился, всматриваясь в кольцо. Молчание затягивалось, и наконец он посмотрел на меня. В серых глазах читалось беспокойство. Странным тоном, не терпящим отказа, Микаэль уточнил:

— Юна, скажи, пожалуйста, тот парень, подаривший тебе кольцо… Ингрем Ларсон, да?

С одной стороны, Микаэль откровенно лез не в свое дело. С другой стороны, именно Микаэль помог мне разобраться со злополучным стихом, открыл глаза на подставу с рунами, показал, как древний текст был искажен настолько идеально, что я ничего не заподозрила.

Опять же, Микаэль назвал имя, причем уверенно, без капли сомнения.

— Да, Ингрем, — вздохнула я.

— И он же крутился рядом, когда ты переводила девятый стих? А потом впитал проклятие?

— Да.

Что тут еще скажешь? Он сам все знает. Я отчетливо почувствовала, что Микаэль спрашивал не для того, чтобы получить подтверждение своим мыслям, он просто поддерживал разговор.

Микаэль снова уставился на кольцо, над переносицей проступила вертикальная морщинка, губы сжались в тонкую линию. Сейчас передо мной снова был не лохматый аспирант-заучка, а маг и… человек, привыкший к власти?

Глупые мысли.

Думать надо о том, что я снова ошиблась — с кольцом что-то не так.

Я потянулась снять его, но ободок, вместо того чтобы соскользнуть с пальца, лишь прокрутился. Я попыталась еще раз, но лучше не стало, кольцо вновь прокрутилось и осталось на пальце. Оно не прилегало плотно, наоборот, ощущалось невесомым и обманчиво свободным. На ум сразу пришли народные способы решить проблему: намылить кожу или стянуть по нитке. Едва ли стоит проверять.

— Оно не снимается! — Паника в моем голосе пока лишь скользнула краешком, не выплеснувшись в реальность.

Микаэль подошел ко мне вплотную, внимательно посмотрел прямо в глаза сверху вниз и взял мою руку. Его пальцы были теплыми и сухими, и я почувствовала, как странная, ни на что не похожая дрожь пробегает по телу от этого прикосновения.

— Не паникуй, — сказал он. — Я сейчас покажу тебе, как работает то самое заклинание иллюзии, на которое ты натолкнулась при переводе. Это даже интересно, поверь.

И после этих слов снял очки. Те самые, странные, в толстой роговой оправе и со стеклами, сильно искажающими размер его глаз.

Я как зачарованная смотрела на его лицо без этих очков, потому что оно очень, просто очень сильно изменилось. До этого момента я видела некоторые его черты как бы по отдельности — нос с легкой горбинкой, ровные брови, красиво вылепленные скулы, твердый узкий подбородок. Но это все терялось под лохмами вечно всклокоченной шевелюры и прикрытием будто нарочно самой уродливой оправы из всех возможных.

А теперь он снял очки, и… Мамочки! Во-первых, Ингрем действительно чем-то отдаленно походил на него, наверное, тем самым, что мне в нем понравилось, а во-вторых, мы что, всей академией ослепли, раз не видели, насколько это очешуительно красивый парень?!

— Юна! Перестань таращиться на меня, сделай вдох и посмотри на кольцо через очки.

Очарование момента исчезло, я страшно смутилась и послушно опустила глаза. И позволила напялить на себя эти странные окуляры. Мир вокруг стал расплывчатым, но тут в эту расплывчатость попало кольцо, и я замерла. Вокруг него вилась тонкая, почти невидимая нить, темная, вязкая, с едва заметным зеленоватым свечением. Она обвивала металл и тянулась куда-то вверх, в пространство, как паутина.

— Что это? — прошептала я, чувствуя, как внутри холодеет.

— То, как кольцо выглядит на самом деле, — вздохнул Микаэль, возвращаясь к привычной манере говорить мягко и с заметными учительскими нотками. — Твой парень скрыл гравировку точно так же, как прежде скрыл настоящий текст со страницы.

— Следилка? — предположила я.

Если бы кольцо содержало угрозу, то, наверное, Микаэль не был бы спокоен, как сейчас. Он явно раздражен выходкой Ингрема, зол на него, но сама ситуация, мне кажется, у Микаэля под контролем.

— Хуже, — серьезно сказал Микаэль, и у меня похолодело между лопатками. — В Андрахаре его называют «Печать крови и воли», его используют для тех, кого хотят удержать при себе навсегда, но без обязательств. В наших сказках артефакт поэтично называют кольцом наложницы. Оно действительно работает как приворот, только не грубо, а постепенно, и воздействует ментально. Навскидку кольцо начнет действовать через три дня, необратимые изменения проявятся через пять.

Холод пополз по спине выше и ниже, кольцом охватывая горло. Дыхание перехватило. Я верила каждому слову Микаэля. Где-то на краю сознания крутилась мысль, что он тоже может лгать. Если я ошиблась в Ингреме, то что мне мешает продолжать ошибаться? Только зачему ему? С Ингремом понятно — он решил, что я годна не только для того, чтобы писать ему конспекты и делать за него домашние задания, меня можно повысить до карманной магички, которая пожизненно из любви будет пахать на него бесплатно, а заодно, пока юна и свежа, послужит и любовницей. Но Микаэлю от меня никакого толка, наоборот, это он сам никогда не отказывал в помощи. На этом и строилось, собственно, наше приятельство все годы моей учебы.

Меня аж затошнило, когда я в красках представила картину определенного мне Ингремом будущего. Я остервенело рванула кольцо с пальца, но лишь больно себе сделала.

— Лучше без пальца, чем с этим! Как его снять?! Есть нож?!

Надевать такое кольцо вообще законно? Формально Ингрем спросил у меня согласие, но я-то подразумевала безобидное украшение, а не рабство с промывкой мозгов.

Микаэль перехватил мою руку.

— Давай мы радикальные методы отложим?

— А что будем делать? — Откуда взялось это «мы»?

— Юна, ты согласна снять кольцо? Ты разрешаешь мне его забрать?

С чего вдруг он спрашивает?! Сам не видит, что ли?! А что, если не сможет?!

Панические мысли скакали в голове, как блохи в старой кошме из собачьей будки. Но я усилием воли уняла их прыжки и кивнула, глядя на приятеля с надеждой. Словами сказать не могла, голос застрял где-то в горле, в том самом холоде, что душил меня.

Но как оказалось, кивка и намерения было достаточно. Микаэль снова взял мою руку и произнес несколько тихих слов на незнакомом языке. Я почувствовала, как кольцо нагревается, и вдруг по глазам ударила резкая вспышка, яркая и ослепительная. Меня качнуло в сторону, я потеряла равновесие и чуть не шлепнулась между стеллажей, но Микаэль успел подхватить меня за талию, и я оказалась прижатой к его груди.

Мы застыли в странной позе. От него приятно пахло книгами и хвоей. И еще было… тепло от его рук.

В следующее мгновение мы отпрянули друг от друга и смущенно принялись извиняться на два голоса. А потом я поняла, что кольца на моем пальце больше нет.

Глава 6

Вернувшись за стол, Микаэль разлил чай по чашкам, пододвинул конфеты ближе ко мне и жестом предложил тоже сесть. Он все еще выглядел смущенным и избегал смотреть на меня прямо. Я кивнула, села, и почему-то неловкость в этот момент стала ощущаться только острее.

Еще и палец начал чесаться. Я поскребла покрасневшую кожу ногтем и пробормотала: