Ива Лебедева – Седьмая жизнь злодейки (страница 39)

— А потому что говорить словами через рот надо всем! И вовремя! А не через семь смертей! — зло пробубнила я сквозь слезы прямо в своего принца. — И не устраивать черт знает что. И вообще. Не верю я, что Ли Сянь жаждал власти ради любви ко мне. Власть сама по себе слишком ревнивая дама. Хуже, чем Фен Гу. Скорее всего, он, как настоящий психопат, просто не мог вытерпеть, что игрушку, которой он должен был дополнить свое величие, отобрали без спроса.

— Теперь уже неважно. — Мой принц продолжал гладить меня по волосам, утешая.

— Прикажи арестовать всех, кто связан с ней и с ее семьей. Еще не хватало натолкнуться на мстителей, когда мы решим, что все уже позади!

— Не беспокойся об этом. — Ишель обнял меня еще крепче. — Всех, кто хоть как-то проявил себя в эти дни, пока мы готовились к свадьбе, взяли на заметку. Особенно тех стражников, кто позволил Фен Гу сбежать из дворцовой тюрьмы. А теперь успокойся. Мы должны закончить церемонию.

— Церемонию? — Я подняла лицо, чтобы взглянуть на него. Машинально подумала, что весь мой шикарный свадебный макияж размазался и я похожа на клоуна.

— Свадьба, — напомнил Ишель, глядя на меня совершенно серьезно.

— Да о чем ты?! — удивилась я, даже попыталась отстраниться. Но мне не позволили. — Ишель, мы ведь просто разыграли спектакль-ловушку!

— Не знаю, что разыгрывала ты, а я намерен вступить в брак прямо сейчас, и никакие заговоры мне не могут помешать. Тем более что двойник, так тщательно загримированный под отца, устал изображать немое чучело на троне. Да и придворные удивляются: такой ужас творится, а император молчит. Теперь здесь безопасно, и настоящий правитель может занять свое место, чтобы благословить нашу будущую семейную жизнь!

Я уставилась на него не моргая:

— Подожди… что? Ты в курсе, что только что умер твой брат, принц-заговорщик, а я… я вся в слезах, соплях и, возможно, кровавых брызгах его любовницы?

— Ты прекрасна, — сказал Ишель с абсолютно невозмутимым лицом. — Особенно когда злишься. И это еще один повод поскорее объявить тебя моей женой — чтобы никто больше не путал, кому принадлежат твои сопли.

— Романтик, — выдохнула я, прижавшись щекой к его плечу. Сердце впервые за последние часы забилось чуть мягче, а на губах проступила улыбка. Мы заслужили право на свое «долго и счастливо», разве нет?

— Удивительно, — фыркнула я, наблюдая, как готовят алтарь. — Ты был прав. Мы все-таки женимся.

— Сначала поженимся, а потом будем жить. Обещаю: не семь жизней. Одну. Но лучшую.

— И без демонов, крови и кинжалов?

— Постараюсь. Хотя зная тебя — скучно точно не будет.

Я рассмеялась. Впервые за долгое время по-настоящему. И кажется, не я одна.

Глава 50

Брачная церемония в кои-то веки прошла идеально, если не учитывать предшествующую историю. Совсем скоро император благословил наш брак… Но уйти в свое «долго и счастливо» вот так с ходу нам никто не дал. Еще не все заговорщики оставались вычислены и наказаны. Вместо медового месяца началась зачистка. Мой брат со своими людьми уже взял столицу под контроль, люди Ишеля и верные императору тайные агенты прочесывали дворец и прилегающие здания, вылавливая всех, кто так или иначе был связан с сетью Фен Гу. Заодно открылось то, что я давно подозревала: заговоренные гвозди в копытах коней тоже были делом рук ее людишек. В прошлой жизни мерзавка убила не только меня, но и моего брата, и множество совершенно невинных людей.

— Эти трое — из личной охраны тетушки, — сообщила Цзинь, появившись в дверях со свитком в руках. — Вы велели проследить, кто помог Фен Гу выбраться из камеры.

— Говори, — кивнул Ишель, потемнев лицом.

— Они передавали записки. Через кухню, через банных служанок… и… — она поморщилась, — одного из придворных лекарей. Он, кстати, уже под стражей. И, похоже, знал о яде.

— Этот… лекарь… — Юэ Линь перевел взгляд на Цзинь, — случайно, не седой, сутулый, с татуировкой журавля на запястье?

— Да, — кивнула девушка. — Уж слишком он хорошо знал, как именно этот яд действует. И даже знал, что противоядия нет… Только не учел, что Фен Гу захочет проверить яд сразу. И не на госпоже, а на слуге, которого подкупили в оранжерее.

— Мерзавка, — прошептала я.

— Он уже дает признательные показания, — сухо добавил Ишель.

— Удобно, когда у нас есть целитель, который не только лечит, но и способен различить, какой яд использовался, по одному взгляду, — бросила я, посмотрев на Юэ Линя. — Ты впечатляешь.

— Это не я, — отозвался он спокойно, а потом — совершенно явно — взглянул на Цзинь. — Она принесла засушенные лепестки растения, на котором был настоян яд. Без нее я бы не догадался. Редкое, почти забытое средство. В долине его называют «Касание безмолвия».

— Слишком поэтично для такой дряни, — пробормотала я, но Юэ Линь уже не слушал. Он по-прежнему смотрел на мою подопечную.

Она, заметив это, опустила взгляд, но уголки ее губ едва заметно дрогнули. Что-то между благодарностью… и смущением?

— Я просто делала то, что должна, — сказала Цзинь. — И… я не знала, что ты запомнишь мое описание так дословно.

— Я запоминаю то, что считаю важным, — тихо ответил он, не отводя глаз.

Ишель кашлянул. Громко.

— Важно, — подтвердила я, — чтобы вы, два любителя экзотического растениеводства, позже обсудили свои листочки и стебельки. А сейчас — зачистка.

Цзинь порозовела, но быстро собралась. Подала мне свиток.

— Здесь список всех, кто посещал камеры в последние три дня. Стража, повара, водоносы, лекарские ученики. Некоторые, кстати, по поддельным распоряжениям.

— Разберемся, — кивнул Ишель. — Сегодня еще долго не закончится.

И он был прав. К вечеру жара схлынула, но от напряжения ни в теле, ни в воздухе легче не становилось. Коридоры опустели, стража заняла посты, и все, что еще оставалось, — это дожимать тех, кто пытался спрятаться за титулами, родней и фальшивыми приказами.

— Северное крыло дворца все еще не проверено, — сказала Цзинь, подбегая ко мне с очередным отчетом. — Там хранили травы и редкие настои. Возможно, что-то пытались вынести или спрятать.

— Возьми с собой группу из трех воинов, — велел Ишель, не поднимая глаз от бумаги.

— Или одного знающего травника, — невозмутимо вставил Юэ Линь и, прежде чем кто-либо успел возразить, добавил: — Там есть растения, с которыми обычным стражникам лучше не возиться. Некоторые реагируют на запах пота. Или страха.

— Правда? — Я чуть приподняла бровь. — Очень удобное совпадение, мастер Юэ. И весьма благородная самоотверженность.

Он лишь мягко склонил голову, не вступая в спор.

— Иди с ним, — кивнула я Цзинь. — И не спорь. Если вдруг что-то взорвется или расползется, ты будешь рада, что рядом есть кто-то, кто не считает зельеварение пустой тратой времени.

Она только фыркнула в ответ, но глаза ее светились сильнее, чем от любого факела.

— Уверена, вы не забудете оставить нам хотя бы одно крыло дворца в живых, — не удержалась я напоследок, провожая их взглядом.

— Постараемся, — бросил Юэ Линь через плечо. И чуть тише, только для Цзинь, добавил: — Хочешь, покажу тебе, как под лунным светом цветет мрачнолепестник? Только не пугайся, он шипит.

— А ты не шипишь? — отозвалась она, и звук ее смеха пропал в коридоре.

В это время в дворцовой библиотеке…

— Ты знала. — Император обращался к сестре. — Не все, но достаточно, чтобы не вмешаться.

— Я… — Ли Ниань выглядела усталой и бледной.

Она была младшей дочерью в семье, самой любимой и избалованной. Поэтому и жениха подходящего до сих пор не нашлось. Брат тоже баловал младшую и прощал ей любые капризы. Но не сегодня.

И женщине пришлось отвечать:

— Я действительно не знала, во что это выльется. Я думала, что Ли Сянь просто ревнует. Что зависть пройдет. Что он… успокоится. Что его можно будет вернуть к свету. Он ведь принадлежит к нашей семье. Он же твой сын, брат.

— И тем не менее ты дала его людям власть, — жестко произнес император.

— Я верила, что защищаю и тебя, и династию. Я не могла представить, что все дойдет до кровавых жертв и… демонических ритуалов.

— Ты всегда слишком многое делала во имя семьи, — тихо сказал император. — И слишком часто забывала, что любовь без правды — яд.

— Я не прошу прощения. — Ли Ниань выпрямилась. — Но прошу позволить мне самой устранить последствия своих ошибок. Я помогу выследить всех, кто был в списках. И больше никогда не буду приближаться к трону.

Император кивнул. Не как брат. Как правитель.

— Так тому и быть. Ты расскажешь все, что тебе известно, людям Ли Шао Шеня. А затем отправишься на запад. Джуржени снова прислали предложение от имени своего князя. Ты станешь его женой и будешь блюсти интересы династии в степях. Не беспокойся, без связи с семьей и моего покровительства ты не останешься даже в чужих землях. Ты принцесса династии Ли, от тебя зависит, станет ли кочевое войско князя Дина еще одним нашим щитом против врагов.

— Повинуюсь, брат. — Ли Ниань согнулась в поклоне, скрывая горечь в глазах. Покинуть столицу, уехать в глушь, выйти замуж за воинственного дикаря… горькая доля для изнеженной принцессы. Но она примет судьбу с достоинством и сделает все, чтобы империя Ли приросла землями и войском.

Эпилог

Дворцовый сад утопал в лунном свете, превращаясь в чернильное зеркало с золотыми разводами. Я сидела на краю мраморного фонтана «Тысячи струй», босые ноги по щиколотку в воде, где плавали лепестки ночных лотосов. Их аромат — густой, сладковатый, с горьковатой нотой — напоминал мне тот самый переулок между рынком и общественной баней, где я впервые нашла Ишеля. Только теперь вместо перебивающей лотосы вони трущоб здесь со стороны наплывали запахи цветущей сливы и свежескошенного бамбука.