— Что? — В словах прабабушки было что-то странное. Точнее, в ее интонации.
— Все имеет свою цену, — медленно выговорила древняя королева. — У меня есть знания и остаточная магия ушедшей души Юйриль. Но этого все равно мало. Нужно еще как минимум три года твоей жизни. Подумай, так ли уж тебе важен этот мальчишка, чтобы жертвовать ради него так много?
— Давай сначала подробности, — нахмурилась я.
— Твой новый слуга выведет нас из замка и поможет найти подходящее тело, — начала рассказывать прабабушка. — Нам нужна будет какая-то вещь с личным клеймом Юйриль. Ей, а также твоей кровью и магией мы зачаруем труп так, что он будет выглядеть в точности как ты. Но после этого я потеряю возможность говорить на три года, а ты отдашь три года своей жизни. Исчезнешь из этого мира и потом вернешься такой, какой была бы, прожив их.
— Стоп, я запуталась. Еще раз. С трупом понятно, с годами нет. Значит, я отдам три года своей жизни… а что я буду делать, пока они длятся?
— Ничего. Для тебя они исчезнут. Скажешь завершающее слово ритуала и окажешься в том же месте, но три года спустя. И тело твое постареет на этот срок.
— Тело ерунда, ему сейчас стареть не грозит — скорее взрослеть, — хмыкнула я. — А вообще — идеально. То есть даже прятаться не придется, я моргну, а все уже три года как меня похоронили? И думать забыли?
— Примерно так. И тебе не жалко этих лет? — Прабабушка из зеркала многозначительно щурилась, словно ждала, что я сейчас начну торговаться.
— Не-а. — Может быть, это было легкомысленно, но… — Не жалко. Зато я буду уверена, что сделала все правильно и все остались живы. Знаешь, чистая совесть нужна не только правителям, но и поварам.
— Увы, как раз для правителей совесть — непозволительная роскошь, — вздохнула древняя королева. — Хорошо. Тогда пора действовать. Я покажу тебе тайные ходы, которые не мог найти никто, даже герцоги, которые уже наверняка обнаружили основную сеть. Тебе нужно попасть в комнату Юйриль и забрать какую-нибудь из ее вещей для ритуала преображения трупа. А потом мы уйдем из замка и сделаем все, как задумано.
— Поехали, — кивнула я и встала, пристраивая дневник за пояс, а зеркальце на грудь под рубашку. — Эй, Крон. Жди здесь, понял?
— Слушаюсь, госпожа, — покорно пробасил здоровяк и уселся прямо в бурьян, уставившись на стену пустым взглядом. Прямо как зомби. С одной стороны — бр-р-р, с другой — сам виноват, с третьей — очень удобно иметь такого помощника в нынешних обстоятельствах.
— Да, кстати, а этого увальня куда мы денем на три года, что нас не будет? — решила все же уточнить я.
— Хм, — вздохнуло зеркало. — Включим его в заклинание. Получится сэкономить пару месяцев, зато такой полезный охранник и помощник будет при тебе, когда очнешься.
— А, хорошо. — Тут трудно было не согласиться. — Ну что, твое величество, пора на подвиги?
— Виру с Раймона взять не забудь. Надо еще правильно подобрать слова, чтобы он не мог своевольничать. И побыстрее. Не то что мне его жалко, но чем больше он мучается от боли кошмаров, тем больше шанс, что его сердце не выдержит.
— Ох ты, брюкву ему в зад. — Я подосадовала на себя, что забыла такой важный нюанс. — Тогда сейчас на ходу и подберем, а то времени все меньше. Где он начинается, твой тайный-претайный ход? Надеюсь, не в герцогской спальне?
Глава 53
Джейнс не спал вторую ночь. Что-то неясное не давало ему покоя. Некая мысль все время скользила по краешку сознания, бесследно пропадая, едва он пытался обратить на нее пристальное внимание и поймать за хвост, чтобы рассмотреть наконец.
Это было похоже на смутное воспоминание о чем-то важном, и оно постоянно зудело в голове, как позабытое и неисполненное обещание.
Сначала он злился, потом пытался отмахнуться от досадного чувства, занимая себя другими делами и разговорами с Раймоном. У них было достаточно забот в связи с побегом демоновой девчонки. Да, маскарад и клятва решили некоторые из них, но, увы, далеко не все.
За окном едва забрезжил рассвет, когда герцог Ривердан сдался и перестал изображать отдых.
Что, что же он забыл? Что-то очень важное… словно бы… из детства.
Джейнс сел в кровати и решил разобраться в происходящем, но на этот раз он не пытался с ходу зацепить нужную мысль в голове. Вместо этого он расслабился и углубился в себя, опираясь скорее на ощущения, звуки-запахи-цвета, мелькавшие за этой надоедливой занозой.
Постепенно его сознание успокоилось, погружаясь в состояние полусна-полубодрствования, в котором, как его когда-то учил один из следующих по пути духовного совершенства, можно путешествовать по собственной памяти, цепляясь за самые незначительные детали.
И действительно, скоро Джейнс оказался в знакомом до мелочей месте — в учебной комнате собственного замка, там, где они с Раймоном постигали сложную науку дворянства под руководством строгого наставника.
Джейнс тихо усмехнулся своим мыслям, оглядываясь вокруг. Просторное помещение с большими окнами под самой крышей восточной башни было заставлено стеллажами с книгами, три стола стояли каждый у своего окна — два ученических и учительский, самый большой. Сбоку от него, задвинутая наполовину в нишу, красовалась самая нелюбимая мальчишками часть меблировки класса — широкая низкая скамья для порки. Вот уж с чем было связано очень много ярких и далеко не самых приятных воспоминаний!
Однако именно эта лавка сейчас тянула к себе герцога как магнитом. Он даже подошел к ней и провел кончиками пальцев по состаренному и отполированному их телами дереву, пытаясь вслушаться в свои ощущения.
И словно по заказу, в ушах зазвучали размеренные стежки розги и четкий, суровый голос мэтра Сертиана, проговаривающий невыученный урок между звонкими вскриками:
— Голос крови не обманешь. Серебряная династия во все века берегла себя не только сознанием своих королей, но и силой магии. Если останется последний потомок с чистой кровью, он притянет к себе тех, в ком крови меньше, для того чтобы возродить род славных правителей.
— Я! Ай! Я же так и сказал! — взвыло воспоминание голосом Раймона.
— Нет, не так! — Наставник влепил еще один удар, переждал вскрик и сурово продолжил: — Вы, юный лорд, сказали отвратительную неприличность! А кроме того — глупость. Как, по-вашему, смогут возродить род правителей два человека одного пола? Между ними никакого притяжения не будет никогда. Только между девой, способной родить наследников, и мужчинами, коих магия сочла достойными, возможен зов крови! Только! Между мужчиной и женщиной! Понятно вам?
— Да! Ой… Понятно!
— Повторите, лорд Раймон!
— Зов крови… Да ай же! Бывает только между мужчиной и женщиной серебряной крови!
— И больше никогда не смейте оскорблять собственных предков постыдными сплетнями! Вставайте, лорд. Продолжим урок.
Джейнс сел в кровати, задыхаясь и хватая себя за горло. Воспоминание, четкое до последнего слова и звука, все еще звучало в голове.
— Мы идиоты… — простонал герцог Ривердан, вскакивая с постели и торопливо натягивая первые попавшиеся под руку штаны и камзол. — Конченые идиоты… и я первый!
Он вылетел из своей спальни и первым делом кинулся к двери в комнату Раймона, но, как назло, ему преградили путь.
— Ваша светлость! Ваша светлость, неладно дело! — Встревоженный управляющий внутренними дворами влетел в коридор, задыхаясь и пыхтя, явно бежал по лестнице, невзирая на свой почтенный возраст и лишний вес. — Беда, ваша светлость!
— Что еще? — рявкнул Джейнс, внутренне отчего-то холодея.
— Убийство в замке, ваша светлость! Как есть смертоубийство настоящее!
Джейнс сам не мог бы объяснить, отчего эта новость вызвала у него волну холодноватой тошноты. Чего-чего, а смертей на своем веку он повидать успел немало и сейчас не имел особого повода так нервничать.
— Кого убили? — сухо каркнул он, уже почти предвидя ответ.
— Так мальчишку этого с кухни, — выдохнул управляющий внутренними дворами. — Которого на столбе приказано было повесить…
Вот теперь Джейнсу стало дурно по-настоящему.
А управляющий все бормотал, бестолково переступая короткими толстыми ногами по ковру:
— Сегодня уже и снять с утра его светлостью приказано было, на день раньше срока, я с рассветом стражников и послал…
— И что? — Джейнс еле выговорил эти слова онемевшими губами. Страшная догадка билась в голове, но он все никак не хотел ей верить.
— Жуткое дело, ваша светлость, — удрученно покачал головой управляющий. — Кровью все там залито, что твою свинью закололи. И следы кровавые к боковой калитке. Тот, кто мальчишку прирезал, то ли спьяну, то ли со зла, потом, видать, опомнился и пытался следы замести. Унес труп за замковую стену, завесы-то теперь нету. И выбросил там, в канаву какую или вовсе в реку.
— Еще кто-нибудь пропал? — Герцог слышал собственный голос будто со стороны.
— Перекличку среди слуг мы сразу устроили, — мелко закивал управляющий. — Да разве ж за такое короткое время всех разыщешь, кто по углам сидит или дрыхнет? Но к полудню точно выясним, обещаю, ваша светлость!
— Хорошо. — Джейнс сглотнул. — Идите. Жду доклада.
— Так сделаем, ваша светлость. А… кому доложиться, вам или его светлости Раймону?
— Что? — машинально переспросил тот-кто-всегда-в-тени. — Раймон!
Он сорвался с места, мгновенно забыв об управляющем. В два прыжка оказался у нужной двери и заколотил в нее ногами. Но дверь была заперта изнутри, и на крик и стук никто не отзывался.
